Томас Барфилд в своем списке рекомендованных книг об Афганистане не случайно на первое место помещает Мукаддиму Ибн Халдуна, который совсем был далек в свое время от Центральной Азии.
"Книга оказала на меня действительно сильное влияние, отчасти потому, что я начал свою работу с изучения кочевников, похожих на тех, о которых Ибн Халдун пишет и называет людьми пустыни. Хотя кочевники-бедуины являются его ярким примером, он объясняет, что это образ жизни, который охватывает всех людей, живущих на окраинах, будь то горы, степи или пустыни, и задает основной вопрос: как могут люди, пришедшие с окраин и не особо искушенные, сумели сформировать так много династий арабского Ближнего Востока и Северной Африки?
Он смотрит на то, как их форма социализации в жестких условиях дает им групповую солидарность, которая может быть большим военным преимуществом во время конфликтов, и, когда появляется возможность, позволяет им завоевывать более густонаселенные регионы. Но эти возможности редки, потому что оседлые цивилизации, районы высокой городской культуры и орошаемого земледелия, как правило, экономически более процветающие и политически могущественные. У людей слабая социальная солидарность, но сильная экономическая интеграция. Поэтому они поддерживают сложные политические организации и профессиональные вооруженные силы, которые могут отбиваться от этих людей на окраине. Но он отмечает, что их отсутствие внутренней солидарности создает уязвимость, когда некомпетентные правящие династии становятся банкротами - никого нет, чтобы защитить их от внешних захватчиков. По мнению Ибн Халдуна, именно харизматические лидеры из маргинальных регионов восстанавливали порядок и основывали новые династии; династии, которые затем тоже приходят в упадок через четыре поколения, и сами сменяются новыми аутсайдерами. Итак, для человека, который смотрит на Афганистан, есть несколько удивительно интересных параллелей, которые он описывает."
Вот это видео с New York Times могло бы послужить иллюстрацией к сегодняшнему чтению афганской новейшей истории сквозь халдунианскую призму. Или наоборот, к чтению Ибн Халдуна через события в Афганистане.
"Мы провели все наши жизни в горах и пустынях", говорит один из талибов, занявших роскошный дворец "маршала" Дустума.
"Бедуины — это те, кто ограничен в своих жизненных условиях только необходимым и не имеет ничего сверх этого; городские же жители — это те, кто заботится в своей жизни о менее необходимых вещах и о предметах роскоши. Но несомненно, что насущное требуется раньше, чем роскошь, и предшествует ей. Ибо необходимое есть корень, а роскошь — выросшая из него ветвь. Таким образом, бедуинская жизнь является основой для городов и городской жизни и предшествует им, ибо первое, чего желает человек, — необходимое, и он думает о роскоши только тогда, когда это необходимое уже достигнуто.
Так, суровость бедуинской жизни предшествует изнеженности городской жизни. Поэтому мы видим, что городская жизнь — цель бедуина...
Городской же житель переходит к бедуинской жизни лишь тогда, когда он к этому принужден или когда он не приспособлен к городскому укладу жизни.
Знай: так как кочевая жизнь является причиной смелости, как мы говорили в третьем предисловии, то необходимым образом дикое племя боеспособнее, чем другое. Оно способнее достичь власти и захватить то, чем владели другие народы." (Мукаддима)
https://www.nytimes.com/video/world/asia/100000007962010/inside-the-abandoned-mansion-the-taliban-call-home.html
