​​Ричард Итон о том как разорение Дели в 1739 году армией Надир Шаха внезапно привело к индийскому единению маратхов и моголов:

"Позже в том же году персидский военачальник Надир-шах прошел через Хайберский перевал со 150 000 кавалерией, разгромил гораздо более многочисленную армию Моголов и разграбил беззащитный Дели. Как и Тимур более трех веков назад, он решил не оставаться в Индии, вернувшись в Иран с караванами, нагруженными награбленным золотом, серебром и драгоценностями на сумму 1,5 миллиона рупий, включая знаменитый Кох-и-Нур и, что немаловажно, бесценный Павлиний трон Шах-Джахана. Когда такие прославленные символы имперской славы навсегда покинули индийскую землю, маратхи внезапно осознали реальность того, что моголы на самом деле не были их врагами. Скорее, теперь они рассматривали Дом Бабура как ключевой символ индийского суверенитета, который нужно защищать от иностранных захватчиков любой ценой. С этой целью Баджи Рао предложил, чтобы все силы северной Индии объединились в конфедерацию для защиты индийской династии Тимуридов, из-за чего пешва почти походил на протонационалистическую фигуру. В течение нескольких десятилетий краеугольным камнем политики маратхов стало изображать из себя самых верных защитников Великих Моголов, по крайней мере, на имперском уровне. "

- India in the Persianate Age

Последующие десятилетия были отмечены еще и "моголизацией" маратхов. Маратхи перенимали обычаи моголов при дворе, в военном деле и в армии, и так далее. С другой стороны, зависимость Дома Бабура от маратхов вызывала неудовольствие у многих уляма, включая знаменитого Шаха Валиуллаха Дехляви. Они почти открыто призывали к вторжению на север Индии бывшего военачальника армии Надир-шаха, Ахмада Шаха Абдали ("отца" Афганистана). Воюя с ним маратхи формально "защищали" династию Тимуридов.

Сегодня исполняется 99 лет освобождению Измира. Последний бой греко-турецкой войны. 9 сентября 1922 года.

Исламские корни капитализма

Возникновение и распространение ислама способствовало повышению ценности торговых отношений и возвышению статуса купцов. По мнению ряда историков, именно мусульманский рынок стал колыбелью капитализма

МНЕНИЕ | Али Нуриев

https://www.trtrussian.com/mnenie/islamskie-korni-kapitalizma-6547586

​​Снова о границах суверенитета и османских вассалах.

Я писал о случаях, когда Османы провозглашали себя сюзеренами над Габсбургами, Венецией, Речью Посполитой и т.д. Бывали и обратные случаи - когда Османам было выгодно отрицать свой суверенитет там, где казалось бы нет сомнений по поводу вассальных отношений. Дариуш Колодзейчик пишет о статусе Крымского ханства:

"Переписка между польским и османским дворами по поводу ханского владычества показывает, что этот вопрос был столь же запутанным в шестнадцатом веке. В 1531 году Сулейман Великолепный уведомил польский двор о том, что полякам не нужно вести отдельные переговоры с Саадет-Гиреем, поскольку хан не был суверенным правителем, он был обязан своим положением султану и был обязан ему подчиняться. Такой же вопрос возник с приходом на престол нового хана Сахиб-Гирея. В январе 1533 года Сулейман издал "ахднаме", подтверждающее первый "постоянный" договор между Османской империей и Речью Посполитой. Поскольку польский двор потребовал от Порты включить хана в договор и обязать его подчиниться миру, в акте султана говорилось, что Сахиб-Гирей должен вести себя дружелюбно по отношению к королю Сигизмунду, но последний взамен должен прекратить свою помощь крымским диссидентам (явный намек на Ислам-Гирея, племянника Сахиба и претендента на престол, который пользовался поддержкой при дворе Сигизмунда и среди польско-литовских пограничных панов).

Польский король все еще был недоволен и попросил Ибрагима-пашу, могущественного великого визиря Сулеймана, чтобы хану строго приказали соблюдать мир с Речью Посполитой.

Письмо Ибрагима, написанное в июле 1533 года, содержало "ответ Пифии". Признавая, что Сахиб Гирей был как сын Сулейману и был обязан своим престолом Порте, визирь, тем не менее, подчеркивал, что хан был суверенным правителем и что его неуместно включать в переговоры между султаном и королем. Тем не менее, он пообещал написать хану, рассчитывая, что тот сохранит дружбу с Сигизмундом."

- What is Inside and What is Outside? Tributary States in Ottoman Politics

Колодзейчик также приводит примеры, когда крымский хан мог запросто не послушаться османского падишаха, призывающего того выступить в поход на запад например, ради участия в борьбе за чингизидское наследие на востоке.

Фрэнк Герберт, у которого в "Дюне" человечество отказалось от "мыслящих машин" во время "Батлерианского джихада", в 1981 году написал руководство по пользованию персональным компьютером. Руководство это на самом деле лишь на половину, а на другую половину это манифест.

"Мы говорим, что люди с компьютерами пользуются вами. Нет сомнений в том, что ваши исторические права на неприкосновенность частной жизни и свободу были нарушены бизнесом и правительством в результате использования компьютеров. Это достаточно хорошо известно, так что уже не подлежит сомнению."

"Купите свой собственный компьютер", - советовал Герберт. "Если вы этого не сделаете, Билль о правах мертв, и ваши личные свободы разделят судьбу маврикийского дронта" (т.е. вымрут).

Поздравляю и желаю дальнейших успехов. Отличный канал!

https://t.me/vinishko_v_stambule/1297

Ну если в современной Болгарии премьер-министром стал бывший царь....

https://t.me/HVSchannel/5084

​​XXI век начался с акции экстремистского урбанизма

"Атта во время обучения в Гамбурге написал дипломную работу, до сих пор не опубликованную, которая называлась Neighborhood Development in an Islamic-Oriental City. Она исследует старые кварталы Алеппо, одного из старейших и наиболее сохранившихся городов Сирии. Согласно Атта, западные планировщики уничтожают традиционные районы. На обложке дипломной работы изображены контрастные фотографии и карты. Изображение забитой такси улицы противопоставлено фотографии с улыбающимися мальчиками в переулке. Вид с воздуха на прямые проспекты, круговые перекрестки и многоэтажки расположен рядом с изображением уютных улочек старого города"

"В Newsweek бывший знакомый  также говорил об убеждении Атта, что новые многоэтажки, здания вестернизированных апартаментов, подрывают старые традиционные районы, с их близостью и достоинством. "Это могло быть особенно досадным для Атта", сообщает знакомый, "так как его собственная семья переехала в квартиру на 12-м этаже ровно в таком самом нескладном чудовище в 1990, когда он заканчивал инженерный факультет в Каирском университете. Для Атта это здание-коробка было убогим символом нелепых попыток Египта стать современным и его бесстыдного принятия Запада". Это все здесь, подражание и ярость от подражания, которая означает потерю идентичности."

"Прямоугольные формы Ле Корбюзье, чужеродное вмешательство французских колониальных планировщиков,  были бездумно скопированы сирийскими планировщами после обретения независимости, согласно работе Атта архитектурный символ исламской цивилизации полностью покорился Западу. Три года спустя критика Атта модернистской архитектуры, как символа западного доминирования, приняла свою окончательную форму, когда будучи лидером заговорщиков 11 сентября, он направил самолет Американских авиалиний в здание Всемирного торгового центра, сияющие башни в центре либеральной империи, стоявшие как символ западной современности сам по себе".

Роджер Скрутон писал о похожем.

В турецких соцсетях сегодня вспоминают единственного турка, погибшего в результате терактов 11 сентября. Зюхтю Ибиш работал компьютерным программистом на 103-м этаже одной из башен.

Спустя два года поисков смогли найти лишь часть от его тела, ее то и захоронили в родном городе в центре Анатолии.

​​12 сентября 1686 года армия могольского падишаха Аламгира (Аурангзеба) после полутора лет осады взяла крепость Биджапур, тем самым закончив правление династии Адиль-Шахов, султанов Биджапура с 1490 по 1686 годы.

В 1680 году, за несколько лет до падения Биджапура, два придворных художника Камал Мухаммад и Чанд Мухаммад создали генеалогическую картину. Богатое качество, чернила, акварель, а также золото и серебро. На картине изображены все правители Биджапура из дома Адиль-Шахов, за исключением одного (Маллу Адиль Шаха), которого свергли в 1534 году  после очень короткого правления и ослепили, так как он был порочен и не соответствовал качествам султана.

Созданная накануне гибели королевства, картина одновременно является семейным древом, но также, как выразился один ученый, "расписным занавесом" для выдающейся династии Адил Шахи. Портрет интересует исследователей, потому что показывает контрасты,  которые могут развиваться в одном и том же правящем доме и в интерпретациях его официальной идеологии.

В центре на троне сидит основатель династии Юсуф Адиль Шах. Некоторые источники утверждают, что он был грузинским рабом при дворе Бахманидов, другие говорят что он был персом или туркменом из Ак-Коюнлу. А некоторые историки (в том числе Феришта, важнейший летописец мусульманской Индии) утверждают, что он был беглым сыном османского султана Мурада II. Кем бы он ни был, он приплыл из Ирана и был женат на дочери маратхского аристократа, а после падения Бахманийского султаната стал сам независимым правителем в Биджапуре. При этом на картине видно, как Юсуф получает ключ из рук сафавидского шаха Исмаила, знак верности иранским правителям. По правую руку от него:

Исмаил (правил 1510-1534 гг.) подчеркивал персидское наследие семьи - он заставил свои войска носить иранскую форму, а сам одевал 12-конечный головной убор ("тадж") кызылбашей.

Ибрагим Адиль Шах I  (правил в 1534—1558), с другой стороны, был формально суннитом, отказавшимся от шиитских традиций. Он начал "декканизацию" султаната, приближал к себе декканских мусульман (суннитов) и маратхов,   к большому ужасу могольского посланника, который замечал, что султан плохо говорит на фарси. Здесь он изображен в стиле, ассоциирующемся с индийской фракцией при дворе, что отражает его собственное отношение. Считается, что султан был поклонником индуистских традиций. Именно он объявил себя сыном Сарасвати и Ганапати, изучил санскрит и даже переименовал Биджапур в Видьяпур в честь индуистского божества. Именно при его дворе служил Феришта.

Затем есть Али Адиль Шах I, который одет  в доспехи - символ той роли, которую он сыграл в разгроме индуистской империи Виджаянагара в 1565 году.

По левую руку от Юсуфа - Ибрагим Адиль Шах II (правил 1580 — 1627), еще один суннит и суфий, нетерпимый к шиизму, но толерантный к другим религиями (к христианству в том числе). Покровитель искусств (построил полностью "музыкальный город"). В его правление (самое долгое в династии) дом Адиль-Шахов окончательно "декканизируется".

Затем Мухаммад Адиль Шах (правил 1627-1656) - шиит. Пик могущества, величия, расцвета и территориального расширения султаната. Расцвет искусств и экономики, мир и процветание.

Али Адиль Шах (правил 1656 — 1672) - шиит, считается слабым правителем. В его правление Биджапурский султанат начал сыпаться, испытывая с одной стороны военное давление моголов, а с другой маратхов. Тем не менее, период считается хорошим для литературы и изобразительных искусств.

И наконец самым последним сидит мальчик-султан Сикандар (правил 1672-1686), самая маленькая фигура в группе, который провел большую часть своей жизни в качестве узника Аурангзеба.

Одним из следствий падения Биджапура стало возвышение маратхов. Шиваджи, основатель Маратхского государства, происходил из семьи, служившей Адиль-Шахам несколько поколений.

Я уже писал о том, как переворот 1980 года повлиял на Турцию. А сейчас о том, как эти события оказали влияние на европейские страны с обширной турецкой диаспорой.

https://telegra.ph/Perevorot-1980---klyuchevoe-sobytie-v-istorii-Evropy-09-12

​​Демаркация границ и морское право у Османов.

Еще одна небольшая ревизия устоявшихся взглядов в книге Габора Агостона.

"Несмотря на двусмысленность в отношении османских границ, широко распространенное мнение о том, что османы не соглашались на демаркацию границ до Карловицкого договора, нуждается в пересмотре. Фактически, османы договорились о линейных границах с Венецией и Молдавией в конце пятнадцатого века, а также с австрийскими Габсбургами, Речью Посполитой и Сефевидами в шестнадцатом и семнадцатом веках. Технические термины для определения и демаркации границ были известны в османских документах как kat-i sınır и tayin-i sınır, т.е. есть: назначить, обозначить или определить границу. Османы также широко использовали термин hududname или sınırname, что означает «документы, содержащие описания границ». Внутри страны такие документы очерчивали границы деревень, принадлежащих религиозным вакфам, чтобы члены провинциального кавалерийского корпуса, получающие вознаграждение через тимары поблизости, не мешали им. На международном уровне эти документы обозначали границы между владениями османского падишаха и его соседей.
...
Были попытки разграничить суверенитет даже на море. В принципе, большинство европейцев принимало римское право, согласно которому открытое море не контролировалось никаким государством. Известный главный юрист Мехмеда II, Молла Хюсрев, поддерживал это мнение, отметив, что море не принадлежит ни к «области войны», ни к «владениям ислама», поскольку на море нельзя провести линии. Однако на практике многие державы игнорировали эти понятия. Венеция, например, считала Адриатическое море своим собственным заливом, а османы переняли фразу Venedik Körfezi, то есть «Венецианский залив», хотя они использовали ее в более узком смысле, чем венецианцы. По соглашению с рыцарями-госпитальерами Родоса султан Баязид II принял решение о делимитации моря, и как христианские каперы, так и мусульманские корсары (левенд) уважали это соглашение. После османского завоевания Крита венецианско-османское соглашение включало вопрос о юрисдикции над прибрежными водами. Несколько небольших островков у воды в пределах досягаемости пушечных выстрелов оставались во владении Венеции.

Идея территориальных вод, которая признавала юрисдикцию над частью морских вод, прилегающих к прибрежным государствам, и ограничивала ее расстоянием, равным дальности пушечного выстрела от побережья, отражала зарождающуюся практику в Европе, которая восходит к спору, вызванному публикацией «Mare Liberum» («Свободные моря») Гуго Гроция в 1609 году. Однако понятие прибрежных вод существовало в Османской империи гораздо раньше. Имперский указ от 1560 года возложил на капитана османской крепости Превеза ответственность за нападение мусульманских морских корсаров на торговцев из Рагузы, которые везли пшеницу из империи в республику, поскольку атака произошла в пределах досягаемости пушечного выстрела из замка. Позже, во время Семилетней войны, французы настаивали на том, что «берега земель ислама должны быть всеми способами защищены и ограждены от любых споров или конфликтов» (то есть османские территориальные воды должны оставаться нейтральными). Эта позиция отражала скорее французские, чем османские интересы, поскольку французы хотели защитить себя от английского каперства в османских территориальных водах."

- The Last Muslim Conquest

"Османы с готовностью уступали территории своим венецианским, венгерским и габсбургским соседям или обменивались с ними деревнями, когда обстоятельства диктовали такие меры. Они поступали так, несмотря на широко распространенное убеждение, что османы не могут отказаться от земли, на которую ступила лошадь султана, - идея, часто высказываемая османскими официальными лицами во время мирных переговоров. Османы уступали территории венецианцам в 1531, 1558 и 1559 годах. В статьях 6 и 7 габсбургско-османского договора в Эдирне (1568) обсуждался вопрос о территориях между «древними границами Трансильвании», которые османы признавали, и рекою Тиса, которую оспаривали Ян Сигизмунд Трансильванский (вассал Османской империи) и император Максимилиан II. Договор оставил обе стороны во владении их замков и городов, но разрешил будущий обмен территориями, чтобы свести к минимуму возможность территориальных споров и нарушений договора. Последовали постоянные споры и набеги, поскольку обе стороны сохранили замки, города, деревни и подданных на территориях другой стороны. Ян Сигизмунд и император Максимилиан II окончательно урегулировали споры в 1570 году в Шпейерском договоре. Османы внимательно следили за этими спорами и хорошо знали, где проходят границы между их вассальной Трансильванией и Венгрией, управляемой Габсбургами. "

- The Last Muslim Conquest

Косовский мученик Адем Яшари и его отец Шабан Яшари. Отец «отца Армии освобождения Косово» окончил в своё время медресе в Приштине.

Контекст имеет значение

🖼️Османська Порта часів Сулеймана І, у атмосферних
роботах Мельхіора Лорка (1527 - 1583).
✍️З 1555 р. данський художник і гравер Мельхіор Лорк потрапив на дипломатичну службу до Карла V та Фердинанда І. Йому пощастило супроводжувати знамените посольство Ож’є Гіслена де Бусбека у Стамбул, де Лорк провів майже три роки свого життя. Тут він на власні очі спостерігав особу султана, його двір з численними родичами та
підданими, а також стародавні й сучасні визначні місця. Художник створив майже дві сотні малюнків, на основі яких згодом виготовили ксилографії.
Це серія крутезних гротескних типажів, з великою увагою до деталей...
📌Роздивитись детальніше їх можна на сайті Британського музею:
https://www.britishmuseum.org/collection/search?agent=Melchior%20Lorck
#мистецтво #Мельхіор_Лорк #Османська_імперія