Агонстон корректирует некоторые устоявшиеся в историографии (и в популярном представлении) тезисы относительно османской дипломатии и так сказать международного права, того, что он называет lawfare.
Например, Житваторокский мир, подписанный 11 ноября 1606 года, считается своего рода водоразделом, так как Османы впервые после завоевания Константинополя признали равенство статуса императора Священной Римской империи, присвоив ему титул «падишах» или «император», что было собственным титулом султана. Дескать, это было воспринято как признание divisio imperii, в котором имперская гегемония была разделена на Запад (СРИ) и Восток (ОИ). До этого Габсбург считался просто королем.
Действительно, в переписке османские правители всегда стремились возвысить свои собственные титулы и если не принизить, то упростить титулы Габсбургов.
Например Сулейман в письме перечисляет более 40 своих почетных титулов и владений, тогда как Габсбурги были чаще всего королями Испании (Карл V) и «королями Вены либо Германии (Фердинанд).
При этом если Габсбурги всегда лишь короли, то титул падишаха Османы могли использовать в переписке для дружественных королей Франции (которые также бывали «королями» и «беями»), и даже для венецианского дожа (который еще бывал «бейлербеем», «королем» и просто «дожем»). Действительно, отказывая Карлу V в его императорском титуле, Сулейман таким образом отрицал претензии своего соперника на вселенское царство.
Это работало и в другую сторону, Карл V в своем письме от 1533 года перечисляет 69 своих титулов, включая земли которыми владели Османы (Иерусалим, Венгрия). Сулеймана же братья Габсбурги называли «император Турок, Азии и Греции».
Но это письма, у которых автор всегда одна сторона. А с дипломатическими соглашениями дело обстояло иначе. Стороны могли спорить неделями над текстом договора, чтобы прийти к взаимоприемлемым титулам. В Житваторокском соглашении Рудольф назван императором (imperador) и цезарем, но не падишахом. Считали ли это признанием равенства вопрос спорный.
Тем не менее Сулейман уже называл Фердинанда I «императором немцев, королем и правителем Богемии, Славонии, Хорватии и других земель» в договоре 1562 года, что отражает некоторые из официальных титулов Фердинанда. После смерти Фердинанда в обновленном договоре 1565 года с императором Максимилианом II также использовались эти самые титулы для нового императора, как и в договоре 1568 года, который Максимилиан заключил с преемником Сулеймана, Селимом II.
Отдельная тема — канцелярия османских правителей в Венгрии. Османский правитель в Буде называл Фердинанда I императором в 1560-х годах в их венгерской переписке с Габсбургами. И снова они использовали венгерский термин császár, закрепив термин «падишах» для османского правителя. Но они считали эти два титула равными. Например, Искендер, правитель Буды в 1564–1565 годах, называл мир 1562 года между Фердинандом I и Сулейманом пактом, заключенным «между двумя императорами», используя один и тот же термин для обоих монархов. Османский правитель Буды обращался к Максимилиану II и Рудольфу II как к римским императорам и королям Венгрии. Соколлу Мустафа-паша (наместник в 1566–1578 гг.) почти всегда обращался к Максимилиану как к римскому императору (romai cyazar). Эти письма писали венгерские секретари пашей Буды, работавшие в их канцеляриях, прошедшие обучение на латыни и венгерском канцелярском языке. Но вряд ли они использовали эти титулы без ведома своего начальства. Это еще один пример нюансов османской дипломатии в приграничных провинциях, где требовался прагматический компромисс.
А Житваторокский мир все равно стал водоразделом, но немного по другому. Это первый договор, подписанный не в Стамбуле, а в палатке на территории Габсбургов, при участии третьей стороны-посредника (трансильванский князь Иштван Бочкаи), на непривычно длительный срок (20 лет) и с включением в договор наследников Рудольфа и Ахмеда I. Явный признак того, что для Османов дела шли уже не так как раньше.
