В связи с последними событиями историк и политический аналитик Ник Дэнфорт заметил, как на самом деле удручает, что если османская история делает новости, то это происходит из-за такого shit, и почти никогда по хорошим причинам.
Вчера был еще и печальный повод углубиться в историю мусульманской общины в Новой Зеландии. Оказывается, Крайстчерч это своего рода колыбель общины. Если не считать мусульманских моряков с европейских кораблей, посещавших НЗ, первое документированное постоянное присутствие мусульман в стране датируется 1854 годом — через 14 лет после подписания договора Вайтанги между британцами и вождями маори, с которого принято отсчитывать историю страны, и спустя шесть лет после основания Крайстчерч. Англо-индийский колонист сэр Джон Кракрофт Уилсон (1808–1881) привез первую мусульманскую семью в Новую Зеландию, когда он прибыл в Литтлтон в 1854 году на корабле «Акбар».
Кракрофт Уилсон купил землю на Кентерберийских равнинах, на нижних холмах и болоте к югу от горной гряды Порт-Хилс, в местности, которая стала известна как «Кашмир». Там поселился и индийский мусульманин Вузера с женой и сыновьями. После этого последовал постоянные приток мусульманских посетителей, рабочих и поселенцев из Азии (в частности, с индийского субконтинента). Например, в апреле 1874 года в результатах переписи населения Отаго были выявлены 15 золотодобытчиков-мусульман из Китая.
А в 1904 году прибыли первые европейские мусульмане - группа «магометан» из Герцеговины (тогда входившей в состав Австро-Венгерской империи) начала работать в Нортленде в качестве gum-diggers (добытчиков смолы каури, из которой делали резину).
Новозеландский историк Абдуллах Друри пишет, что никаких особых проблем с интеграцией у поселенцев 19 столетия не возникало. Ранние мусульманские поселенцы в девятнадцатом веке часто упоминались в местных газетах просто как «магометане», их отличали, лишь когда они носили тюрбан или настаивали на том, чтобы давать клятву на Коране, а не на Библии, в суде. Негативных комментариев в тогдашней прессе было мало. Присутствие мусульман не воспринималось как аномалия в колониальную эпоху, во всяком случае рне больше, чем присутствие гэльско-говорящих шотландцев, католиков или евреев, например, и на самом деле как судебные протоколы так и СМИ часто сочувствовали отдельным лицам и отдельным случаям.
Курьезный случай отмечен был в 1907 году, когда 13 «герцеговинцев магометанской религии» подали петицию своему консулу, Евгению Ланггуту, представляющему Австрию, после того, как судья в нортлендском Даргавилле потребовал от двух мусульманских свидетелей снять фески. Друри отмечает, что европейские мусульмане кажется были очень преданы своим религиозным головным уборам, и когда они появились в порту Окленда в 1904 году, местные чиновники отметили их просто как «армян» из-за ориентального внешнего вида. Эти боснийцы вместе молились, работали рядом друг с другом и поддерживали тесные связи между собой, так что Друри предполагает, что именно они могут быть названы первым исламским собранием в Новой Зеландии.
Друри предполагает, что именно эти благочестивые боснийцы сформировали первую исламскую конгрегацию в истории Новой Зеландии. Лидер их группы Мустафа Фетахагич из Требине протестовал против проблем в суде Даргавилля, а Ланггут передал их жалобы министру юстиции Новой Зеландии Джеймсу Макговану. Министр (ирландский протестант) написал официальный меморандум, подтверждающий, что «герцеговинцам мусульманской религии разрешено появляться в суде в одежде, предписанной их религией». Нет никаких доказательств того, что министерство или какой-либо судья сопротивлялись или возражали против этого решения, и это свидетельствует о том, что власти были готовы удовлетворять любые религиозные нужды мусульман, если они не нарушают процедуру. Друри отмечает, что это решение скорее всего до сих пор в силе юридически.
