Грустная шутка про российский рынок труда для выпускников гласит: «У молодежи три пути – вебкам, закладки и IT». Где вебкам (webcam) – это доступная в основном девушкам возможность зарабатывать, «совершая действия сексуального характера» перед зрителями из интернета. А слово «закладки» означает работу «кладмена» - низшую ступень иерархии в современном наркобизнесе, который диджитализировался почище этих ваших ритейлов с банками.
Лента.ру вышла с масштабным расследованием того, как работает современная индустрия наркоторговли в России, где есть свой Alibaba (даркнет-маркетплейс Hydra), свое производство, логистика, маркетинг, служба тайного покупателя(!) – и да, HR, причем в соответствии с концепцией Zero HR, когда «кладмены» за все время работы ни разу не сталкиваются даже с непосредственным руководителем, хотя системы вознаграждения, карьерные, прости господи, треки и даже бренд работодателя работают эффективно.
Как в любом e-commerce, двигатель современного наркобизнеса – это логистика от производителя к оптовому продавцу и далее до конечного покупателя. Она сильно усложняется благодаря статье 228 УК (про которую мы рекомендуем помнить всем, читающим этот текст), и поэтому наркодилеры придумали систему, когда «розничные» дозы наркотика (это и есть «закладки») заранее прячут в определенных местах, а на платформе Hydra покупатель, заплатив деньги, получает информацию о том, где они находятся.
Работа «кладмена» и состоит в том, чтобы, получив расфасованный в индивидуальные упаковки наркотик, спрятать его в укромных, но легко находимых местах, и передать описание и фотографии «закладки» магазину в соответствии с определенными стандартами.
Необходимость сохранять анонимность на каждом звене цепочки поставок и потребность в обучении низкоквалифицированных категорий «персонала» заставила оптовых продавцов создать систему самообучения. Новеньким предоставляются пошаговые инструкции по всем процессам, а на самой платформе Hydra есть «Школа кладмена», в которой можно узнать о «профессии» все. Внедрена и система «наставничества» - первую сотню закладок мониторят опытные «кладмены» и дают обратную связь.
Риск огромен – полиция прекрасно знает поведение закладчиков и регулярно выполняет свои показатели за их счет. Этот факт и постоянное нервное напряжение приводит к огромной текучке кадров. Но зарплата (сдельная) составляет от 120 до 200 тысяч рублей в месяц, и это в провинции – сравните с зарплатой «джуна» в ИТ-компании и вы поймете, почему в грустной шутке про «вебкам, закладки и IT» есть только доля шутки.
А еще у «кладмена» есть вполне логичный карьерный трек до «складмена» (это человек, который получает оптовую партию, расфасовывает ее и формирует «мастер-клад», из которого «кладмены» берут дозы для закладок), и его заработок уже превышает 500 000 рублей. А там уже и до «своего дела» (то есть открытия небольшого «магазина» на платформе) недалеко.
Отдельного упоминания заслуживает рекрутмент новых «кладменов». Рынок кандидатов в даркнете конечен, но существует Телеграм, в котором,
по некоторым сообщениям, в последнее время стали появляться поддельные объявления о работе якобы от «Тинькофф банка», у которого, как известно, тоже есть курьеры. С откликнувшимися начинает общаться «рекрутер» (возможно, чат-бот), который и приводит их к настоящим «работодателям».
Курьерское сообщество Яндекса, Мэйл.ру, Сбера и прочих игроков также служит прекрасной средой для подбора новых «кладменов» - заработок курьера по доставке легальных грузов в четыре-пять раз меньше. А про то, что по «два-два-восемь» практически не бывает условных сроков, кандидатам, ясное дело, предпочитают не сообщать.
Авторы понимают, что финалом подобного текста должно быть возмущенное недоумение по поводу того, почему правоохранительные органы позволяют наркоторговцам быть бенчмарком по эффективности HR-процессов для многих российских компаний, и просят читателей считать, что это оно и было.