"Когда мы говорим о постколониальном периоде, то в основном подразумеваем ситуацию после 1945 года. Вместе с тем особенный интерес здесь представляет Советский Союз. Для 1920-х годов характерно, что Советский Союз мыслит себя как имперское пространство нового типа. Для России ее специфическое положение в начале XX века предопределяет чувствительность к двум оптикам.
С одной стороны, европоцентристская оптика и видение себя как субъекта колонизации. Это знаменитое движение на Восток, бремя белого человека, приобретение колониальной империи, усилия по колонизации территорий. Это вновь ожившие в начале XX века дебаты о том, можно ли рассматривать Сибирь как колонию, отношение к Средней Азии как к колониальному пространству.
С другой стороны, периферийное положение по отношению к Западной Европе порождает чувствительность к колониальному языку, восприятие себя не только как субъекта, но и как возможного объекта колониального рассмотрения. Чувствительно это будет не только в советских практиках, не только в советском языке 1920-х — начала 1930-х годов, но, в частности, в воззрениях евразийцев, которые будут мыслить уже в рамках большого пространства и будут пересматривать традиционные иерархии народов, разграничения на народы исторические и неисторические, статус других территорий.
В рамках постколониального национализма актуальной оказывается политика раннего Советского Союза, которая получает обозначение как империя положительного действия или империя обратного действия с прозрачной отсылкой к логике положительной дискриминации. В этом случае Советский Союз выступает как строитель новых национальных элит, создающий среди народов бывшей Российский империи целостные нации со своим языком, литературой, кадрами гуманитарной и технической интеллигенции."
https://postnauka.ru/video/89415
