В том же интервью Мустафы Минави (ссылку давал выше) есть любопытный фрагмент о том, как турецкий антиарабский национализм и ксенофобия побудили инженера-строителя заняться османской историей:
"Во многом это связано с турецкой политикой. Я никогда не думал об этом до недавнего времени, потому что изначально казалось, что мне просто надоело то, что я делаю. Когда я делал свою мастерскую работу в Университете Торонто, я начал брать курсы, которые я не мог брать на бакалавриате, когда я был двойным специалистом в области инженерии и бизнеса. Поэтому я решил пойти на курсы, которые не имели никакого отношения к тому, что я делал, и один из курсов, которые я взял, был по истории Османской империи, и не по какой-либо конкретной причине, просто я брал что-то, что звучало забавно.
Это вызывало у меня много любопытства, потому что в свой последний год, когда я был студентом по гражданскому строительству, я попал по программе обмена в Турцию. И когда я выбрал Турцию еще в 1996 году, я выбирал ее, не думая ничего, кроме того, что я ничего не знал о ней. Турция показалась самым экзотическим из тех мест, которые нам пришлось выбирать - другими вариантами были такие, как Шотландия и Швеция. И это был мой первый раз за границей. В любом случае, это был худший опыт в моей жизни. Мне пришлось бежать, буквально, с инженерной площадки, которая находилась на юго-востоке Турции, в Османие - базе для хардкорной право-националистической, даже расистской, партии, чего я тогда не знал. Впервые мне пришлось смириться с тем фактом, что есть люди, про которых я ничего не знаю, и они меня ненавидят, потому что я, оказывается, араб. И это было настолько висцеральным и реальным - это было шокирующим. Ужасно, на самом деле, потому что мы были в изолированном районе - лагерь посредине нигде. И мне пришлось скрывать тот факт, что я был арабом, покуда я ужене мог больше - это было жалко, и я убежал, потому что они не позволяли мне просто уйти. Мне пришлось путешествовать автостопом. Это было очень драматично.
Но это оставило меня со множеством вопросов, которые, как я думал, не были связаны со мной напрямую, но были связаны с турецким национальным государством, о том, как это возможно для коллектива людей - ненавидеть, потому что они пытались доказать, что они что-то представляют из себя - в то время речь шла о ненависти к арабам, чтобы они могли доказать, что были западными. Это снова проявилось, когда я взял курс истории Османской империи, и это только открыло ящик Пандоры с вопросами - не только о Турции, но и о том, как я вписываюсь в это. Причина, по которой я был шокирован, состояла в том, что я не понимал отношений раньше - между Турцией и остальной частью региона. Конец девятнадцатого века многое объясняется о том, как люди в Турции меня воспринимают ... но это также открыло множество вопросов о себе и об истории моей семьи и об этом моменте в конце девятнадцатого века, когда все могло бы пойти по многим разным направлениям (Конечно, многое изменилось с тех пор, и я влюбился в Турцию и турецкий язык)."
Османие, кстати, до сих пор остается оплотом МНР, это такая цитадель турецкого национализма на грани арабско-турецкого фронтира.
#турция #османы #национализм
