Сергей Пархоменко (https://www.facebook.com/serguei.parkhomenko/posts/10218981925528554)

Пожар на подводном судне и смерть от удушья четырнадцати моряков - событие, конечно, совершенно неожиданное. Никто и никогда не предвидел, что на подводных аппаратах что-то может загореться. Никому в голову не приходило, что пожар придется тушить. Никто не задумывался ни на минуту, что у тушения бывают какие-то правила, что борьба с авариями требует некоторого набора знаний и профессиональных качеств, что этому можно учиться, и что кто-то должен уметь этому учить...

Правда же?

Это же всегда так: неполадка, за ней авария, дальше катастрофа, и наконец трагедия - все они приходят совершенно внезапно, из неизвестного места в непредсказуемое время, и никто никогда не знает заранее, что с ними делать. Так что удивляться нечему, винить некого, предотвращать некогда и никаких уроков ни из чего извлекать не надо. Ясно, как божий день. Выпьем за упокой, объявим все случившееся военной тайной, раздадим героям (не всем, но тщательно выбранным) звезды и ордена и утешимся до следующего раза. А в следующий раз опять страшно удивимся, на новенького.

Есть, прочем, одна злобная и угрюмая контора, которая вечно нарушает благостность этого общественно-психологического пейзажа. И вы не поверите, но это опять "Диссернет".

Большинство тех, кто наблюдает за многолетней борьбой "Диссернета" с индустрией обмана и мошенничества на научно-образовательной почве, полагают, что речь идет о вещах довольно отвратительных, с точки зрения психологии и морали аферистов, но в сущности вполне безобидных. Ну, что с того, что профессора и доценты каких-то очередных Факультетов кислых щей заработают еще немного на неуемном тщеславии еще большей толпы лохов и лошиц из числа депутатов, губернаторов, министров, генералов, прокуроров, судей, священников, бизнесменов, таких же точно как они сами преподавателей и преподавателок. Ну, еще немножко выдуманных политологов, безграмотных экономистов, самопровозглашенных юристов, тупых педагогов, истеричных психологов, историков, не знающих дат, и филологов, не понимающих букв. Кому от этого хуже? Ведь, не замучают же они никого насмерть своей безграмотностью. В крайнем случае - рассмешат...

Но нет.

Среди отловленных "Диссернетом" клиентов диссерорезательных мастерских есть и врачи, которые легко меняют контекстной заменой в тексте своей диссертации "кровь" на "лимфу", или "псориаз" на "экзему, - и продолжают лечить, как ни в чем не бывало, ничего не подозревающих пациентов. Инженеры-мостостроители, которые воруют и перевирают чужие расчеты жесткости металлоконструкций. Разработчики ракет и спутников, которые тащат и корежат чужие исследования надежности приборов и двигателей. Производители вентиляционных систем, которые прикидываются специалистами в расчетах противопожарного оборудования в многоквартирных домах... И прочее лживое дерьмо, прямо сопряженное с риском для человеческих жизней.

А теперь вернемся к катастрофе суперсекретного подводного аппарата, на котором произошел пожар. Предсказывать такие пожары, разрабатывать системы их предотвращения и средства подавления огня, придумывать надежные схемы спасения человеческих жизней, если пожар на подводном судне все же произошел, - это тоже научное знание. В нем тоже бывают большие или меньшие достижения, за него тоже присуждаются ученые степени.

А раз эти степени кому-то присуждают, значит кто-то их и ворует. Следовательно, кто-то готовит это воровство, кто-то предлагает ворованный товар. Ну и кто-то третий еще и прикрывает обоих - и этого продавца фальшака, и этого покупателя лажи.

Вот знакомьтесь:

ПАВЛОВ ЭНДЖЕЛ ВЭТОЛЬДОВИЧ, специально обученный учОный-специалист по чрезвычайным ситуациям на надводных и подводных судах. В прошлом - заместитель начальника Научно-исследовательского института спасания и подводных технологий Военно Морского флота РФ. Сам этот институт на собственном сайте представляет себя в качестве "единственного в России прикладного научно-исследовательского центра, занимающегося развитием аварийно-спасательного дела, средств и способов проведения водолазных, судоподъемных и глубоководных работ", а также "головной научно-исследовательской организацией в области формирования и развития системы ПСО, предотвращения и ликвидации чрезвычайных ситуаций на море и водных бассейнах России".

Диссертация учОного Энджела Вэтольдовича, как видит "Диссернет", в значительной мере списанная. Вот тут для всех желающих - подробности: кликайте по квадратикам в свое удовольствие, и увидите, что и откуда там стащено - https://www.dissernet.org/expertise/pavlovev2011.htm

Наверное, этот прискорбный факт можно было бы считать хоть и неприятной, но в общем незначительной случайностью, если бы "Дисссернет" не располагал сведениями о дальнейшей судьбе текста, хладнокровно свистнутого этим специалистом по спасанию на море.

Но "Диссернет" как раз ими располагает, вот ведь какая беда.

"Дисернету" точно известно, что в данном случае мы имеем дело с типичной ситуацией, когда однажды украденный текст был затем запущен людьми, продававшими его всяческим мелким аферистам, что называется, в жесткую ротацию. То есть с тех пор, как памятный нам Энджел Вэтольдович спер свой текст, его научные руководители решили, что одной перепродажи будет, пожалуй, недостаточно, и можно на том же товаре заработать еще.

И вот полюбуйтесь: АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ БУРНЯШЕВ, теперь уже не заместитель, а прямо-таки начальник того же самого Научно-исследовательского института спасания и подводных технологий ВМФ, то есть по статусу как бы еще бОльший учОный в области морского пожаротушения - устраивает из того же материала "вторую перегонку", то есть ворует второй раз у Павлова уже однажды украденный им текст. Правда, на сей раз уже без мелкой суеты и ерзания на стуле, а просто - присваивает целиком (тут подробности: https://www.dissernet.org/expertise/burnyachevaa2011.htm).

Хорошая вещь, однако, не должна пропасть на этом всего лишь втором обороте. И вот уже - АЛЕКСЕЙ ВИТАЛЬЕВИЧ КОНДЫКОВ, не имеющий отношения к НИИ спасания МВФ, но зато важный начальник в Орловском Государственном аграрном университете, - устраивает "третью перегонку",
- украв целиком и полностью текст,
- ранее украденный Бурняшевым у Павлова,
- ранее укравшего его у третьих лиц (тут живописные детали - https://www.dissernet.org/expertise/kondykovav2012.htm).

Но ротация так ротация, торговать так торговать - порадуйтесь вместе с нами тогда и четвертой перегонке того же дивного научного эликсира: ОЛЬГА АЛЕКСАНДРОВНА ГОРБАЧЕВА, преподаватель уже не сельскохозяйственного, а просто университета в том же Орле, благополучно
- попятила текст диссертации Кондыкова,
- который тот ранее украл у Бурняшева,
- который тот ранее свистнул у Павлова,
- который еще до того обворовал группу третьих лиц...
(вот здесь, если хватит терпения, - https://www.dissernet.org/expertise/gorbachevaoa2013.htm)

И все они вместе - научные работники, получившие ученые степени в области науки о борьбе с чрезвычайными ситуациями на море.

И всех их снабдил этими ворованными текстами один и тот же влиятельный и авторитетный научный центр - Санкт-Петербургский университет государственной противопожарной службы МЧС России, в чьем дисссертационном совете все четверо и защитили свою бурду, последовательно отсосанную друг у друга.

И если вы думаете, что где-то не лежит еще и не дожидается своего часа пятая перегонка того же текста, а там, глядишь, и шестая, - то вы ошибаетесь. К примеру, уже на этапе "второй перегонки" процесс пошел не только вглубь, но и вширь: текст того же Бурняшева был еще раз продан теми же высокооборотистыми молодцами из Санкт-Петербургского университета государственной противопожарной службы МЧС России - целиком, одним куском, - еще и Александру Сергеевичу Фадееву, преподавателю Михайловской военно-артиллерийской академии (это тут - https://www.dissernet.org/expertise/fadeevas2013.htm)

Кстати, "первая перегонка" текста у прекрасного Энджела - на самом деле вовсе не первая, конечно: эксперты "Диссернета" ясно видят, что и те диссертации, которые послужили ему источником, в свою очередь были списаны, так что есть еще и "нулевая", и "минус первая" перегонки, и черт их знает, сколько еще их там вглубь, - но уже путь, ладно, на станем тут погружаться совсем уж во тьму веков...

Скорее всего "Диссернету" еще предстоит радость открытия все новых и новых воплощений этого бессмертного шедевра противопожарной мудрости. Ведь говорится же в стольких прелестных народных сказках: одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, четвертая мерещится, а пятая под листиком спряталась...

Прочтите теперь подряд все четыре темы этих последовательно высосанных одна из другой диссертаций. Получается, что "Диссернет" знал, что в области науки о противопожарной защите и спасательных операциях на российском флоте происходит какая-то дикость. Там бесконечно ворую, врут, прикидываются, имитируют... Однако на то, чтобы выяснить все это, у "Диссернета" ушло в десятки раз меньше времени и рабочих ресурсов, чем на то, чтобы пробиться со всем этим знанием через заградительные барьеры и запретительные структуры российской системы научного администрирования - Миннауки и ВАКа.

А поэтому давайте-ка теперь попробуем посмотреть на положение чуть серьезнее. Вот несколько недель тому назад было объявлено, что Высшая Аттестационная Комиссия при Министерстве науки РФ теперь будет заседать в новом составе. Из этого состава было удалено множество лиц, запятнавших свою репутацию не тем, чем вы подумали, а наоборот - сотрудничеством с "Диссернетом" и участием в борьбе с околонаучными фальсификациями. Кресло председателя ВАК в третий раз подряд - вопреки совершенно недвусмысленному законодательному запрету - удержал за собой Владимир Филиппов.

И после того, как у Филиппова и ВАКа стало, таким образом, снова все хорошо в жизни, и поводов для волнений опять, вроде как, не осталось, - этот Филиппов и этот ВАК посчитали, что теперь самое время начать придерживаться новой политики в отношении "Диссернета" и результатов его работы. А именно - начать надменно, высокомерно, через губу отмахиваться от этого неприятного знания об уровне развития мошеннических связей и технологий в российской научной сфере.

"Мы ученые, а не сыщики!" - важно надувает щеки Филиппов и заявляет, что он и вверенный его руководству ВАК, в принципе не станет рассматривать целые классы информации, найденной "Диссернетом". Например, не будет принимать во внимание сведения о том, что фальсифицировать можно не только диссертацию, но и научную монографию - именно для того, чтобы прикрыть ею диссертационное воровство.

ВАК бесконечно умножает процедурные сложности на пути заявлений о лишении ученой степени, подготовленных "Диссернетом", усложняет бюрократические инструкции, запрещает ученым "непрофильных специальностей" присутствовать на заседаниях, где рассматриваются такие заявления, при малейшей зацепке и по малейшему поводу пытается не впустить на свои заседания сотрудников "Диссернета". И при этом чиновники во главе с Филипповым бесконечно врут, лицемерят, мелко жульничают, что-то прячут, передергивают с датами, шулерствуют с бумагами...

Совершенно очевидно, что именно "Диссернет" для ВАКа и его главы Филиппова стал источником самой большой опасности и самого неприятного беспокойства. Не Павлов-Бурняшев-Фадеев-Кондыков-Горбачева, залезающие, как матрешки, внутрь друг другу, а именно "Диссернет" - зло.

Вот как описывает эту ситуацию большая группа академиков и членов-корреспондентов РАН, образовавших "Клуб Первого Июля", влиятельнейшую общественную организацию российских ученых:

"Руководство ВАК открыто и демонстративно встало на сторону фальсификаторов научных степеней, отказавшись даже ознакомиться с объективной информацией и неопровержимыми доказательствами такой фальсификации. Более того, президиум ВАК по предложению своего председателя послушно принял решение, делающее невозможным учет полноты имеющейся информации, а значит и серьезное рассмотрение доказательств фальсификации и в будущем, фактически приглашая диссероделов расширять свою деятельность. Стиль руководства председателя ВАК, не отвечающего за свои слова и перекрывающего источники неугодной ему информации, совершенно неприемлем для уважающего себя научного сообщества. Решения нынешней ВАК позорят российскую науку в глазах всего мира. Они оскорбительны для всех обладателей отечественных ученых степеней, получивших их честно и заслужено: факт наличия российской ученой степени уже сейчас не позволяет отличить честного ученого от жулика, получившего свою степень обманом. Действия ВАК окончательно разваливают систему научной аттестации в России..."

Ну что же. Давайте подождем еще. Давайте посидим так, щурясь на наперстки, быстро мелькающие в ловких руках товарища Филиппова, и ухмыляясь его маленьким милым хитростям.

Дождемся, пока еще что-нибудь внезапно, необъяснимо, беспричинно сгорит, взорвется, утонет, провалится сквозь землю, рухнет с небес. А люди, которые обязаны уметь к этому готовиться, с этим бороться, это предотвращать, на это учить, - так и будут жить счастливыми и уверенными в себе, нежно прижимая к груди свои ворованные дипломы, купленные звания и обманом добытые репутации.

«Обычное копирование». В Башкирии суровый приговор по 228-й статье отменили из-за дословного совпадения приговора и обвинительного заключения
😮😮😮
http://bit.ly/2YIbJqi

Виктор Васильев (https://www.facebook.com/victor.vassiliev.351/posts/2888915534482933)

Тезисы по взаимодействию с ВАК

Для внешнего читателя: об устройстве и функционировании ВАК (Высшей Аттестационной Комиссии) можно узнать в начале публикации Александра Муравьева https://www.facebook.com/muravyev.hse.spb/posts/680946879032114

Сейчас я член ВАК и ее Президиума и одновременно председатель комиссии http://kpfran.ru/ , которой в свете некоторых недавних событий предстоит выстраивать отношения с ВАК. Ниже – фиксация моих взглядов на эти темы.

1. ВАК vs Диссернет
С ВАК я работаю уже 20 лет, а Диссернет для меня не сват, не брат и не сослуживец (не считая разве того, что в молодости я работал с дедушкой М.С. Гельфанда). Тем не менее, почти с момента возникновения диссернета и его противоречий с ВАК, позиция его неизменно оказывалась для меня более убедительной.

Главная причина этого – в установленном веками развития науки понимании того, какие виды аргументации ведут к получению правильного представления о действительности, а какие - нет.

В приличной научной дискуссии значение личности (тем более – должностей и званий) человека, выдвигающего тот или иной тезис, ничтожно по сравнению с предъявляемыми фактами и рациональной аргументацией. Если я в математическом споре заявлю, что я прав, потому что я академик, а мой оппонент – студент, то стану посмешищем в глазах моих коллег, даже если собственно по существу научного вопроса окажусь действительно прав.

Решения ВАК и его структур -- это оценочное мнение группы лиц, заседающей в закрытом режиме, в лучшем случае сопровождаемое мотивировочными текстами также оценочного характера. Главный результат работы Диссернета – это не выводы и оценки, а собственно доказательства, которые каждый может проверить. Вот вам скан, слева – текст диссертации, справа – текст чьей-то еще более ранней диссертации или статьи, извольте сравнить и сделать самостоятельные выводы. Оспорить такую аргументацию очень сложно – разве что показать, что эти сканы не соответствуют истинным текстам, или найти-таки где-то на них корректную ссылку на первоисточник, пропущенную активистом диссернета – но где такие возражения, выдерживающие независимую проверку?

Я успел поприсутствовать на многих заседаниях, когда мнения ВАКовских структур и диссернета резко расходились. В большинстве из них решение было принято не в пользу диссернета, и я не помню НИ ОДНОГО случая, когда аргументация его оппонентов выглядела бы внешне корректно и при этом при дальнейшем исследовании оказалась правдой. Разумеется, систематически возникавшие разговоры о том, что в диссертационной работе есть все-таки значительная самостоятельная часть, и есть даже элемент новизны в научных выводах, в этом смысле несерьезны: ведь даже если человек целых пять дней в неделю честно работает на производстве, а в выходные попадается на карманной краже, то он никак не чист перед законом. Пожалуй, было несколько ситуаций, когда я по-человечески сочувствовал диссертантам, которые сделали реальную полезную работу и схалтурили при ее описании, не разделив должным образом куски описания, повторяемые в диссертациях сотрудников. Эти случаи более простительны, если при этом не рассказывать, что формального нарушения не было.

С другой стороны, я помню многочисленные ситуации, когда волею ведущих заседание «голосу» диссернета М.С. Гельфанду затыкали рот, не давая возразить на ложные или явно абсурдные заявления экспертных советов, или отказывались рассматривать готовые к предъявлению вещественные доказательства, в том числе почему-то проигнорированные экспертными советами. Может быть, это соответствовало каким-то канонам бюрократической субординации, но при этом происходила вещь, невыносимая для моего «сциентистского» сознания: официальное признание вранья правдой и наоборот.
Полагаю, что написанное выше объясняет не только мое собственное отношение к коллизии, но и тот факт, что в настоящее время диссернет пользуется существенно большим доверием и моральным авторитетом в среде ученых, не повязанных диссеродельным грехом, нежели ВАК.

2. Суть проблем с плагиатом
Имеется два основных потока несамостоятельных диссертаций. Первый – мелкожульническая самодеятельность: авторы, на свой страх и риск списывающие чужие труды; неглупые, но аморальные околонаучники, подрабатывающие фабрикацией халтуры; руководители-халтурщики, тиражирующие диссертации своих учеников, и т.п. Как правило, ВАК проявляет по отношению к этому потоку должную принципиальность, если только клиентом не оказывается достаточно важное лицо.

Более тяжелая проблема – это существование диссеродельных фабрик, то есть советов, торгующих утверждением липовых диссертаций (и, возможно, работающих в связке с их изготовителями), и их поддержка на более высоких уровнях системы аттестации. Ворованные тексты – это всего лишь то слабое место, в котором их можно отследить. Самим этим фабрикам содержание текста не интересно – любят они своих клиентов совсем не за это и готовы были бы утвердить хоть переписанный телефонный справочник, хоть пачку туалетной бумаги, хоть вообще обойтись без диссертационного тома. Но ритуал оформления требует, чтобы была переплетенная стопка бумаги, на первой странице которой написано, что это диссертация, а внутри – слова, которые ради осторожности должны быть как-то увязаны с ее темой. И если фирма почтенная, со связями, и гарантирует прохождение дела и у себя, и на более высоких этапах, то до возникновения ужасного диссернета при изготовлении такой стопки можно было ограничиться наиболее простым способом – списыванием с любого чужого текста примерно на ту же тему (конечно, с соблюдением минимальных предосторожностей). При здоровой системе аттестации такое было бы невозможно, поэтому сколько-нибудь массовое появление списанных диссертаций, пропущенных тем или иным советом, является симптомом болезни. Поймать их на сговоре или в процессе оплаты услуг практически невозможно, но вот дословно совпавший текст – возможное место прокола.

При этом по моим впечатлениям для того, чтобы вся система аттестации начала давать систематический сбой, совершенно необязательно, чтобы большинство ее членов (включая руководство) сами участвовали в работе таких нехороших структур или имели от них непосредственную материальную выгоду. Нет, конкретные участники или их прямые осознанные помощники могут составлять сравнительно небольшой процент действующих лиц системы, а дальше включаются механизмы ведомственной или научно-конфессиональной солидарности, соображения монополизма, взаимовыручки, воспоминания о собственных мелких грешках, и другие социальные инструменты, обеспечивающие недопустимую толерантность.

В настоящее время статистика по списанным диссертациям сильно улучшилась, что однако же говорит только о том, что работать диссероделы стали тщательнее, с соблюдением предосторожностей против компьютерного обнаружения, с заменой слов синонимами, с искусственными опечатками, и тп. Судя по текстам былых времен, я думаю, что раньше фабрикация «куклы» диссертации могла занять два-три дня, теперь же меньше чем дней за пять-семь не обойтись. Однако все равно этот бизнес должен оставаться весьма доходным, и нетрудно предположить, что цветет он на тех же самых делянках, что и раньше, если они не были должным образом ликвидированы. Выводы оставляю читателю.

3. Моя история.
В 2006-2014 годах я был председателем экспертного совета (ЭС) по математике и механике. Приходя в этом качестве на заседания своей секции Президиума ВАК (где докладывал/комментировал дела нашего совета), я удивлялся регулярно возникавшим разговорам о страшной проблеме списанных диссертаций. В нашей науке с этим все было неизмеримо благополучнее – возможно, не потому, что математики такие хорошие и честные, а потому что сфабриковать и отрепетировать защиту кандидатской по математике (да еще потом всю жизнь изображать из себя знатока) гораздо труднее, чем докторской по многим другим наукам, а выгоды меньше, и это никого не привлекает.

В этих обсуждениях проблема плагиата представлялась неразрешимой, во всяком случае ее решали заведомо неэффективными средствами, сводящимися к накрутке формальных требований к оформлению дела (что, конечно, бьет по честным диссертантам гораздо больше, чем по клиентам фабрик, где эти вещи можно поставить на поток). В общем, я приобрел впечатление, что проблема очень сложна, и радовался, что ее решение не входит в круг моих непосредственных обязанностей. Но где-то около 2014-15 года стала распространяться информация о деятельности диссернета, и я порадовался, что проблему вроде бы удается решить если не полностью, то несравненно эффективнее, чем это виделось ранее. То, что я увидел позднее, трудно интерпретировать иначе чем то, что решение этой проблемы на самом деле не было искренней целью действующей системы ВАК (рассматриваемой как единый организм со своей внутренней логикой и путями принятия решений) – во всяком случае, в части диссертаций, проходивших через солидные фирмы, или задевавших интересы серьезных людей.

В 2016 году я попал в ВАК и в его Президиум. Случайно оказался на заседании его общественно-гуманитарной секции и стал свидетелем поразившей меня сцены обсуждения с участием М.С.Гельфанда, представлявшего точку зрения диссернета, и противостоявших ему защитников покраденных диссертаций, представлявших один из ЭС. Поскольку публичное торжество вранья очень меня угнетает, я сделал вывод о необходимости ходить туда регулярно. Вскоре к нам присоединилась Наталья Михайловна Новикова, бывшая до этого моим заместителем в ЭС по математике и также вошедшая в ВАК.

О том, что мы там увидели, сказано уже много, и можно легко найти в интернете. В частности, самый ужасающий грех научной работы – не воровство, а подделка результатов. Соответственно, смертный грех аттестационной системы – оправдание заведомой подделки. Регулярное наблюдение этого грехопадения сильно действовало мне на нервы. Один из хрестоматийных примеров – оправданная диссертация по экономике производства энергонасыщенных растений (то есть попросту рапса), в которой были скопированы (со всеми числовыми данными) таблицы из параллельных исследований по птицеводству, и даже валовый доход рапса почему-то исчислялся в головах. Этот пример – далеко не единственный, см. раздел 4 в https://www.dissernet.org/publications/o_ec_vak_po_economicheskim_naukam.htm, значительную часть материала которого я наблюдал собственными глазами.

Разумеется, главным действующим лицом в нашей группе был МС с его громким голосом, быстрой реакцией и вовлеченностью в дела диссернета. Моя излишняя деликатность и соблюдение норм столопочитания на этих заседаниях до сих пор составляют предмет моего недовольства собой. Тем не менее, трех человек гораздо труднее назвать случайным психом, и я уверен, что наше с Натальей Михайловной присутствие было полезным. Действительно, по моему впечатлению, через некоторое в атмосфере секции стали происходить оптимистичные изменения. Хотя члены, послушные председательской воле, при голосовании по-прежнему составляли большинство, со временем все больше из них убеждалось, что говорить правду совсем не больно и может быть даже не страшно, а поддержка вранья и плагиата в присутствии явно высказанной альтернативной возможности создавала все больший моральный дискомфорт; более активная часть секции постепенно избавлялась от чувства безнадежности, и результаты голосования все больше отклонялись в нашу сторону, приближаясь к серединной отметке. И вот тут-то было принято постановление, запрещавшее членам президиума ВАК посещать заседания «непрофильных» для них секций.

4. O «специалистах».
Сопровождалось это лозунгом, что о диссертациях должны судить специалисты. Лозунг, конечно, верный, но к данной ситуации и к сделанным на его основе административным решениям отношения не имеющий, а по факту применения даже им противоречащий.

Первый аргумент, объясняющий нерелевантность этого лозунга в данной ситуации, уже был у А. Муравьева. Секции Президиума ВАК сами состоят из специалистов самых разных профилей, и вот получается, что профессионал-химик не может оценивать диссертацию по фармакологии, а стоматолог и патологоанатом – могут, потому что они относятся к той же медико-биологической секции президиума, а химик – к «естественнонаучной». Аналогично, как пишет Муравьев, «диссертация по математической экономике может быть понятна, скорее, математикам, чем юристам или историкам, заседающим вместе с экономистами в секции по гуманитарным и общественным наукам».

Что еще интереснее, по факту применения это решение оказалось прямо противоречащим лозунгу. Дело в том, что в составе общественно-гуманитарной секции президиума того созыва оказалось много приличных и грамотных экономистов: член-коры РАН Афонцев и Кузнецов из ИМЭМО, Муравьев из питерского филиала ВШЭ; туда же часто приходил декан экономфака МГУ Аузан (который хотя и не входил в президиум, а только в сам ВАК, но не пустить его на секцию – это было бы слишком). По спорным вопросам, связанным с диссертациями по экономике, все они голосовали принципиальным образом, почти всегда поддерживая диссернет, а не экспертные советы ВАК по экономике. Казалось бы, если следовать провозглашенному выше принципу, то остальная часть президиума при голосовании должна была бы ориентироваться на мнение своих профильных специалистов. Но нет, оправдание всех «голов рапса» раз за разом продавливались руководством ВАК засчет голосов правоведов, педагогов и литературоведов.

5. Но дело даже не в этом.
К сожалению, и уровень проблемы, и понятие «специалиста» во многих из этих случаев совсем другие. Совершенно не обязательно созывать консилиум из «специалистов» – текстильщика, кутюрье и дизайнера, – когда речь о том, что король ГОЛЫЙ.

«Специалист», убеждающий вас, что только посвященные могут судить о достоинствах (отсутствующих) нарядов короля, или оправдывающий головы рапса, – это не специалист, а гроб повапленный. При ограблении богадельни надо вызывать специалиста по взломщикам, а не по благотворительности.

Или вообразите себе на минутку, что у вас угнали автомобиль, вы обращаетесь в полицию, а там от вас требуют описать устройство двигателя внутреннего сгорания – ведь если вы его не знаете, то как же можете утверждать что-то про автомобиль, явно не являясь специалистом? Не подумаете ли вы грешным делом, познакомившись с такой фантастической логикой, что такие полицейские находятся в неформальных отношениях с похитителями?

Не далее как 05 июля сего года, рассуждая на заседании Президиума ВАК о подделке датировки книг, наш как бы главный эксперт – сам В.М. Филиппов – сказал, что достоверно определить факт такой подделки чрезвычайно трудно. И я, скорее всего, тоже не справился бы с такой задачей (или справился с большим трудом), даже если бы речь шла о книге по моей научной специальности. А вот профессиональный «библиотекарь» высшего уровня (например, член нашей комиссии В.А. Глухов, которого за неделю до этого не пустили на заседание президиума) умеет решать эту задачу в два счета.

Поэтому если говорить об участии «специалистов», то, конечно, надо иметь в виду специалистов именно по содержанию рассматриваемого вопроса. Если речь не о научном содержании, а о фальсификации издания книг – то специалиста-библиографа, если о поиске первоисточников, то источниковеда. А как называются специалисты по умению поверить своим глазам и не промолчать, что король голый, я не знаю, но без них совсем ничего не получается.

​​Козлов Иван Генрихович
зав. кафедрой фармакологии #РНИМУ им. Пирогова

http://bit.ly/2YHyiLH

​​Албегова Диана Заурбековна, доктор медицинских наук (решение о присуждении учёной степени отменено) из #РНИМУ им. Н.И. Пирогова

http://bit.ly/2YIVPvF

Александр Верещагин, главный редактор  Закон.ру (http://bit.ly/2G0u4HK)

Всё правильно Морщакова написала, хотя и чересчур витиевато местами. Слово «легислатура» применительно к органу, не являющемуся законодательным, я впервые встречаю, но никогда не поздно узнать новое.

Относительно обратной силы норм, ограничивающих время пребывания в должности («не более двух сроков» и т.п.) я добавил бы вот что. С точки зрения теории, я не вижу причин, по которым подобные нормы не могут иметь обратную силу. Допустим, я – Филиппов (scusatemi per questa mania grandiosa), и вот в начале 2013 года меня назначают главой ВАК на 3-летний срок. Ограничения на количество сроков еще нет, но спустя пару месяцев правительство такое ограничение вводит (не более двух сроков подряд). Вопрос в том, считается ли мой первый срок, начавшийся до введения данной поправки, первым из двух подряд – или таковым будет следующий мой срок, начавшийся уже после появления поправки? То есть, может ли она иметь обратную силу? Если да, то в 2019-м я должен уйти; если нет, то могу фактически сидеть три срока подряд, потому что мой первый срок не считается.

Смысл запрета на применение нормы с обратной силой (ретроактивность), на мой взгляд, заключается в том, чтобы избежать эффекта расстроенных ожиданий или как минимум его снизить: например, человек дарит близкому родственнику квартиру, исходя из того, что сделка эта налогом не облагается (иначе, быть может, и не подарил бы). Если законодатель вводит налог на подобное дарение, то не для прошлых сделок, а только для будущих. Это элементарное требование честности, fairness.

Однако когда речь идет о «сделках» между назначаемым лицом и органом власти, который его назначает, такое требование едва ли приложимо. О каких расстроенных ожиданиях (disappointed expectations) в таком случае вообще может идти речь? Что, неужели Филиппов не пошел бы в председатели, если бы знал, что количество его сроков вскоре ограничат? Смешно об этом и говорить. Это как если бы государство считало себя не вправе упразднить какое-нибудь министерство ранее, чем истечет срок полномочий действующего правительства: мол, это нарушает права министра и его замов, они в момент назначения на такой оборот не рассчитывали и потому имеют право «досидеть». Нет, такой довод неуместен, поскольку публичные должности принадлежат государству и оно может распорядиться ими в любой момент как ему заблагорассудится, не считаясь с карьерными ожиданиями занимающих их лиц.

Так опровергается довод о том, что обратная сила нарушает-де какие-то личные права «инкумбента». Но есть и другие доводы в пользу ретроактивности – публично-правовые. Они не только допускают обратную силу, но и прямо ее требуют. Ведь ограничение на количество сроков вводится в публичном интересе: чтобы не было коррупции и профдеформации, чтобы был прилив свежих сил, чтобы глаз у начальника не замыливался и т.п. Поэтому, если нормотворческий орган признал резонным ограничить пребывание на какой-то публичной должности известным предельным сроком, то эти резоны получают силу немедленно и, следовательно, в отношении всех периодов пребывания в этой должности, а не только тех, которые еще не начинались. Текущий период не может быть выведен из под действия этих побудительных причин. Нелепо же говорить, будто текущий срок не деформирует чиновника профессионально и что на его протяжении он волшебным образом имеет иммунитет против рисков коррупции, из-за которых собственно и вводится ограничение, а вот все последующие сроки, имеющие начаться в будущем – такие риски несут! Ведь это такие же сроки и такие же риски; речь идет об одинаковых обстоятельствах и об одной и той же должности, и ограничение вводится не против рисков, ожидаемых только в будущем, а против рисков уже актуальных, НАСУЩНЫХ.
http://bit.ly/2G35K7Q?

​​Бешенков Сергей Александрович
Профессор в Институте управления образованием РАО

http://bit.ly/2YTr1bu

​​Кобиашвили Нана Александровна, кандидат педагогических наук из #ВГИПУ

http://bit.ly/2G5m2gR

​​Попов Дмитрий Иванович
заведующий кафедрой "Информатика и вычислительная техника" #МГУП

http://bit.ly/32kxnD6

​​Пеньков Владимир Михайлович, кандидат технических наук из #МАДИ

http://bit.ly/2NN0onM