Книга английского историка Филиппа Госса "История пиратства" (1932) считается классикой в изучении истории морского разбоя. Госс наряду с пиратами "золотого века", такими как капитан Кидд и Черная Борода, рассматривал и более ранние примеры пиратства в Атлантике, в частности пиратов 16 и 17 веков. Значительную часть своей книги он посвятил неевропейским пиратам, таким как магрибинские корсары и пираты 19 века в водах Восточной Азии.
Возможно, самым ценным вкладом Госс в изучение пиратства является его описание "пиратского цикла". Согласно анализу Госсе, пиратство развивается тремя отдельными стадии. Во-первых, жители маргинальных прибрежных регионов совершают мелкие пиратские нападения только на наиболее уязвимые торговые суда. Сейчас это еще называют "пиратством для пропитания" (subsistence piracy). По мере того как разбой становится все более прибыльным, пиратские группы становятся более крупными и организованными. Эти крупные профессиональные организации способны либо поглотить более мелкие пиратские группы, либо вытеснить их из бизнеса. Профессиональные пираты, которые характеризуют вторую стадию пиратского цикла, способны совершать скоординированные нападения даже на самые крупные торговые суда. Третья стадия пиратства наступает, когда пиратские организации могут рассматриваться как "практически достигшие статуса независимого государства" и "в состоянии заключить взаимовыгодный союз с другим государством против его врагов".
Османский бюрократ, поэт и историк Мустафа Али тоже писал о похожем цикле:
"Впрочем, ровно за три с половиной столетия до английского историка этот трехэтапный процесс уже подробно описал Мустафа Али. Он тоже не был в восторге от моряков с запада Анатолии и называл их «Mellahîn-i gâret-pesend» (моряки, любящие грабить и расхищать). Али сообщает, что в большинстве своем те были турками, уроженцами предгорий Каздага, что на северо-западном побережье Малой Азии. Эти турки сперва прославились как лучники, а потом, сбиваясь в шайки по пять-десять человек, начали похищать христианские «сандалы» – лодки. Спрятав такой сандал где-то в заливах между Эгейскими островами, разбойники усаживали в него и гребца из подданных падишаха-зимми – точнее, порабощали христиан, охраняемых исламским правом, – и начинали пиратствовать, нападая на те торговые корабли, которые привлекли их алчный взгляд (осм. «gözlerine yeğdirdikleri rencber gemilerün basub»). Какое-то время они совершали подобные набеги, пока не разживались на фыркату. Чем сильнее пираты приумножали богатство и опыт, тем быстрее переходили на новый уровень. Наступало время еще немного расширить судно или же купить новое, а еще лучше – получить кальетэ «по желанию» у одного из капитанов Мореи (Пелопоннеса). Накопив капитал и обретя мастерство, моряки прекращали разбойничать: они были готовы стать корсарами, а значит, им предстояло плыть в Магриб. Став корсарами, они обязались следовать определенным правилам: не нападать на мусульман и неверных из хараджгюзар, не нарушать пределы джихада и газы и, раскаявшись в грехах, «следовать за благой верой, по возможности совершая намаз». По крайней мере так все было в теории."
Emrah Safa Gürkan, Sultanın Korsanları
Возможно, самым ценным вкладом Госс в изучение пиратства является его описание "пиратского цикла". Согласно анализу Госсе, пиратство развивается тремя отдельными стадии. Во-первых, жители маргинальных прибрежных регионов совершают мелкие пиратские нападения только на наиболее уязвимые торговые суда. Сейчас это еще называют "пиратством для пропитания" (subsistence piracy). По мере того как разбой становится все более прибыльным, пиратские группы становятся более крупными и организованными. Эти крупные профессиональные организации способны либо поглотить более мелкие пиратские группы, либо вытеснить их из бизнеса. Профессиональные пираты, которые характеризуют вторую стадию пиратского цикла, способны совершать скоординированные нападения даже на самые крупные торговые суда. Третья стадия пиратства наступает, когда пиратские организации могут рассматриваться как "практически достигшие статуса независимого государства" и "в состоянии заключить взаимовыгодный союз с другим государством против его врагов".
Османский бюрократ, поэт и историк Мустафа Али тоже писал о похожем цикле:
"Впрочем, ровно за три с половиной столетия до английского историка этот трехэтапный процесс уже подробно описал Мустафа Али. Он тоже не был в восторге от моряков с запада Анатолии и называл их «Mellahîn-i gâret-pesend» (моряки, любящие грабить и расхищать). Али сообщает, что в большинстве своем те были турками, уроженцами предгорий Каздага, что на северо-западном побережье Малой Азии. Эти турки сперва прославились как лучники, а потом, сбиваясь в шайки по пять-десять человек, начали похищать христианские «сандалы» – лодки. Спрятав такой сандал где-то в заливах между Эгейскими островами, разбойники усаживали в него и гребца из подданных падишаха-зимми – точнее, порабощали христиан, охраняемых исламским правом, – и начинали пиратствовать, нападая на те торговые корабли, которые привлекли их алчный взгляд (осм. «gözlerine yeğdirdikleri rencber gemilerün basub»). Какое-то время они совершали подобные набеги, пока не разживались на фыркату. Чем сильнее пираты приумножали богатство и опыт, тем быстрее переходили на новый уровень. Наступало время еще немного расширить судно или же купить новое, а еще лучше – получить кальетэ «по желанию» у одного из капитанов Мореи (Пелопоннеса). Накопив капитал и обретя мастерство, моряки прекращали разбойничать: они были готовы стать корсарами, а значит, им предстояло плыть в Магриб. Став корсарами, они обязались следовать определенным правилам: не нападать на мусульман и неверных из хараджгюзар, не нарушать пределы джихада и газы и, раскаявшись в грехах, «следовать за благой верой, по возможности совершая намаз». По крайней мере так все было в теории."
Emrah Safa Gürkan, Sultanın Korsanları
