🇹🇩
«Бумажные тигры». О последствиях гибели президента ЧадаЗнаю, многим уже надоел Чад, но коль скоро Идриса Деби Итно по влиянию в регионе давно сравнивали с Муаммаром Каддафи, его гибель может возыметь очень далекие последствия, поэтому еще несколько мыслей —
в развитие комментария изданию gazeta.ru.
Что здесь главное. В персоналистских режимах
личности значат больше, чем институты. Поэтому выстроенные системы договоренностей — хрупкие. ИДИ создавал центрированную на себе самом систему, поддерживая
личные отношения с главами государств, влиятельными посредниками и брокерами, главами и старейшинами племен и общин.
У его сына МИДИ высокий авторитет, но отец не готовил Махамата в «дофины» и пресекал любые дискуссии о преемнике, зная, что его семейство будет не в восторге. А авторитет и связи отца по эстафете не передаются — их надо
заработать. Порядок транзита
уже отвергнут гражданским обществом (платформами Trop c'est trop, Iyina, Ça Suffit и др.), политической оппозицией, профсоюзами, конечно, вооруж. группами (CCMSR уже высказался в поддержку потрепанного в боях FACT) и, главное, частью генералитета и высших офицеров — мало кому по душе де-факто монархическая передача власти.
Именно ИДИ занимался кооптацией в свои структуры влиятельных повстанцев со связями в ближнем и дальнем зарубежье, в Ливии, странах Залива, в Судане — вроде Баба Ладде, экс-главаря фульбских ополчений, проживавшего в Дакаре и встретившегося с ИДИ совсем недавно в Нджамене.
Last but not least, ИДИ постоянно доказывал свой авторитет личным присутствием на поле боя — в 2006, 2008, 2019, 2020 и, напоследок, в злосчастные 18 апреля 2021 г., где вместе с ним погибли не меньше 10 генералов. Это в Мали у генералов главный враг — ожирение, в Чаде же — все по-другому. И с его гибелью могут вновь закровоточить старые раны.
Внутри страны это Тибести, с непростыми отношениями с племенными силами самообороны Миски во гл. с Тогоем Ойа, которые вышли из соглашения ноября 2019 г. из-за разногласий по поводу контроля и доходов с золотых приисков, на которые претендуют связанные с семьей ИДИ компании (вроде GMIA Minerals). Главные брокеры здесь — экс-президент Гукуни Уэддей и член ВПС Оки Дагаше, оба — тубу. Критичен еще и бассейн оз. Чад: для поддержания санитарного кордона от фракции «Боко харам» Абубакара Шекау важна лояльность местной администрации, общинных старейшин канембу, партийных кадров, «связной» с Нджаменой здесь — член ВПС Махамат Исмайл Шайбо.
Это и Дарфур, где в последние годы ИДИ выступал конструктивной и сдерживающей силой и благодаря личным и племенным связям серьезно улучшил отношения с повстанческими группировками, особенно с
главарем RSF Мухаммадом Хамданом Дагло «Хамидти», у которого в Чаде связи в клане махарийя арабского племени ризейгат; в его RSF состоят немало чадских арабов (в т.ч. из оппозиции), и Хамидти при желании может дестабилизировать Чад, финансово поддержав соплеменников, переживающих тяжелые времена в связи с засухами и падежом стад верблюдов.
Отношения ИДИ с Хамидти, окрепшие после 2019 г., носили характер
личной сделки, и порча их может быть критична в условиях, когда мирные договоренности и так на грани срыва. Вся надежда — на кузена Хамидти и бывшего главу ГШ ВС Чада Бишару Исса Джадаллу, ныне — члена ВПС. Правда, сам Хамидти активно ищет выходы на Францию, строит репутацию «борца с террором» и нелегальной миграцией в ЕС, а пропуск в Елисейский дворец минуя Нджамену он вряд ли получит.
Чад — стабилизирующая сила (контингенты MINUSMA, G5, MNJTF) в регионе, и сообщения о выводе 1200 чадских военных из зоны «трех границ» (Мали — Буркина-Фасо — Нигер), переброшенных туда недавно, вызывают тревогу; их опровергли буквально сегодня, но попутно сообщив, что чадские солдаты все-таки покинули север Буркина-Фасо. Но будем честными: чадская армия — самая эффективная, но в то же время и самая брутальная и безжалостная в отношении местного населения, она и купирует, и порождает новые проблемы. Последствия в виде укрепления джихадистов дадут о себе знать, но не исключена и разрядка в отдельных зонах.
