Эти наши бывшие умеренные антисоветчики даже в самые глухие годы спасались чувством своей причастности ко всемирной правоте, назовем это так. Жили в Советском Союзе и потом в России, как пелось в их юности, послами не отмеченной на карте державы, всегда имея в виду, что в условиях отечественной ненормальности их нормальность — часть общемировой. Их сила, видимо, в том и была, что на советские и потом российские безобразия они смотрели глазами внешнего мира, большого Запада, и поводов усомниться в том, что у большого Запада те же ценности, что и у них, за тридцать с лишним лет не возникало никогда. А тут прямо землетрясение — большой Запад сам стучится в их дверь то комментарием в фейсбуке, то какими-нибудь дикими новостями, которым так радо российское государственное телевидение. Неосоветский западник, если он хочет остаться западником, должен теперь отождествить себя с толпой, так по-дэнээровски захватившей центр Сиэтла — и тут уже нужно или лицемерить, или ломать себя. Человек с культурным бэкграундом антисоветчика семидесятых-восьмидесятых, презиравший Анджелу Дэвис, Дина Рида, доктора Хайдера и Леонарда Пелтиера, никогда не полюбит Нэнси Пелоси и покойного Джорджа Флойда, а без этой любви неосоветский интеллигент-западник — чисто Антей, оторванный от Земли. Тут именно что остается только пропадать — не почвенником же становиться.
И он пропадает. И на смену ему приходит она, та выучившаяся на гендерно-расового специалиста тридцатилетняя дурочка. Это она теперь будет разговаривать с российским обществом с позиции морального превосходства как посол большого Запада и обладатель недоступного русским провинциалам знания.
https://republic.ru/posts/96960?utm_source=telegram&utm_medium=social&utm_campaign=RepublicMag