Энвер-паша в Палестине

Карта показывает места рождений премьер-министров Турции. Всего с 1923 года в Турции служили премьер-министрами 29 мужчин и одна женщина. 8 родились в Стамбуле, по 3 в Измире и Эрзинджане, и по одному в Сирии, Македонии и Болгарии.

"Десятое мухаррама" итальянского художника Фаусто Зонаро, одного из последних придворных художников Османской империи. Картина показывает процессию в честь дня Ашура в Стамбуле в первом десятилетии ХХ века.

Есть очаровательное модернистское объяснение почему раньше люди допускали рабство, а сейчас практически для всех это совершенно неприемлемо. Суть его в том, что люди прогрессируют не только технологически, но и морально. То есть прежние поколения были своего рода этическими инвалидами, неспособными почувствовать боль других людей, а мы напротив эту боль чувствуем и меняем мир к лучшему. В принципе понятно когда это убеждение разделяют левые, это часть их картины мира, но когда мусульмане говорят о чем то подобном, то стоит просто вспомнить, что все пророки жили в том самом ‘рабовладельческом’ прошлом и Ислам, каким мы его знаем это достижение именно этих поколений, а не современных ‘прогрессивных мусульман’ из фэйсбука и твиттера.

Иранцы пишут, что увольнение Трампом своего бывшего советника Джона Болтона, известного вашингтонского ястреба, не случайно произошло в день Ашура. Дескать, это барака священного дня так проявляется.

​​Сегодня годовщина со дня самого жесткого и "эталонного" турецкого военного переворота 12 сентября 1980 года. Сейчас практически все политические силы Турции воспринимают те события как трагедию, и для этого есть основания - каток военной хунты прошелся по всем, от ультралевых до исламистов. Примечательно, что если исламисты считают переворот очередным вмешательством антидемократического секуляризма и кемализма, то кемалисты напротив обвиняют военных в том, что они своим турецко-исламским синтезом проложили дорогу "политическому исламу", Эрбакану, Эрдогану и вот уже 17-летней эпохе АКР.

Однако в те дни очень многие простые турки восприняли переворот с облегчением и даже радостью. Страна всю вторую половину 1970-х переживала по сути гражданскую войну между левыми, правыми и исламистскими группами. Счет убитых шел на тысячи, раненых на десятки тысяч, правительство не котролировало целые районы даже в Стамбуле и Анкаре, не говоря уже о стране в целом, сотны тысяч рабочих бастовали, а политический раскол грозил затронуть уже и вооруженные силы, что было верным шагом к полномасштабной гражданской войне. В этих условиях главнокомандующий Кенан Эврен и его генералы и совершили переворот, железной рукой наведя более-менее пристойный порядок. Масштабные аресты, тюремные заключения, десятки казненных, множество изгнанных - все это стало причиной серьезной травмы в турецком обществе, не залеченной и по сей день. Но в те дни, появление солдат на улицах, где каждый день в уличной войне уже погибали в среднем по 20 человек в день, простые турки считали своим спасением.

Когда не можешь взять Проливы - построй свой Константинополь на Дальнем Востоке.

Не знал (или забыл), что во Владивостоке есть свой Босфор Восточный, с Золотым Рогом и т.д.

Джерри Тонер, историк Кембриджского университета, о том, что основы HR и управления персоналом появились во времена рабовладения в Римской империи времени расцвета (II век н.э.):
«Большинство людей привыкли считать, что рабы делали тяжёлую работу в адских условиях где-нибудь на рудниках, а хозяева стегали их за малейшую оплошность. Конечно, злой хозяин мог отдать раба за проступок на растерзание зверям в Колизее — такие случаи тоже бывали. Но надо понимать, что в Риме, особенно во времена империи, рабы стоили дорого. Государство уже не вело масштабных захватнических войн, и на рынках теперь почти не было обращенных в рабство варваров. Рабы стоили денег, и большинство хозяев управляли ими не с помощью суровых наказаний, а использовали другие способы мотивации: дарили им одежду, позволяли питаться более вкусной едой, жить с женщинами, а в конце концов отпускали на свободу.

Историки редко упоминают, что большинство рабов в римских поместьях отнюдь не были стариками. В среднем каждый раб служил 10–20 лет, и считалось, что достижение рабом тридцатилетия — хороший повод, чтобы отпустить его на волю. Зачем римляне совершали такой странный поступок? Ведь они теряли дорогого обученного работника. Потому что это был лучший инструмент мотивации: раб знал, что если будет работать усердно, то в итоге получит волю (отпущенного на волю раба видели и другие рабы - и они верили, что и с ними так поступят при хорошей работе). Хозяева понимали: чтобы мотивировать раба, надо дать ему надежду, возможность социальной мобильности и даже карьерные возможности — рабов, которые работали лучше других, назначали надсмотрщиками и управляющими, и это гарантировало им совершенно другой образ жизни. Как ни странно, здесь рабовладельцы оказывались мудрее, чем современные менеджеры, которые мало задумываются о мотивации сотрудников.

Да, рабство было системой эксплуатации совершенно бесправных людей, но ведь и капитализм фактически занимается примерно тем же. Скажу больше: неравенство сегодня сильнее, чем во времена Древнего Рима. А если мы вспомним, в каких условиях трудятся многие жители стран Третьего мира, например добывая на шахтах металлы, которые нужны для сборки модных смартфонов, мы поймем, что рабство и впрямь никуда не делось, просто глобализация сделала его существование для граждан западных стран не таким очевидным. Но даже если говорить о Европе и США, большинство живущих здесь людей чувствуют, что у них нет реального значения в обществе. В этом плане наша эпоха вполне сопоставима с античной».

Замечу об Османах. Примечательно, что Гераи считали вмешательство османского султана в свои дела одной из причин упадка Османского государства. Например, об этом пишет Мехмед Герай, член правящего дома и автор своей истории (тарих). В отличие от османских авторов, которые привыкли объяснять причины османских провалов децентрализацией, Мехмед Герай считал невежественное и деструктивное вмешательство Стамбула в крымские дела главной причиной "слабости" (ẕillet u noḳṣān) Османской империи в отношениях с соседями на севере (писал он как раз после подписания Карловицкого соглашения в 1699 году). По его мнению, султан не должен был вмешиваться в дела хана, умаляя его авторитет и достоинство, но наоборот, должен был поддерживать его, особенно когда ему бросали вызов бунтующие ногайцы. Только тогда Крымское ханство могло быть сильным и надежным форпостом империи на севере.

А канал очень хорош, рекомендую всем, кто интересуется ордынской историей.

https://t.me/orda_urda/195

Журналистка Верджихан Зифлиоглу написала новую книгу о русских белых мигрантах в Стамбуле - Beni Unutma, Rusyam: Asırlık Sürgün (Не забывай меня, Россия: столетие изгнания). Пока только на турецком, но надеюсь, что ее переведут, так как книга посвящена не только сообществу белых русских (впрочем там были и украинцы и грузины и азербайджанцы) в годы непосредственно после революции, когда они составляли пятую часть стамбульского населения, но и судьбам тех, кто остался, так никуда не уехав.

По словам Зифлиоглу, "в Стамбуле, который сегодня насчитывает 16 миллионов человек населения, лишь девять человек продолжают считать себя белыми русскими. Большинство других ассимилировались, изменили свои имена, вышли замуж за турок или других христиан. Члены сообщества говорят, что сегодня могут быть 40 или 50 человек, которые являются наследниками этого первого поколения россиян."

"Вы видите травму в следующих поколениях. Многие боялись даже пройти мимо российского консульства в Стамбуле до распада Советского Союза в 1991 году", говорит она. До сегодняшнего дня некоторые из ее подданных никогда не посещали Россию.

В то же время они пострадали от антикоммунистического рвения, охватившего члена НАТО Турцию. "Один человек, с которым я говорила, описывал установку статуи Пушкина в окне. Соседи сообщили [полиции], что это была статуя Сталина, что привело к аресту и нескольким месяцам в тюрьме", - говорит Зифлиоглу."

Русские беженцы оказали значительное влияние на социальную жизнь Стамбула (а следовательно и Турции), о чем я уже писал. Смешанные пляжи, женская мода, рестораны, детективное агентство, цветочная аллея на Истикляле, где княгини и графини продавали цветы... Но совсем уж неожиданным оказалось утверждение Зифлиоглу, что самый народный транспорт Турции был запущен белыми мигрантами. По ее словам, стамбульский микроавтобус "dolmuş" - автомобильный двоюродный брат советской маршрутки - был создан водителями из бронетанковой бригады Белой армии.

Теперь сидя в долмуше буду вспоминать "Дроздовский марш"...

https://eurasianet.org/exploring-the-white-russians-legacy-in-istanbul

​​Халил Каравели пишет про элитарные корни Бюлента Эджевита (поэта, переводчика, политика, трижды премьер-министра Турции). Его родители были членами республиканской элиты, но еще дед по матери, Хаджи Эмин паша был одной из главных религиозных фигур в ОИ, шейх-уль-ислам Мекки и Медины. А его отец в своюю очередь был генералом османской армии и адъютантом султана Абдуль-Хамида II. Дед по отцу Мустафа Шюкрю эфенди был также уважаемым религиозным ученым, преподававшим в мечетях и медресе Стамбула.

"Но Эджевит унаследовал больше, чем богатый культурный капитал: он также был наследником огромного состояния, хотя в его скромном образе жизни ничего - книги были единственными вещами, которыми он когда-либо обладал, - не намекало на семейное состояние, завещанное ему. Эджевит унаследовал имущество своего деда по материнской линии в нынешней Саудовской Аравии - наследство, которое, по оценкам, стоило поразительных 2 миллиарда долларов США в 2005 году. За год до своей смерти Эджевит, у которого не было детей, пожертвовал свои саудовские активы и финансовые средства государтсвенному Управлению по делам религии Турции (Диянет), с указанием, чтобы они использовались для обеспечения турецких паломников, совершающих хадж в Саудовскую Аравию. До этого мало что было известно в Турции об османской элитной родословной Эджевита, и совсем ничего о его семейном богатстве."

- Halil Karaveli, Why Turkey is Authoritarian: From Atatürk to Erdoğan

В новейшей турецкой истории левый социал-демократ Эджевит запомнился как хардкорный секулярист и кемалист, изгонявший женщину-депутата в платке из парламента. На фото он в центре, между Демирелем и Эрбаканом.

Турецкие националисты из МНР подали жалобу министру образования на учебник истории для 9-го класса, в котором сказано, что вторым народом, коллективно принявшим Ислам, после арабов, были курды. Националисты считают, что эти слова являются не научными, не принесут пользу учащимся и создадут крайне неудобные ситуации с точки зрения национального образования.

В общем как обычно курдофобия - самая распространенная болезнь турецкого патриота.

https://www.gazeteduvar.com.tr/politika/2019/09/18/mhpden-kurtler-turklerden-once-musluman-oldu-itirazi/

"Когда ученые вынесли изучение европейского колониализма в Арабо-исламском мире за пределы географического контекста, изученного Саидом, они заметили значительные вариации и изменения в европейских дискурсах об арабах и мусульманах. Хотя сам Саид широко говорит о "Востоке" и "Западе", он на самом деле описывает более узкое географическое полотно: для Саида "Запад" означает Францию   и Великобританию, а "Восток" означает Египет и Левант. Одной из фигур девятнадцатого века, которая иллюстрирует идею Саида об ориентализме, является французский востоковед Эрнест Ренан. В лекции, прочитанной в Коллеж де Франс в 1862 году, Ренан, как известно, утверждал, что "Ислам является наиболее полным отрицанием Европы". Как утверждает Саид, это яростное предубеждение против Ислама явлется одной из определяющих черт французской ориенталистской школы. Тем не менее, как показала Карла Маллетт, южноевропейские ориенталисты не разделяют убеждение Ренана в том, что существует непримиримая разница между Исламом и Европой. Маллет рассматривает эволюцию ориенталистской филологии в Италии, Испании и на Мальте, которыми всеми правили мусульмане в Средние века. В этих южноевропейских контекстах востоковеды часто отмечали арабский и мусульманский вклад в современную европейскую культуру и подчеркивали культурное единство средиземноморского мира. Эта традиция южного ориентализма, заимствуя фразу Саида, не "основывывается на различении". Вместо этого она находит Восток внутри Европы, подчеркивая связь между ними."

- Eric Calderwood, Colonial al-Andalus

​​"И в Испании, и в Марокко память об Андалузе ставит под сомнение любое четкое различие между Востоком и Западом. Испания, которая явно отсутствует в "Ориентализме" Саида, часто представлялась как внутренний европейский "Другой". В европейской культуре, особенно во Франции и Англии, Испания представлялась нечеткой границей между Востоком и Западом, между Европой и Африкой, местом, где культурные и расовые различия становятся неясными. Эта идея была обобщена во французской шутке девятнадцатого века о том, что "Африка начинается в Пиренеях". Шутка указывает на пограничное положение Испании на окраине Европы, а также на глубокие исторические и культурные связи страны с Северной Африкой. В глазах многих европейцев восемь веков мусульманского правления в Иберии сделали Испанию экзотической, другой и потенциально подозрительной. Начиная с XIX века испанцы пользовались этим обвинением в инаковости и использовали его для оправдания своих колониальных устремлений в Северной Африке. Подчеркивая мусульманское прошлое Испании, испанские авторы заявляли о своей культурной и даже биологической близости со своими соседями на юге. Таким образом, испанские колониальные мыслители превратили предполагаемую слабость в силу, сделав наследие Аль-Андалуза главным оправданием экспансии Испании в Северную Африку и мусульманский мир. Колониальный миф об Андалузе, в свою очередь, был подхвачен марокканцами и использовался для создания национальной идентичности, которая подчеркивала место Марокко на перекрестке Европы и мусульманского мира. Таким образом, идея Аль-Андалуза послужила приближению испанцев к Африке, в то же время дистанцируя от нее марокканцев.

В одном из лучших на сегодняшний день исследований испанского колониализма в Африке Сьюзен Мартин-Маркес ввела термин "дезориентация", чтобы описать, как испанские колониальные авторы одновременно порождали ориенталистский дискурс и делали себя его объектом, упиваясь мусульманским прошлым своей нации. "Дезориентирующая" позиция Испании по обе стороны ориентализма глубоко изменила характер испанского колониального дискурса. Доминирующим направлением испанского колониализма в Марокко было "братство", дискурс, который подчеркивал географическую, культурную и расовую близость между испанцами и марокканцами. Напротив, доминирующим клише французского колониализма в Африке была "цивилизационная миссия", дискурс, основанный на тотальном превосходстве колонизатора и тотальной инаковости колонизированных. Как показывает французское понятие "цивилизационной миссии", европейская колониальная власть часто основывалась на идее, что колонизированные народы были ниже и радикально отличались.И все же испанский колониализм ставит под сомнение эту идею, поскольку его оправданием было сходство, а не различие. Чтобы быть ясным, я не предполагаю, что испанский колониализм с его риторическим акцентом на "братстве" был более доброжелательной формой колониализма, чем его французский вид. Вместо этого я хочу выделить различные риторические стратегии, которые разные европейские страны использовали для оправдания своих колониальных проектов, а затем проследить, на примере Марокко, некоторые из долгосрочных последствий этих риторических стратегий."

- Eric Calderwood, Colonial al-Andalus

Любой человек, интересовавшийся российско-индийскими связями, когда-нибудь да задумывался над альтернативно-исторической развилкой - а что было бы, если бы в ночь на 12 марта 1801 года не случилось известного происшествия в Михайловском замке и казаков Василия Орлова никто бы не развернул из похода на Индию? Насколько админ может судить, тема часто будоражит умы авторов романов про попаданцев - там казаки, вооружённые автоматами Калашникова, совершают марш-бросок от Дона к Инду и разносят проклятых англосаксов.

Естественно, в реальной жизни экспедиция Орлова с наибольшей долей вероятности сгинула бы ещё в Средней Азии, как сгинул со своими людьми почти за сто лет до описываемых событий Бекович-Черкасский. Не сгинули бы в Средней Азии - сгинули бы в Афганистане, где местное население за одну январскую неделю 1842 года сократило численность английской армии, отступавшей из Кабула в Джалалабад с 16 тысяч до одного доктора Уильяма Брайдона. Но всё-таки, на секунду допустим, что экспедиция могла бы ценой некоторых потерь пробиться через казахские степи, Бухару и Афганистан к Хайберскому проходу - мало ли, вдруг у атамана Орлова открылись бы невероятные дипломатические таланты, пуштуны упустили бы возможность в очередной раз повоевать в горах и т. д. Где-то в начале 1802 года наша воображаемая экспедиция (конечно же, сильно поредевшая) попадает через Хайберский проход в Индию и... никаких англичан там и близко не видит, воевать не с кем. Даже в Дели влияние Ост-Индской компании ещё далеко не абсолютно, а уж в Панджабе её власти нет и не будет до 1840-ых гг. Там есть махараджа Ранджит Сингх, который как раз находится в процессе объединения мелких сикхских княжеств в единое государство. В апреле 1801 года Ранджит как раз провозгласил себя махараджей всего Панджаба. С Ост-Индской компанией он старался не ссорится, но порох держал сухим. Свою армию Ранджит Сингх старался строить по европейскому образцу, для чего активно привлекал на службу европейцев, прежде всего, французов. Панджабских солдат обучали наполеоновские офицеры - Жан-Франсуа Аллар, Паоло Авитабиле и Жан-Батист Вентура. Панджабскую артиллерию создавал американец Александр Гарднер, ранее пытавшийся завербоваться в русскую армию в Астрахани, но затем через Среднюю Азию и Афганистан попавший в Панджаб.

Итак, наши воображаемые казаки оказались в Панджабе. Англичан нет, связи с Петербургом скорее всего тоже нет, проделать тот же путь обратно вряд ли получится. Напрашивается вариант вербовки казаков Орлова в армию Ранджита Сингха, чему сам панджабский махараджа наверняка бы с радостью поспособствовал. С верой бы проблем не возникло, Ранджит отличался исключительной религиозной толерантностью, земли новым подданным махараджи тоже бы хватило. Ну а дальше открывается такой простор для исторических альтернатив, что я даже не знаю, какую из них развивать.

Сейчас уже почти забыли, но довоенные контакты Анкары и Дамаска подавали под соусом нео-османизма и сами турки и международные эксперты по Турции. Как и мир и переговоры с РПК, к слову.

Думаю, что нормализация режима Асада еще вернет нео-османизм от военных интервенций в Сирии и поддержки исламской оппозиции до улыбающихся и пожимающих руки президентов двух "братских" пост-османских республик.

https://t.me/turkeyabout/2466

Как выглядит shooting in the foot

Ряд турецких медиа-источников (в основном проправительственных) сообщает, что администрация стамбульского района Кючюкчекмедже, контролируемая кемалистами из СНР, запретила своим сотрудникам носить платки и бороды на работе. Если правда, то подтвердятся худшие опасения людей на счет СНР.

P.S. это кстати хорошо понимают сторонники СНР, которые пишут об этом в соцсетях, и надеются, что это фейковая новость.

https://www.ahaber.com.tr/gundem/2019/09/22/chpli-kucukcekmece-belediyesinde-sakal-yasagi

Скорее всего "российские эксперты" это действительно российские евразийцы. Дугин кстати тоже любит ссылаться на "Айдынлык" как на "ведущую турецкую газету", там его периодически печатают. На самом деле эта газета (некогда так называлось первое социалистическое издание в Османской империи) сегодня всего лишь маргинальный листок турецких евразийцев, печатный орган партии "Ватан" (Родина) Догу Перинчека, набравшего 0,2 процента голосов на президентских выборах в прошлом году.

https://t.me/tolk_tolk/3421

​​Сегодня одной из главных новостей в мире стало банкротство британской туристической компании Thomas Cook - старейшего в мира туроператора, действовавшего с 1841 года. Можно сказать, как принято в таких случаях, что "ушла эпоха", ведь Томас Кук был одним из пионеров викторианской эпохи пара и повышенной мобильности, изменившей весь мир в целом, и мусульманскую Умму в частности.

Одной из первых туристических путевок современного типа, которую предлагала компания Кука, была поездка для мусульман в Мекку, для совершения хаджа, в 1880-х. Билеты 1886 года предлагали путешествие из Мумбаи (тогдашнего Бомбея) в Джидду, и обратно. На пике имперского расцвета, когда почти половина все мусульман мира жила в пределах Британской империи, Лондон использовал компанию Томаса Кука как важный инструмент, помогавший миллионам индийских мусульман совершать хадж в Мекку.

Еще ранее в 1869 году Томас Кук организовывал путешествия британцев в Египет и Палестину. Это был первый выход его компании за пределы западного мира.

"Туристы были частью растущего числа жителей Запада - миссионеров, учителей, торговцев, застройщиков, банкиров, мессианских мечтателей и строителей империй, - которые приезжали каждый год в Иерусалим, Каир и другие города восточного Средиземноморья", - пишет историк Ф. Роберт Хантер в статье об операциях агентства на Ниле в журнале Middle Eastern Studies в 2004 году. "Туристическое предприятие сопровождало британские войска в Египет и Судан в 1880-х и 1890-х годах. Туризм был неотделим от завоевания Западом Ближнего Востока".

Именно компания "Томас Кук и сын" занималась переброской армейских подкреплений по Нилу в Хартум в 1884 году, чтобы спасти генерала Гордона от армии махдистов.

Агентство также помогло имперским подданным перемещаться между частями империи. До визита в Мумбаи в 1880-х годах Джон Томас Кук ("сын" предприятия) размышлял: "… хотя было бы неплохо организовать визиты англичан в Индию, было бы еще полезнее, если бы богатых аборигенов Индии можно было бы побудить посетить Европу". Один из таких визитов был организован для празднования юбилея королевы Виктории: в 1887 году в путешествии приняли участие 200 слуг и 33 ручных тигра. Вся эта транснациональная миграция населения империи - кули, торговцы, солдаты, паломники -  значительной частью обязана компании Томаса Кука.

Ну и как я уже упоминал, именно его компания в 1886 году была назначена официальным британским агентом по организации хаджа в Индии. Правда все же не надолго, так как мусульманские конкуренты смогли скоро (в 1893 году) вытеснить компанию из такой чувствительной сферы как хадж.

И вот теперь окончательный крах. Британские туристы, приехавшие в Тунис по путевкам компании, оказались в ловушке - их не выпускает охрана отелей, пока они не оплатят проживание. Не самый славный конец для двигателей первой глобализации и британского империализма.

Билет компании "Томас Кук и сын" на паломничество в Мекку.