Одна из проблем, с которой мы сталкиваемся, работая над наблюдением, заключается в том, что никто из нас не знает точно, как нас обследуют и что могут принести ближайшие годы. Технология видеонаблюдения развивается с бешеной скоростью, и то, что 10 лет назад казалось научной фантастикой, сегодня является старой новостью.
В качестве мысленного эксперимента рассмотрим гипотетическое правительство, которое требует, чтобы каждый гражданин носил биометрический браслет, который контролирует температуру тела и частоту сердечных сокращений 24 часа в сутки.
Полученные данные накапливаются и анализируются
правительственными алгоритмами.
Алгоритмы будут знать, что вы больны еще до того, как узнаете об этом, и они также будут знать, где вы были и с кем вы встречались. Цепи инфекции могут быть резко укорочены, а то и вовсе сокращены. Такая система может остановить эпидемию в течение нескольких дней. Звучит замечательно, правда?
Недостатком является, конечно, то, что это придаст легитимность ужасающей новой системе наблюдения. Если вы знаете, например, что я нажал на ссылку Fox News, а не на ссылку CNN, это может рассказать вам о моих политических взглядах и, возможно, даже о моей личности. Но если вы можете наблюдать за тем, что происходит с температурой моего тела, артериальным давлением и частотой сердечных сокращений, когда я смотрю этот видеоклип, вы можете узнать, что заставляет меня смеяться, что заставляет меня плакать, и что действительно, действительно злит меня.
Важно помнить, что гнев, радость, скука и любовь - это биологические явления, такие как лихорадка и кашель. Та же самая технология, которая идентифицирует кашель, могла также идентифицировать смех. Если корпорации и правительства начнут массово собирать наши биометрические данные, они смогут узнать нас гораздо лучше, чем мы сами, и тогда они смогут не только предсказать наши чувства, но и манипулировать нашими чувствами и продавать нам все, что они захотят - будь то продукт или политик.
Представьте себе Северную Корею в 2030 году, когда каждый гражданин должен носить биометрический браслет 24 часа в сутки. Если вы слушаете речь Великого Вождя, и браслет улавливает контрольные признаки гнева, вы готовы.
Вы, конечно, могли бы обосновать биометрическое наблюдение как временную меру, принятую во время чрезвычайного положения. Он исчезнет, когда аварийная ситуация закончится. Но временные меры имеют неприятную привычку переживать чрезвычайные ситуации, особенно потому, что на горизонте всегда скрывается новая чрезвычайная ситуация.
Например, моя родная страна Израиль объявила чрезвычайное положение во время войны за независимость 1948 года, которая оправдывала целый ряд временных мер от цензуры прессы и конфискации земли до специальных правил изготовления пудинга (я не шучу). Война за независимость уже давно выиграна, но Израиль так и не объявил чрезвычайное положение и не смог отменить многие «временные» меры 1948 года (указ о чрезвычайном пудинге был, к счастью, отменен в 2011 году).
Даже когда количество инфекций, вызванных коронавирусом, снижается до нуля, некоторые правительства, требующие данных, могут утверждать, что им необходимо сохранить биометрические системы наблюдения на месте, потому что они боятся второй волны коронавируса или потому, что в центральной Африке развивается новый штамм вируса Эбола. Вы поняли идею.
В последние годы бушует большая битва за нашу конфиденциальность. Кризис коронавируса может стать переломным моментом в битве. Потому что, когда людям предоставляется выбор между личной жизнью и здоровьем, они обычно выбирают здоровье.
Мыльная полиция
