Интермедия о ХХстане
Итак, представим себе недавнее прошлое этой замечательной, хотя и вымышленной страны. У нее, конечно, есть границы, и эти границы являются признанными, то есть их признают все другие страны. Это важно, потому что если полицейский из ХХстана кого-то случайно застрелит, то по сю сторону границы, в ХХстане, с ним разберутся свои же. Может, посадят, может, орден дадут, но здесь. А если он проделает то же самое по ту сторону, то … зависит от страны, но в целом понятно, что не свои здесь будут решать, а чужие. И этого пока достаточно, надо только запомнить, что есть границы, отделяющие свое от чужого. Кроме того, в ХХстане есть начальник, он молод и силен, но начальник он еще недавно. Ему приходится много крутиться, чтобы стать еще сильнее, потому что еще моложе он уже не станет. Конечно, если бы название его страны не кончалось на «стан», он бы тоже волновался, но не так сильно. Ну, перестал бы быть начальником – и всё. А тут понятно, что если перестанешь, то не всё. То есть хуже, чем всё, и это знают все, включая родных и близких и тех, ему помогает стать начальником и пока что не свалиться. Но есть другие, которые хотят, чтобы он – всё, и скорее, и желательно утянул за собою родных, близких и помощников. Умный, сильный, молодой и отчаянный начальник выигрывает схватки, причем он бы хотел сразу раздавить всех врагов навсегда, но всё так сложно. И чтобы их е было внутри, где они ему мешают, он их отправляет вне, где с ними должны разобраться чужие. И тут оказывается, что теперь он их больше не контролирует и даже бороться с ними не может, потому что контролирует он то, что внутри, мы помним. И то что было для него внутренней проблемой, становится для него же внешней проблемой. Потому что внутри много врагов, это правда, но и вне тоже не все друзья. Вы видим, где здесь засада. Если бы все его проблемы были внутри, он бы и решал их внутри, опираясь на мощь своего государства. Но когда его бывшие друзья, а ныне враги, находятся вне, что ему делать? Конечно, несмотря на все препятствия, он и тут попытается опереться на мощь своего государства. И внутри на свое государство, и вне на свое государство… Причем внутри у него государство одно, а вне и разных довольно много, и тут еще очень важно не спутать внутреннюю и внешнюю политику. Это вообще ужас. Из-за этого возникают разные аберрации. Ведь проблемы вообще возникают по разным причинам. Ну типа как со здоровьем. Вы можете страдать от проблем с желудком, потому что регулярно переедаете, потому что едите в плохом месте, потому что официант болеет, но скрывает, потому что попали на порченый продукт или потому, что вас реально отравили недруги. И только идиот будет забывать о недругах, но это не значит, что все остальное – чепуха. Так и в политике. Бывшие друзья плетут заговоры и только и ждут обострения проблем, чтобы в вас вцепиться, но проблемы есть и без ни тоже. Никлас Луман сказал бы, что здесь смешаны самореференция и инореференция. Итак, еще раз. В нашем вымышленном хыхыстане до хрена и больше заговоров, работы внешних сил, желания съесть, опираясь на интересы и помощь других стран, ставшего совсем уже сильным и совсем уже немолодым начальника. Кто не хочет видеть этих сил, тот идиот. Кто не видит, что усиление этих сил происходит не вопреки, а как раз по мере усиления мощи и таланта всё контролировать условного начальника, тот тоже идиот. Кто не согласен, что проблемы, за которые могут зацепиться условно внешние силы (условно – потому что это бывшие внутренние, пустившиеся в сложные игры), имеют зачастую характер непреодолимой силы, – тот я даже не знаю кто. И вот даже при всем вышесказанном, важно, чтобы правильно разместить свой анализ в множестве возможных миров, задаться заодно и вопросом: а не являются ли условия существования политического организма также и условиями производства агентов его неминуемой гибели? Это последнее утверждение сильно попахивает диалектикой, а потому отложим его анализ на когда-нибудь потом.