США и Тайвань
На прошлой неделе президента
Джо Байдена спросили, есть ли у Соединенных Штатов обязательство защитить Тайвань, если на него нападет Китай. Он ответил: «Да, мы дали обязательство сделать это». В течение следующих суток Белый дом, Пентагон и Госдепартамент поспешили исправить «оговорку», которая могла бы подорвать основополагающий принцип американо-китайских отношений с 1979 года, и заверили, что слова президента не стоит воспринимать как провозглашение отказа от «политики одного Китая».
Уже второе за последние месяцы подобное заявление американского президента (в августе, говоря об обязанности США защищать союзников, он поставил Тайвань в один ряд со странами НАТО, Японией и Южной Кореей), хоть и записанное в категорию «типичной для Байдена» «неряшливости в стрессовой ситуации», может служить не столь уж невинным сигналом готовности администрации если не отказаться от политики «стратегической неопределенности», то протестировать ее пределы.
«Стратегическая неопределенность» (strategic ambiguity) является одним из ключевых компонентов американской «политики одного Китая», закрепленной в трех американо-китайских коммюнике 1972, 1978 и 1982 годов, Акте об отношениях с Тайванем 1979 года и «Шести заверениях» 1982 года. Данный принцип, предполагающий, что США, признавая Тайвань частью Китая, не будут иметь формальных военных обязательств, но будут поддерживать «способность Тайваня себя защитить», родился как решение для наиболее «острого» вопроса нормализации отношений с Китаем в 1970-х годах – нет, не как обеспечить независимость Тайваня, а как продать широкой общественности решение США отказаться от союзнических обязательств.
Результатом такой дипломатии стало формулирование
трех, вполне «определенных» и понятных обеим сторонам,
принципов:
(1) безоговорочно следовать формуле «одного Китая»
(2) настаивать на том, что «тайваньский вопрос» должен быть разрешен мирным путем
(3) не допускать, чтобы Тайвань предпринял какие бы то ни было действия, которые приведут к конфликту.
«
Это деликатный путь, но каждый американский президент в течение последних тридцати дет сумел по нему пройти», – говорил Киссинджер в 2001 году.
Если применить данный подход к текущему состоянию дел в треугольнике США-Китай-Тайвань, то можно сказать, что, по мере роста сомнений в непоколебимости трех принципов «стратегической неопределенности», эта конструкция неизбежно превращается в «неопределенность стратегии». Если первое было залогом устойчивости, то второе создает пространство для невынужденных просчетов.
В еженедельном
дайджесте политики США, наша коллега
Ольга Ребро разбирается с подходом администрации Байдена в отношении Тайваня.