🇸🇳
Из искры разгорелось пламя. О событиях в Сенегале4 марта в столице Сенегала Дакаре и других крупных городах страны вспыхнули трехдневные беспорядки, спровоцированные арестом известного антисистемного политика Усмана Сонко. Популярный среди молодежи популист обвиняется в серии изнасилований и угрозе убийством. После того как Аджи Сарр, работница массажного салона Sweet Beauté, подала против него 3 февраля жалобу в полицию, 26 февраля парламент лишил его депутатского иммунитета, а 3 марта Сонко был задержан за нарушение общественного порядка.
В ходе подавления крупнейших с 2012 г. беспорядков погибли семь человек, в том числе в Казамансе, откуда родом политик. Неуправляемая волна протестов сопровождалась кровопролитными столкновениями с полицией, возведением баррикад, поджогами и лутингом магазинов. CNRA, местный Роскомнадзор, заблокировал вещание освещавших события каналов SenTV и Walfadjari, были ограничены работа приложений WhatsApp, Telegram, а также Facebook и YouTube. В свою очередь, протестующие напали на редакцию радио RFM, которую связывают с Маки Салем, разгромили дом главы МВД. Были зафиксированы опасные и нездоровые для этой страны эпизоды вербовки «титушек» и использования полицейских в штатском.
Многие воспринимают дело против Сонко политически мотивированным преследованием, направленным на нейтрализацию последней угрозы единоличной власти Маки Саля, опасного «несистемщика» и лидера партии Pastef (фр. акроним от «Патриотов Сенегала за труд, этику и братство»), в 2019 г. финишировавшего третьим в гонке за президентское кресло с вполне приличным результатом в 15,67% голосов. Определённую роль сыграло молодежное левое движение Y'en a marre («С меня хватит»), чей лидер и основатель, Чиат, был также арестован полицией. В защиту Сонко моментально выступили многие политики, в том числе партии, ранее считавшиеся непримиримыми противниками. В конце концов 8 марта Сонко был отпущен домой под жесткую подписку, а в обращении к нации президент Маки Саль явил публике явный испуг и замешательство перед масштабом протестных акций.
Сонко молод — ему всего 47 лет, а его партии — и того меньше. Но он успел заручиться поддержкой опальных тяжеловесов Халифы Саля и Карима Вада, сына Абдулая Вада, каждый из которых успел «присесть» при Маки Сале. У него агрессивный, боевой стиль, порывающий с
maslaa, традиционной для Сенегала культурой неудобных компромиссов и притирок. Он — яростный антисистемный критик, панафриканист, выступающий за выход из зоны франка КФА, национализацию нефтяных и газовых месторождений.
Но явно не идеология в этот раз мобилизовала его сторонников. Ведь панафриканизм — это уже давно идеология правящего класса, умело использующего ее в своих целях, а отдающий конспирологией антифранцузский молодежный ресентимент — тоже довольно известный, хотя и мощный мобилизующий фактор, который время от времени используют в своих целях и системные политики. А о поддержке молодежи не говорит только ленивый. Не все вышедшие на улицу — сторонники Сонко, ядро которых — его бывшие коллеги по работе в налоговой службе и однокурсники по Университету Сен-Луи. Но в этот раз в его защиту выступили самые разные люди, недовольные самыми разными аспектами жизни в стране. Не в последнюю очередь авторитарным креном Маки Саля — ведь оппозиционеры в Сенегале частенько оказываются в печально известной тюрьме Ребесс.
Скорее, это те, кто разочаровались и в политике, и политиках, те, кому уже нечего терять и не на что рассчитывать в экономике, где фоном для впечатляющего роста и инфраструктурного развития стали падающие доходы, рост цен и шринкфляция, сокращение потребительских товаров для среднего класса, разорения традиционных ремесел и промыслов, как следствие — бум нелегальной миграции в страны ЕС. Сонко стал искрой, из которой разгорелось пламя. О событиях в Сенегале —
в материале Сергея Елединова.
