​Дедовский метод

Если вы жаждете грязных сексуальных игрищ, то немедленно отправляйтесь картировать деревья. В блогах OSM по этому поводу недавно был любопытный мануал: t.me/shtosm/403, а в прошлом году я написал по этому поводу развернутую статью (городшахты.рф/kartografirovanie-derevev-v-gorode/). Но ни в одной, ни в другой публикации не было сказано самого притягательного.

Когда вы укажете на плане местоположение дерева, запишете породу, окружность ствола, санитарное состояние и в очередной раз убедитесь, насколько уродлива схема тегирования деревьев в OpenStreetMap дело останется за измерением высоты. Конечно, можно использовать высотомер за сто евро или оценить высоту на глаз, но где же тут разврат?

Прислонитесь к дереву спиной, а после шагайте прочь в любом удобном направлении. Остановитесь примерно в той точке, где дерево, будь оно тут же свалено налетевшим штормом, хлестнуло бы вас по голове кончиком вершинки. Раздвиньте ноги, наклонитесь и постарайтесь через промежность увидеть вершину дерева. Если вершина не видна, пройдите еще немного вперед и повторите наблюдение. Если вершина слишком выступает - вернитесь назад, вы должны увидеть только самый кончик верхней ветви.

Когда искомое положение найдено, распрямитесь, а после испытайте настоящий оргазм, поскольку в этот момент расстояние от вас до ствола равно высоте дерева. И не надо вам знать ни теорему Фалеса, ни особенности лазерных дальномеров, результат работы которых ничуть не лучше.

Конечно, если ровно отмерить базис и глянуть на вершину через суунтовский высотомер, результат будет точнее, но уж больно это трудоемкий способ, да и работает не всегда. А уж про цены на дендрологические инструменты без слез не расскажешь.

Самое время, в рамках импортозамещения, перейти на старые проверенные дедовские методы. Тем более, что смотреть через промежность на вершины деревьев - это единственный полезный навык, который вы можете получить за десять лет обучения в Лесотехнической академии.

Уличная картография в Авейру

Продолжаю обозревать свои коллекции. В этот раз решил начать разговор о пигс-картографии на примере карт небольшого португальского городка: https://youtu.be/i2G0JrSyKJk

Донейт обязательно оставлю, а то без ваших донейтов выпуск про Афины никак не сделать: https://yasobe.ru/na/kefir666

Последний из "Y"

Выложил для свободного скачивания последний уцелевший файл картостиля "Y". Стилизует данные OpenStreetMap под Яндекс-карты 2016-го года. Детали и сам файл доступны на городшахты.рф/kartograficheskij-stil-y/

​Эклектика в картографии

Согласен, что Остап Юрского — это классика, но картографам предлагаю смотреть «Двенадцать стульев» более позднего времени, где Бендера играет Миронов. Именно в этом фильме карта убедительно раскрывает важный, но неочевидный потенциал.

Карта необходима для ориентации в пространстве, но большое заблуждение измерять пространство только в геометрических метриках. Бывает временное пространство (привет изобретателю кругов пешей доступности), денежное, рисковое, какое угодно. Даже эмоциональное.

Пространство «Двенадцати стульев» абсолютно вымышленное. В нем на фоне привычного мира происходит невероятный фарс и карта на первых же минутах это наглядно демонстрирует. На знакомой позднесоветской топографической карте «в стиле ГенШтаба» надписи выполнены итальянским шрифтом. Этот шрифт в первой половине двадцатого века использовали для афиш, вывесок и заголовков газет. Встретить его на карте, да еще в подписях топонимов можно лишь в работе очень саркастичного картографа.

Глядя на карту, даже без пристального изучения, видишь три главных элемента: невероятность происходящего, отсылка к старине и знакомая брежневская реальность. Прошлое, настоящее и объединяющий их фарс — вот главные координаты, которые описывают пространство карты, фильма и жизни.

Кто-то возразит: на карте есть север и юг, значит широта и долгота. Соглашусь. Но главная цель их наличия — усилить достоверность происходящего. Роль географических координат на этой карте ничуть не выше чем у родника или кладбища. В привычном мире есть север, юг и карты с зелеными лесами и синими реками.

Карта способна донести не только географическую, но и любую другую информацию. «Двенадцать стульев» — прекрасный тому пример. Во времена контроля и цензуры никто не произнес ни одного слова, но все прекрасно поняли о чем именно идет речь.

Научная неполнота

Иногда в разговоре коллеги называют себя учеными. В этот момент не остается иного выхода, кроме как вспомнить хармсовский ответ Вани Рублева (кстати, это одна из причин избегать конференций). «Ученый» — это худшее оскорбление для образованного человека.

С ростом образования человек сильнее понимает ничтожность своих познаний. Но дело даже не в этом. Методология науки ставит жесткие рамки: объяви цель и разбей ее на задачи. При таком подходе, любая научная цель обязана быть аддитивной. И это во времена, когда теореме Геделя исполняется почти век. Будь так всегда, хрен бы когда человек колесо изобрел.

Методология устарела. Об этом косвенно свидетельствует даже отказ ведущих журналов считать статьи результатом научной деятельности. Былых заслуг нельзя отрицать, но жить в старой парадигме — все равно, что допытывать Демокрита о заряде t-кварка.

​Планы эвакуации

Всегда полагал, что планы эвакуации — это очередная отечественная дурь. Вот начался пожар и чего? Найди сперва этот план, а после попробуй по нему понять направление выхода. В спокойной обстановке это не сразу сделать, что говорить о панике при задымлении.

Впервые к этому вопросу я обратился работая в полиграфии. Печатали довольно много таких планов, но никто из заказчиков не мог разумно объяснить их назначение. «Пожарная инспекция требует» — говорили заказчики. «Очередная бюрократическая хрень». Ответ казался разумным, но чем чаще я его слышал, тем меньше верил. Технологически это слишком сложный продукт, что-бы служить простой формальностью. Тогда я начал охоту за планами эвакуации.

Я фотографировал их везде, где встречал: в общественном туалете Вологды, в офисе Мейл.ру, в шахтинской маршрутке, в питерском планетарии, в Ашанах, Икеях, шавермах, университетах, мэриях городов и куче других мест. Потом оказалось, что такие же планы повсюду висят в финских, эстонских, немецких, греческих, испанских и других европейских городах. И вот, когда коллекция перевалила за несколько сотен, правда открылась.

Планы эвакуации нужны не во время пожара, а во время ожидания пожара. Это часть общего проекта системы безопасности помещения. В любое время инспектор или другой гражданин может спокойно изучить план, а после проверить соответствует ли информация на плане реальности. Оборудован ли указанный на плане путь световыми табло, на своих ли местах огнетушители. Если вам скажут, что заваленная задняя дверь — это нормально, вы всегда можете быстро узнать, служит ли эта дверь аварийным выходом.

План эвакуации — это не подсказка на случай возгорания, а инструмент повседневного контроля исполнения противопожарных мероприятий. Сейчас модно говорить об ответственном гражданском обществе. Я за. Предлагаю начать с приобретения огнетушителя и плана эвакуации для своей квартиры.

Но мораль истории в другом. Теперь, видя очередную бюрократическую дурь я в десять раз более осторожен в своих выводах. Обилие странных вещей и событий не гарантирует полноту и справедливость самого простого объяснения.

​Вид

Из всей школьной биологии я запомнил только один интересный опыт: когда на перемене однокласснице в трусы засунули ужа. Все остальное можно было смело прогуливать, поскольку учили нас откровенной ахинее. Например, видом называли группу особей, которые свободно скрещиваются и дают плодовитое потомство.

В институте о понятии вида тоже не задумывались: главное уметь отличить один вид от другого. Что такое вид вообще - пусть у систематиков голова болит. Зато спустя годы, что ни месяц, так либо статья о дистанционном определении доминирующих видов, либо мобильное приложение для определения вида по фотографии, либо дискуссия в чатике OpenStreetMap: "Как обозначить такой вид кустов?". И критикуют, главное: "Чего это ты вместо вида, везде породу суешь?". Вид же - это так просто и привычно.

Я понимаю, никто не хочет вникать проблему понятия вида. Хотя бы потому, что единственным, кому это в достойной мере удалось был даосский философ Хоу Сян. Этот тот страшный мужик с головой Ельцина, которого каждый день показывали по ОРТ. Что такое вид? Правильный ответ: "А хрен его знает".

Представьте, что вы сообща пишете программу. Каждый файл должен однозначно называться и храниться в своем месте. Но один считает, что файлы следует раскладывать по датам, второй говорит: "Нет, давайте по названию", а третий группирует их согласно длине кода. Каждый подход приемлем, но по какому пути обращаться к файлу никто не знает. Мейден в статье 1997 года приводит два десятка разных концепций вида - каждый рабочий день месяца можно определять вид по-новому, имея на это веские научные обоснования. Сегодня мы называем видом одну группу организмов, завтра другую и так до конца месяца. Как тут не вспомнить старика Дарвина, который сокрушался, что различия между видами "расплывчаты и произвольны". Да что Дарвин, об этом писали еще Теофраст с Аристотелем.

Подобная ситуация характерна не только для естественных наук. Но если в инженерном искусстве и математике нашелся один смелый азербайджанец, то среди остальных отстаивать красоту своей жены никто не осмелился. Решили идти путем консенсуса: де Кейрос в 2007 году оформил перемирие мыслью о том, что вопреки различиям в концепциях, они все основаны на понимании вида как отдельной эволюционирующей линии метапопуляции. Возвращаясь к нашему примеру с программистами: спустя несколько десятилетий они пришли к соглашению, что файлы все-таки должны друг от друга отличаться вне зависимости от точки зрения каждого. Поэтому сделаем так: пусть в каждой директории по дате будет директория по имени, а в ней директория по длине кода. Утвердилась общая концепция происхождения, согласно которой, для выделения вида можно использовать различные сочетания критериев отличия.

В приличном обществе это называется "костыль", ну да и ладно, все не без греха. Так и жили счастливо несколько лет, пока не решили пивка бахнуть. В ноябре 2010 года журнал "Систематическая биология" опубликовал статью Ривза и Ричардса об использовании общей концепции происхождения для разделения различных видов хмеля. Они использовали пять отличительных критериев: происхождение от общего предка, внешние отличия, отсутствие промежуточных генетических звеньев, репродуктивную изоляцию и нишевую специализацию.

Концепция сработала, но вот беда, значение каждого критерия оказалось разным. А значит сразу возникают вопросы: какой из критериев и на каком основании считать важнейшим? И что делать, если критерии противоречат друг другу? И чем объясняется достаточность набора критериев? Хотя, об этом спрашивали и до Ривза с Ричардсоном. И Розенберг спрашивал, и Шварц с МакКелви. Но не вздумайте спросить: "Ребята, может вы принцип не тот используете? Он вообще пригоден?".  "Ты ничего не понимаешь. Мы ученые и мы эту классификацию уже двести лет пытаемся построить".

Что остается? Выпить пива и принять определение из современного школьного учебника: "Вид - это группа особей, сходных между собой и занимающих общую территорию".  Хотя следовать такому определению - это хуже, чем ужа в трусы засунуть.

​Типы с приставками

На международной космической станции что ни день, то проблемы. То нигерийский космонавт ковыряет обшивку, то чайные пакетики девать некуда. Поскольку ребят надо выручать, я придумал лучший способ добраться до станции без сложных технологий. Достаточно лишь сложить в одну стопку все гербарные листы официальных коллекций. А дальше подниматься ввысь как негр за кокосом.

Сейчас зарегистрированные коллекции содержат триста девяносто миллионов экземпляров растений, а сколько содержат мелкие гербарии вообще никто не знает. Но даже по официальным гербариям нет полноты информации о хранящихся там образцах.

Если вы до сих пор думаете, что гербарий — это когда томные школьницы пихают осенние листья по томикам Грина и Джеймса, то я вас расстрою. Сеть гербариев — это довольно солидная структура, в которой работает дюжина тысяч человек. Эта одна десятая от всего штата Эппла или три процента сотрудников Роснефти. Контроль и заведование производит Комитет по регистрации гербариев в Нью-Йорке.

Россия здесь не на первых позициях, у нас зарегистрировано лишь 126 гербариев из 3100, но гербарии весьма почтенные: старинные и объемные. В одном из них мне даже довелось пару лет работать. Может и работал бы до сих пор, но жаль обменять печень на познания гербарной терминологии.

Все на первый взгляд просто, главное уметь работать с приставками. Когда ботаник впервые описывает неизвестное растение, он составляет протолог — документ с латинским диагнозом, размышлениями о родственных растениях, условиях обнаружения, местах произрастания и другой полезной информацией. В протологе указывают голотип — конкретный образец по которому составлен протолог. Образцов обычно несколько, но в качестве голотипа указывают только один. Остальные называют изотипами.

Иногда голотип теряют или вид пересматривают: делают из одного вида несколько или из нескольких один. В этом случае опять выбирают голотип, но называют его уже лектотип. Если были потеряны все образцы, на основе которых был составлен протолог, то голотип выбирают из нового материала — он уже будет именоваться неотип.

Если в протологе упомянуто несколько экземпляров растений, но не указано, какой из них считать голотипом, то все экземпляры называют синтипами. Если оказывается, что описанные экземпляры убогие: поврежденные, неправильно высушенные или лишенные важных органов, выбирают наиболее подходящий образец, который называют эпитипом.

Наконец, образцы, которые упомянуты в протологе, но не являются ни голотипами, ни изотипами, ни синтипами называют паратипами. Типами же вообще, называют любые образцы, которые были использованы для описания нового таксона.

Хорошо работать в гербарии: тепло, сухо, иностранцы приезжают, а главное ты как на природе, но вокруг ни болота, ни комаров. Сиди, монтируй образцы год за годом, перекладывай с места на место да классифицируй. Идеально для людей с синдромом Аспергера.

Возможно, вы подумаете, что скука смертная, но это не так. Зайдешь в гербарий, а там круглосуточная вечеринка. Кого только нет: и хлебный точильщик, и сигаретный жук, и притворяшки, и чешуйница, и книжная вошь. И где-то среди них веселится сам сотрудник гербария. Не то, что на космической станции.

​Кассовый героизм

Не перестаю восхищаться нашим талантом упустить любую возможность. Помните бесконечную рекламу краснодарского чая во время Олимпиады в Сочи? Или туристов в небольших городах-сателлитах во время футбольного чемпионата? Вот и я о том же. И это крупные, государственные примеры. О мелких страшно говорить. В 2030 году не останется человека, который хоть раз бы не возжелал вернуться в нынешний год и воспользоваться шансом.

Как следствие, все наши герои — герои последнего часа. Когда ситуация уже настолько критическая, что нужно с оторванными ногами и руками ползти до порванного провода и замыкать контакты зубами. Кто сейчас помнит Сергея Сотникова? С гранатой под танк почетно, а день за днем выполнять рутинную работу — это удел ветеранов МРОТ. Хотя нет более героической работы, чем смотритель маяка. Или метеоролог на ТДС. Или сотрудник архива. Список можете сами продолжить.

Сегодня главные герои — медики. Я не умаляю важности работы врача, но почему никто не скажет про электриков, которые меняют лампочки в тех же палатах? А уборщицы? Сантехники? Механики на производстве медицинских ГАЗелей? Каждый выполняет свою работу: нет работ более важных и менее важных. Подметая в парикмахерской вы спасаете не меньше жизней, чем врач в заразном боксе. Если, конечно подметаете с должной тщательностью.

Кто-то скажет, что я несу бред. Возьмем, например, безголосую певичку. Ну какая она героиня? Но вы только представьте, скольким дальнобойщикам она дала силы не заснуть за рулем. Возможно, вы кривитесь от очередной мелодии про расстегнутый лифчик не понимая, что она уже несколько раз спасала вам жизнь.

Повседневный труд незаметен и порой кажется лишенным смысла. Но всегда наступает ситуация, когда результаты этого труда критически важны. Да что там труда, периодически даже от сказанной вслух глупой мысли зависят судьбы людей. Говорю как знаток детерминированного хаоса, странных аттракторов и теории катастроф Рене Тома.

Можно было бы этим гордиться и себя успокаивать, но талант наш безграничен. Тысячи людей сейчас занимаются вопросами культуры, этнографии, социального поведения, психологии, маркетинга, дизайна. Но никто, в момент пандемии, когда без тряпки на голове водки нельзя купить, никто не задался вопросом: сколько людей в супермаркетах облизывают палец для того, что-бы раскрыть этот чертов пакет. Потому что на него хоть плюй, хоть дуй, хоть три — все бесполезно.

Не живем, а готовимся

Так оно и бывает. В пятницу встретимся, водки выпьем, обсудим в каких числах лучше ехать на охоту. Лицензия на лося есть, оружие в порядке, настроение боевое. А потом не сложилось - суета, дела какие-то. Ладно, еще съездим.

А потом просыпаешься утром, а человек уже умер. не будет больше ни охоты, ни рыбалки, ни походов к студенткам-ландшафтницам.

Спасибо тебе Леха за бобра. И за судаков. И за абсент самодельный. И за то, что приютил в тот вечер, когда я шапку потерял. Ты ушел в страну вечной охоты, а мы пока тут пригодимся.

На лося в последний раз не задалось, но ничего. Мы еще поохотимся. А пока живем дальше.

​Картография первого

По неведомой причине, с ростом технологичности деградирует мастерство. Если это не так, то почему людей до сих пор восхищают старинные шедевры живописи, музыки и архитектуры? Почему до сих пор в театрах играют Шекспира? Почему памятник тетке с отбитыми руками не пылится на складе?

Возьмем картографию, да не абы какую, а ту, что демонстрирует первый канал. Это в случае OpenStreetMap можно кивать на хендмейд, но едва ли у кого-то есть сомнения в том, что бывший ОРТ может нанять в штат самых крутых картографов. Но включаем недавний сюжет про Карабах и что мы видим?

Во-первых, невнятная проекция, которая не демонстрирует ничего, кроме заявления картографа: «А я еще вот так могу». Во-вторых, избыток данных. Ну ладно, допустим горы еще можно принять, хотя отмывка выглядит как грязные пятна на карте. Но для какой цели в разговоре о бомбежках Степанакерта демонстрировать рельеф дна Каспийского моря?

Подписи размещены максимально неудачно. «Грузия» царапает Южную Осетию. Сама Южная Осетия не подписана. «Иран» следовало сместить ниже, «Турцию» левее. Уже это позволило бы разгрузить карту и показать масштаб. Названия стран наклонены, поэтому для отличия картограф сделал названия городов прямыми. Но «Нагорный Карабах» тоже прямой и снабжен стрелкой, словно город. Зато «Нахичевань» наклонена. Не ясно: речь о городе Нахичевани или Нахичеванской Автономной Республике. О том, что часть «Нахичевани» расположена на территории Ирана можно отдельную политическую программу делать.

Все надписи выполнены заглавными буквами, но это какая-то традиционная фишка новостной картографии еще с лохматых годов. Видимо есть технологические причины. Но что произошло со стрелками Баку и Еревана? Почему одна вверх, вторая вниз? Почему одна на условном знаке города, вторая под ним? Почему стилистика городов одинакова, да еще и напоминает гидронимы? Почему Россия выделена так вяло?

Откуда в Азербайджане армянский анклав, а в Армении черный провал? И уж совсем непонятно, почему в одних местах Азербайджан показан более азербайджанистым, чем в других. И что произошло с северной границей Нагорного Карабаха? Одни вопросы. Хорошо, что мы живем в деликатное время. В иные века войну бы начали уже из-за одного вида этой карты.

Я почти уверен, что связь между мастерством и технологиями сложная. Настанет еще время новых мастеров своего дела. Но пока лучше радио слушать.

​Подарок Кутхиняку

Не ешьте мухоморы. Единственный эффект от поедания Amanita muscaria — боль в животе и сонливость. Удовольствия никакого. Как сказали бы ютубные эксперты: «Экология нынче не та».

А ведь случались времена, когда мухоморы были ого-го. Тысячу лет назад на берегах Восточно-Сибирского моря жили целые племена людей с мухоморными головами. Если, конечно, доверять петроглифам с реки Пегтымель, которые в семидесятых годах обнаружил археолог Н.Н. Диков. Более того, миллиарды людей верят, что последним творением бога для украшения мира была женщина, хотя чукотский эпос прямо утверждает: Кутхиняку — главный прародитель всего сущего, последним создал именно мухомор. И сделал это для того, «что-бы людям было жить веселее».

Величие Кутхиняку умалять нельзя. Создать одного человека из части другого скоро любой генетик сможет. А вот слепить базидиомицет с нужным соотношением мускарина, мускаридина, буфотенина, иботеновой кислоты и ее производного — мусцимола, под силу лишь настоящему основателю мира.

Видимо, мухоморы не действуют в наказание за неверие. С другой стороны, теперь полный либерализм: набрал в лесу мухоморов и мучайся животом сколько угодно. А так, пришлось бы искать шамана. В тундре, где мухоморов мало, поедать их разрешалось либо избранным, либо особо богатым. Остальные пили заготовленную шаманом мочу. И то, с разрешения, поскольку на всех страждущих никакой мочи не напасешься. Двадцать первый век на дворе, а посмотришь кругом — ничего не поменялось.

Ждем, когда Илон Маск объявит о создании мухоморных ферм. Аккумуляторы нужны все чаще, спрос на ванадий растет, а в мухоморах его триста с лишним грамм на тонну сухой массы. И это, согласно исследованиям Леппа, Харрисона и Моррелла, только в незагрязненных лесах. Есть некий сарказм истории в покупке подержанного аккумулятора с анодом, ванадий для которого был получен из мухоморов.

А может у меня банальная мухоморная идиосинкразия. Ведь, кроме как воздействием мухоморов, не объяснить появление статьи с заголовком «Поражения в локальных отдаленных областях мозга вызывает не иботенат, а эпидуральный каинат». Да и жить в последнее время стало веселее.

Любой географ, картограф, а тем более эколог обязан знать основы агрономии с историей сельского хозяйства. Иначе, даже простые вопросы будут ставить его в тупик. Для каких целей, например, вырубили все леса вокруг подмосковного города Клина? Правильно - для того, что-бы коптить огурцы.

Огуречная загадка, рыночный обман и космический вопрос в новой главе замечательной книги #вершкиикорешки (#аудиокниги #смирнов).

Донейт по традиции оставлю, вдруг захотите услышать еще главу: https://yasobe.ru/na/geokefirefir

​Улыбаться и не пить
Часть 1

Не выпендривайтесь, умирайте как все: в муках и от модных причин. Полагаю, что эта мысль сидит в головах редакторов, издания которых опубликовали на прошлой неделе заголовки "Минэкологии запретило жителям Подмосковья улыбаться лисам". Во-первых, не запретило, а отговаривало, а во-вторых, давайте разбираться.

Если речь о бешенстве, то история насчитывает несколько столетий, хотя вменяемые данные существуют лишь с конца девятнадцатого века. Для тех, кто считает бешенство разновидностью истерии, рекомендую замечательный учебно-медицинский фильм (детям, беременным и нервным смотреть нельзя). Это зоонозная инфекция передается не только при укусе, но и при ослюнении раны. Достаточно позволить больной собаке облизать царапину на вашей руке и далее либо протокол Милуоки, либо через несколько недель кто-то произнесет о «влажной блестящей оболочке» проводя очередную аутопсию. И не выпьешь напоследок — у заболевшего проявляется ярко выраженная боязнь воды, за что бешенство иногда называют гидрофобией.

Типичная картина заражения выглядит так: Ой какой миленький лисенок! Дай, я тебя поглажу! Ах ты ж скотина! Ладно, зеленкой залью и все пройдет. Рыжая лисица (Vulpes vulpes) без сомнений завоевала статус главной хранительницы бешенства. Но после этого факта начинаются сплошные сомнения.

На территории России вспышки бешенства у лисиц в девятнадцатом веке зафиксированы в 1810-1818 годах и 1824 году. Затем с середины девятнадцатого века как рукой сняло: ни одного случая до самой революции, причем то же самое по всей Европе. Все болели: люди, волки, собаки, скот, но к лисицам претензий было меньше всего. За время с отмены крепостного права до появления СССР ежегодно в России умирали от бешенства полторы сотни человек, но ни один по причине укуса лисицы. Лишь в 1925 году на Украине впервые за много лет нашлась бешеная ручная лиса, покусавшая человека. И даже тогда было известно, что прежде эту лису укусила больная собака. Зато потом понеслось: с началом второй мировой войны бешенство лисиц покатилось по Европе и к шестидесятым годам охватило Францию, Данию, Германию, Австрию, Швейцарию, Венгрию и прочие европейские страны, включая западные регионы Советского Союза. Тогда же Роберт Анатольевич Канторович — советский вирусолог и специалист по «дикованию» предложил разделять очаги бешенства на природные, в которых поражены преимущественно дикие животные и антропургические, в которых бешенством заражены сельскохозяйственные и домашние животные.

​Улыбаться и не пить
Часть 2
Часть 1: t.me/geokefir/979

О взаимодействии антропургических и природных очагов существует два противоположных мнения. Одно утверждает, что возбудитель болезни способен свободно передаваться от диких животных к домашним, второе говорит обратное. В качестве частного случая второй гипотезы можно представить предположение Г.Н. Сидорова: за годы эпизоотии вирус сильнее специализируется на лисах и представляет все меньше угрозы для других видов. В пользу этого говорит то, что вспышки бешенства наблюдаются в России регулярно последние пол-века: в 60, 63, 65, 69, 73, 76, 78, 84, 87, 89, 96, 98 году и далее с той же периодичностью по настоящее время. Но роль лисиц в заражении людей все время снижается. Ровно как и число заражений бешенством от сельскохозяйственных животных. Лисы до сих пор опасны, но постепенно главным переносчиком становятся дикие кошки и собаки. Перелом в динамике произошел в последнюю четверть века, когда на первый план стали выдвигать новый тип очага, образованный смешением природного и антропургического очагов.

На сегодняшний день эпизоотия бешенства растет, но лисы, а тем более разные козы и коровы заражают все меньше людей. Главный виновник заболевания — одичавшие кошки и собаки. Это хорошо: можно диссертаций в год по десять штук писать. Придумать новую теорию, а еще лучше разработать новую оральную вакцину типа РАБИВАКа. Тем более, что вакцина действует год, а мы люди гуманные: бродячих собак теперь не отстреливаем. Но ведь я не просто так упомянул о сомнениях.

Теории, медианы и полиномы пятой степени — это любопытно. Но почему ни в одной статье о распространении бешенства в России не упомянут реальный мир? Число заболевших от лисьих укусов снижается — это факт. Можно объяснять это гипотезой Г.Н. Сидорова. Но скажите честно, когда вы в последний раз видели живую лису? Кругом урбанина, походы на природу не вылезая из машины и выходные на даче в зоне мертвой субурбии. Та же ситуация с заражением сельскохозяйственных животных: где вы последний раз коров наблюдали? Максимум, в рекламе агрохолдинга.

В качестве разносчиков бешенства растет роль собак и кошек. Как связана эта динамика с увеличением благосостояния людей в нулевые? Когда с одной стороны появилась возможность содержать питомца, а с другой — выбрасывать лишнюю еду на помойку?

С удалением от Москвы ситуация немного улучшается, но вопросы остаются неизменными. Да и не будет скоро никакого удаления: кругом наступит одна сплошная Москва. Но это не мешает считать снижение числа заболевших от укуса коровой в Хамовниках результатом изменения патогенной активности вируса.

Тем более, что наше умение вести нормальную открытую статистику уступает лишь мастерству выдумывать заголовки.

Настало время самого посконного овоща. Уже никто не вспомнит ни вкуса его, ни внешнего вида. Даже совет «Вертеть все на турнепсе» приобрел новое сомнительное значение. Хорошо, что в замечательной книге #вершкиикорешки (#аудиокниги #смирнов) сохранились предания о пикантных плодах и крестьянках, которые блох выводили. Глава о финских бороздах, куриной физкультуре и немецком малыше.

Донейт по традиции оставлю, вдруг захотите услышать главу про то, как французы красный плод удлинили: https://yasobe.ru/na/geokefirefir

​Пройдусь по Абрикосовой

Задумался о сервисе топонимического роутинга. Ну вот блажь у меня сегодня такая: не хочу идти по улицам, которые названы в честь деятелей революции, подавай всякие Звездные, Солнечные и Полевые. Или, напротив, хочу проехать от Подтелкова до Кривошлыкова по улицам, которые названы в честь их знакомых. Как вообще именуются улицы в России?

Провел небольшое исследование на городе Шахты. Оказалось, что из 1073 именованных в OSM улиц почти половина (45 процентов) названа в честь людей. На втором месте по частоте (19 процентов) улицы, которые назвали в честь других топонимов, например Московская, Челябинская, Байкальская и др. Кстати, по неизвестной причине такие названия часто группируют, образуя целые кварталы. Самый известный пример — питерская балерина («Разве можно верить пустым словам балерины») — ряд параллельных улиц вдоль Обводного, которые названы в честь пригородов Москвы.

Третье место занимают топонимы, названия которых отражают свойства местности. Это те самые «Полевые», «Речные», «Вишневые» и подобные им. Если не брать популярное название «Садовая», улицы эти обычно коротки и второстепенны. Короче них только улицы с названиями, которые вообще классифицировать невозможно. Например, «Мясокомбинатовский тупик». Зато такие улицы на пятом месте по встречаемости (9,5 процентов). Они уступают лишь топонимам, которые связаны с производственной деятельностью (11 процентов). Улицы с трудовыми названиями удалены одновременно и от исторического центра и от городских окраин.

Любопытно, что революционные топонимы вроде «Депутатская», «Советская», «Комиссаровский» одни из самых редких, их около пяти процентов. Но большинство в центре города. Это самые многолюдные улицы, поэтому иногда думаешь, что других топонимов у города вообще нет.

Замыкают список названия улиц, связанные с культурой, наукой и спортом («Творческая», «Стадионный») с тремя процентами и военные названия («Оборонная», «Солдатская» и др.) доля которых всего два с половиной процента.

Понятно, что проценты примерны, поскольку некоторые названия трудно однозначно отнести лишь к одной категории. Но еще понятнее, что принцип наименования улиц прост: в честь человека, местности, природы, труда, исторических событий или знакового объекта. Рискну предположить, что подобный принцип и соотношение можно смело распространить на всю страну.

Топонимический роутинг из этого может и не сделать, но какую-нибудь любопытную вещицу — вполне.

Второй слой

За время работы в трех газетах и одном журнале я приобрел заветную мечту освоить русский язык. Хотя-бы до второго уровня. Любую информацию можно разбить на то, что сказано, что не сказано, что хотелось сказать и чего говорить не хотелось. К сожалению, большинство умеет обращаться с языком лишь на уровне «что сказано», да и то плохо. Профессиональная вершина современных журналистов — обнаружить ошибку в слове «вылазиит», зачеркнуть и написать «вылазиет».

А ведь можно гораздо тоньше, например так: «Проблема в том, что пассажиры туристических кораблей не могут сойти на берег». Опытный взгляд видит ошибку. Не бывает туристических кораблей, поскольку корабль — это вооруженное судно предназначенное для решения боевых задач. Глупость, а не предложение. Любой опытный редактор его перечеркнет и совершенно напрасно.

Никакой ошибки в предложении нет и настоящий мастер слова это увидит. Есть то, что сказано и то, что хотелось сказать. «Пассажирами» на кораблях называют бесполезных людей, часто гражданских, которые ничем не заняты, всем мешают и объедают команду. Сказано: «бедные люди заперты», а подразумевается: «эти уроды всех достали, но не уходят».

Пример плохой, но смысл понятен. Хотя если в качестве примера взять этот текст целиком, получится еще лучше.

Интересно, сколько человек сегодня могут верно указать на карте Калининскую область? Наверняка мало, но больше чем тех, кто отличит кордобу от каскада, а сильвано F1 от абако. Звучит страшно, но не обязательно погружаться столь глубоко. Тем более, что в замечательной книге #вершкиикорешки (#аудиокниги #смирнов) описано главное, что должен знать человек о морковке.

Очень понравилось мне описание морковного бизнеса на каком-то сайте стартапов. Прямым текстом сказано: «Выращивание моркови требует от предпринимателя не только умственных навыков, но и трудовой деятельности».

Донейт, для желающих услышать следующую главу, оставлю обязательно: https://yasobe.ru/na/geokefirefir

​Особый заповедник

После норильской аварии каждый разлив мазута преподносят словно катастрофу. Вчера масляные пятна в Усинске, сегодня в Находке, завтра мир окончательно погрязнет в радужные цвета. Когда от врачей все устанут, новыми супергероями станут защитники природы. Как любитель социальных девиаций, я это горячо поддерживаю, ведь из всего, что называется «охрана природы» половина представляет собой религиозное помешательство, а половина от оставшейся половины — откровенный идиотизм.

Но даже то малое зерно разума, что есть в охране природы оказывается невероятно противоречивым. На эту тему даже детская шутка есть: «Как быть, если одно редкое животное собирается сожрать другое редкое животное?». Если без шуток, то охрану природы следует относить к разделу культуроведения, поскольку настоящая цель всех мероприятий состоит в поддержании соответствия окружающего вида эстетическим потребностям человека.

Возьмем любую территорию с «нарушенным экологическим состоянием». Выглядит стремно, но ведь главный вопрос критериев. Где эталон ненарушенной природы? «В заповедниках» — тут же ответят мне, признаваясь в антропоцентрическом эгоизме. Любую территорию на которой изъяли популяцию считают нарушенной, за исключением случая, когда этой популяцией был человек. Странно, не находите?

Но пусть мы примем заповедники за эталон. Как с их помощью оценивать экологическое состояние поля, сада, парка, города? Я говорю даже не о том, что экологи сами не понимают о чем говорят, когда произносят словосочетание «экологическое состояние». И даже не о том, что не существует вменяемых способов измерения всех этих буферностей, упругостей, резистентностей, стабильностей, пластичностей и прочих видов устойчивости. Я вижу порочным сам подход к оценке экологического состояния путем сравнения двух экосистем с принципиально разными нарушениями. Рано или поздно это выливается в максиму: «Жить станет хорошо лишь когда все люди вымрут». Когда меня спрашивают: «Что делать с нарушенной природой», я предлагаю повесится. Думают, что это такая грубая шутка. Но нет.

Охранять следует не то, что может быть нарушено, а то, что красиво. Другое дело, что понять красоту можно лишь изучая ее, а как раз для этих целей заповедники очень нужны. А за выливание нефти следует дополнительно судить по гомофобной статье. Люди не редкие, но редкостные. Хоть специально для них заповедник создавай.