Журналист Михаил Шевчук о том,
почему власть отказалась от законопроекта о QR-кодах:
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
«
Определяющим в этой истории стало, очевидно, мнение президента. После его слов о том, что принятие одного из двух правительственных законопроектов о QR-кодах — на транспорте — перед новогодними каникулами стало бы "опрометчивым решением", его спешно сняли с рассмотрения. При этом формально его, заметим, тоже лишь отложили, пообещав "продолжить работу".
Судьба второго законопроекта — хотя без первого он и так стал, в общем, полумерой — стала понятна на большой пресс-конференции Владимира Путина, когда он в очередной раз принялся рассуждать о том, что сила действия равна силе противодействия, и
если начать давить на народ, так он сразу найдет способы обойти это стремление надавить. "Нам нужно идти по другому пути. Нужно с уважением относиться к людям, несмотря на их позицию, и терпеливо разъяснять необходимость принятия определенных мер", — разъяснил Путин.
Президент, кажется, не очень-то доверяет собственному народу и грозит пальцем: я, мол, все про вас знаю. Как бы он не стремился воспроизвести внешнюю сторону величия СССР, он прекрасно помнит и другую сторону советского бытия — даже не привычку, а
инстинкт граждан при каждом возможном случае обходить формальные запреты, обманывая государство — представители которого нередко тоже участвовали в системах обмана. Сказав "А", то есть приняв закон, Кремль был бы вынужден затем сказать и "Б" — начать наказывать за нарушение правил, обеспечивая соблюдение закона; и, похоже, в Кремле поняли, что просто не совладают с этим, потому что
одно дело требовать от граждан соблюдения какого-то внешнего квазипатриотического официоза, которое легко имитировать ко всеобщему облегчению, и совсем другое — влезать в их бытовую, повседневную жизнь, на расстояние ближе социальной дистанции. Иметь дело с воображаемыми гражданами вообще гораздо проще, чем с реальными».