Бизнес видел риски в том, что амнистия не распространяется на мошенничество (такое решение было принято после консультаций с FATF – организацией по противодействию легализации и отмыванию капитала. – «Ведомости»), вспоминает Воронкова. Оказывается, опасения были не напрасны, заключает она.
Юристы считают, что использование декларации в деле Израйлита наглядно иллюстрирует ситуацию с инвестиционным климатом в России и гарантиями, которые власти дают бизнесу. Основная проблема российского законодательства – в постоянно меняющейся правоприменительной практике, а также обвинительном уклоне судебной системы, рассуждает руководитель практики уголовно-правовой защиты бизнеса Bryan Cave Leighton Paisner Russia Антон Гусев. Законодатель действительно хотел, чтобы декларации были тайной, но правоохранительные органы искажают смысл законов, а суд встает на их сторону, говорит он. Судьи практически не вникают в обоснование ходатайств следователей и дают им карт-бланш на любые нарушения – из-за этого законы могут потерять свой основной смысл и перестать работать, заключает Гусев.