28 апреля на заводе «Залив» в Керчи должны быть заложены сразу два совершенно новых для нашего флота корабля – универсальные десантные корабли (УДК). Они создаются на замену французским «Мистралям», которые так и не достались России.
Кратко перечислим слагаемые успеха. Это сам УДК, это как десантные, так и ударные вертолеты, которые будут с него летать, это десантные катера, которые должны быть специально приспособленными для применения с таких кораблей. Это специальные боевые машины морской пехоты, способные доставить десант по морю на 10-15 миль, причем по высокой волне и так, чтобы потом оставалось топливо на наступление на земле, и это штатная организация морской пехоты.
Разберем все это подробно.
Что порождает
вопросы к самому кораблю, это завод, который его будет строить – «Залив». Пребывание в юрисдикции Украины в свое время привело завод к полному упадку. Еще совсем недавно он был не в силах самостоятельно закончить даже малый ракетный корабль. Состояние «Залива», прямо скажем, далеко от такого, которым стоило бы гордиться. Но сложнейшие и крупнейшие корабли в постсоветской истории России будет строить именно он. Привели ли «Залив» в чувство за последнюю пару лет? Вопрос открытый. На этом фоне отсутствие в России оптимальных главных энергетических установок для таких кораблей уже видится решаемой мелочью.
Второй вопрос – вертолеты. У России есть самый лучший в мире морской ударный вертолет – Ка-52К. Это хорошая машина, она производится серийно, и опасаться за то, какие вертолеты будут решать ударные задачи, не стоит. А вот с транспортными – проблема. Их просто нет.
Сегодня в России не производятся корабельные транспортные вертолеты, не производятся многоцелевые или специальные десантные. Все Ка-29, которые планировалось применять на «Мистралях», а потом на БДК «Иван Грен», это вертолеты, построенные еще при СССР и восстановленные после многолетнего хранения. Их банально не хватит на эти два проекта и те корабли ВМФ, которые тоже должны их нести. Обещанная когда-то флоту «Минога» (морской вертолет нового поколения) имеет крайне туманные перспективы. И даже если перед этим проектом не возникнет никаких особых проблем, то поступать первые вертолеты начнут лет через пятнадцать–двадцать. Корабли к тому времени уже будут, видимо, построены. Какие десантные вертолеты с них будут летать?
Касаясь катеров, можно сказать, что это наименьшая проблема – лет за десять с момента закладки УДК катер может быть и спроектирован, и встать в серию. Но надо не упустить время, а координация разных проектов друг с другом, увы, не наша сильная сторона.
И, конечно, боевая машина морской пехоты, без которой весь корабль в его текущем виде не имеет особого смысла.
Существует весьма продвинутый и потенциально очень интересный проект «Омсктрансмаша». В этом проекте омские инженеры предусмотрели все нюансы боевого применения такой техники, от мореходности до оружия, и наиболее подходящей для такой машины компоновки. Проблем тут ровно две – во-первых, проект дорогой, и чтобы к моменту вступления кораблей в строй новые бронемашины уже были в морской пехоте, его нужно резко ускорить прямо сейчас, не жалея финансирования. Вторая проблема – это его сложность. Коэффициент технической новизны у машины куда выше, чем у танка «Армата», и нет никаких гарантий того, что она получится с первой попытки.
Таким образом, пока наш корабль не является частью некоей системы проведения десантных операций, как это имеет место у тех же американцев. Может эта система и замышляется кем-то, но сейчас она не очень просматривается. А значит, новые корабли рискуют оказаться «вещью в себе». Остается верить в то, что все вышеперечисленные вопросы по новым кораблям будут решены за время их строительства.
