Дискриминация белого гетеросексуального большинства не вечна
(Андрей Бабицкий специально для газеты ВЗГЛЯД)
Фундамент сегодняшнего мироустройства начинает не слишком быстро, но уже заметно меняться. Это еще не тектонические сдвиги и разломы, но набирающая силу тенденция, уверенная поступь традиции, которой вынужденно уступает место постмодерн, теряющий силу и способность поддерживать жизнеспособность сформированной им антисистемы.
Кризис постмодерна вытекает из его неспособности дать человеку и обществу цельную картину миру, привязать его к мифу, в рамках которого ставятся значительные исторические цели по умножению общественного блага. Атомизированный обыватель за пределами такой картины мира может жить только «здесь и сейчас» ради потребления и удовольствий различного толка. Он не в состоянии интерпретировать реальность и строить планы на будущее. Это существо с ослабленной волей и пониженным интересом к жизни.
Недавний скандал вокруг манифеста Джоан Роулинг и оказанная ей коллегами массовая поддержка демонстрирует, что бунт назрел. Постмодернистская модель перестает работать в качестве социального регулятора. Она, собственно, и не работала, а беспощадно крушила все, что попадалось ей под руку. Привычный уклад жизни западного человека, который вполне тяготеет в своем большинстве к традиции, все настойчивее требует легализации и признания. Дискриминация, которой тотально подвергается белое гетеросексуальное большинство на Западе, не может продолжаться вечно - просто потому, что продуцирует глобальный распад всего: семьи, общества, государства. На каком-то этапе стремительного падения в пропасть обязательно должна быть предпринята попытка притормозить процесс. У меня есть твердая уверенность, что во многих головах уже светлеет и до организованного массового сопротивления рукой подать.
У России есть серьезные социокультурные резервы для оказания необходимой помощи той части западных элит, которые хотели бы разрушить морок постмодерна и неолиберализма. Она являет собой пример возвращения к традиции, пространство которой очертили изменения в Конституции. Они же задали вектор развития на десятилетия вперед. Понятно, что западное общество по умолчанию не может экспортировать наш опыт, но понять, исходя из него, что настоящее неразрывно связано с прошлым, вытекает из него, и что опыт предков бесценен, оно сможет без видимых усилий.
(Андрей Бабицкий специально для газеты ВЗГЛЯД)
Фундамент сегодняшнего мироустройства начинает не слишком быстро, но уже заметно меняться. Это еще не тектонические сдвиги и разломы, но набирающая силу тенденция, уверенная поступь традиции, которой вынужденно уступает место постмодерн, теряющий силу и способность поддерживать жизнеспособность сформированной им антисистемы.
Кризис постмодерна вытекает из его неспособности дать человеку и обществу цельную картину миру, привязать его к мифу, в рамках которого ставятся значительные исторические цели по умножению общественного блага. Атомизированный обыватель за пределами такой картины мира может жить только «здесь и сейчас» ради потребления и удовольствий различного толка. Он не в состоянии интерпретировать реальность и строить планы на будущее. Это существо с ослабленной волей и пониженным интересом к жизни.
Недавний скандал вокруг манифеста Джоан Роулинг и оказанная ей коллегами массовая поддержка демонстрирует, что бунт назрел. Постмодернистская модель перестает работать в качестве социального регулятора. Она, собственно, и не работала, а беспощадно крушила все, что попадалось ей под руку. Привычный уклад жизни западного человека, который вполне тяготеет в своем большинстве к традиции, все настойчивее требует легализации и признания. Дискриминация, которой тотально подвергается белое гетеросексуальное большинство на Западе, не может продолжаться вечно - просто потому, что продуцирует глобальный распад всего: семьи, общества, государства. На каком-то этапе стремительного падения в пропасть обязательно должна быть предпринята попытка притормозить процесс. У меня есть твердая уверенность, что во многих головах уже светлеет и до организованного массового сопротивления рукой подать.
У России есть серьезные социокультурные резервы для оказания необходимой помощи той части западных элит, которые хотели бы разрушить морок постмодерна и неолиберализма. Она являет собой пример возвращения к традиции, пространство которой очертили изменения в Конституции. Они же задали вектор развития на десятилетия вперед. Понятно, что западное общество по умолчанию не может экспортировать наш опыт, но понять, исходя из него, что настоящее неразрывно связано с прошлым, вытекает из него, и что опыт предков бесценен, оно сможет без видимых усилий.
