уже вторую неделю текут обсуждения о Трампе, штурме Капитолия и роли социальных медиа во всём этом. боже мой, каких удивительных вопросов только не породила эта ситуация.
мои любимые:
- кажется, Трамп был очень важен в твиттере, и теперь акции падают из-за него, да?
- всё же это цензура или благое дело — удалять аккаунт действующего президента?
- через социальные сети, получается, могут собираться не только классные активисты, но и не очень?
собрала, чем тут интернет-исследования могут помочь, в двух частях.
часть 1.
история вопроса
трогательно, что история, даже совсем недавняя, тут же забывается. всё же первым твиттер-ославленным президентом США был Барак Обама (и в России можно и стоит помнить об этом ещё и потому что его примеру следовал Дмитрий Медведев). не говоря о том, что вообще-то история соцсетей американских политиков ещё старше — по крайней мере с 2005 года.
правда, кампания Обамы вызывала скорее всеобщее воодушевление, мол, президент близок к народу, вот сейчас придёт и будет со всеми на связи, будет демократия. но это обычно описывается как часть интернет-утопий, с ними вообще всё идёт под откос в последние годы.
подробно о самой кампании можно почитать тут, много классных ссылок.
но к 2020м годам как по волшебству оказывается, что Твиттер —
это импульсивные, эмоциональные, заряженные короткие фразочки, от которых демократия приходит в упадок.
кстати, не в последнюю очередь — потому что светлый образ глобальных корпораций, смело противостоящих Левиафанам государств со времён Сонудена всё меркнет. оказывается, что некоторым государствам никто особенно не противостоит, а наоборот. в исследованиях это называют
Snowden turn, с которого пошли разговоры о суверенных страновых интернетах.
антропология вопроса
и идут, заметим, не только в русле управления. важно понимать, что глобальные-то платформы глобальные, но а)
в разных странах и сообществах используются по-разному (например, в России твиттер не играет такой роли как в США), и б) есть огромные группы людей, которые вообще живут совсем с другими соцмедиа (забавно, что в больших исследованиях конкретных названий мало,
но можно посмотреть графики).
поэтому разговоры о фактической деглобализации и децентрализации не в этом году начались, хотя сейчас уже обсуждают, что вот хорошо бы ФБ оставил вотсап и инстаграм (вот
интересные реплики университетских экспертов по этому поводу).
мобилизация через социальные медиа
но разговоры идут не только о самом Трампе, но и о том, как его сторонники мобилизуются с помощью социальных медиа. разговор опять же, не новый: о мобилизации социальных медиа выходят книги и статьи по крайней мере с начала 2010х, а если иметь в виду шире, тему интернета и общественных движений — ещё дольше. вот
одна из последних книг по теме.
мне кажется, максимально об изменении отношения к этому на фоне событий с Трампом
высказался Евгений Морозов:
Exactly a decade since the Twitter Revolution (aka Arab Spring), democracies have learned the crucial importance of not letting certain people tweet!
ситуация с Трампом действительно усилила твиттер-активность (тут
немного о статистике можно почитать). но повторю, Трамп — не столп Твиттера. тем более, что события вокруг него спровоцировали и исход из Твиттера, и в целом движ по деплатформизации.
значит ли это, что теперь глобальные движения в больших социальных сетях будут как-то меняться? скорее всего, да, но большие платформы и без всякого Трампа набирали рост скорее по инерции, так как см. выше антропологию вопроса.
