V
Официальная Беларусь превратилась в громоздкую неповоротливую конструкцию, состоящую из едва склеенной, многоэтажной лжи, из звенящих, как жестянки, выступлений пустобрёхов, из торчащих обломков того, что долгое время маскировалось под целое и работающее. Если встать перед этим поразительным, оттого что ещё не обрушился, колоссом и взглянуть вверх, чтобы хорошенько его рассмотреть – в глаза обязательно накапает стекающая по покорёженным балкам кровь.
Поэтому не перестаёшь удивляться: как можно видеть это обнажившееся уродство, этот уже ничем не прикрытый тараканий экзоскелет – и по-прежнему ничего не замечать? Ответ: для этого нужно находиться внутри громадины, быть её частью, одним из её ржавых и заплесневелых останков. Нужно торчать среди всего этого металлолома там, вверху, быть вросшим в него и, не имея возможности посмотреть на себя со стороны, махать со слезами умиления проходящим снизу людям красно-зелёным платочком.
Или сбросить на радостях на них вниз чугунную кастрюлю. Тоже зелёную. Пожалуй, нацедить в неё заблаговременно кровушки было бы логично – и с точки зрения дизайна, и на радость оккультному богу, которым молятся эти люди. Но, очевидно, времени на обряды у воскресной героини не нашлось, крови рядом – тоже, поэтому она наполнила её той же пустотой, которая разъедала ей сердце долгими тревожными годами.
Я даже не буду говорить о том, что человек реально искал на кухне большой и тяжёлый предмет, чтобы скинуть его на головы людям. Именно этим и занимается сейчас власть: судорожно ищет что-то эффективное, чем бы прихлопнуть всех несогласных. Но прихлопываются, как известно, тараканы, а к людям нужен совершенно иной подход – и ни одного из пригодных во всей этой буреломной рассыпающейся развалюхе не найдётся никогда.
Поэтому не перестаёшь удивляться: как можно видеть это обнажившееся уродство, этот уже ничем не прикрытый тараканий экзоскелет – и по-прежнему ничего не замечать? Ответ: для этого нужно находиться внутри громадины, быть её частью, одним из её ржавых и заплесневелых останков. Нужно торчать среди всего этого металлолома там, вверху, быть вросшим в него и, не имея возможности посмотреть на себя со стороны, махать со слезами умиления проходящим снизу людям красно-зелёным платочком.
Или сбросить на радостях на них вниз чугунную кастрюлю. Тоже зелёную. Пожалуй, нацедить в неё заблаговременно кровушки было бы логично – и с точки зрения дизайна, и на радость оккультному богу, которым молятся эти люди. Но, очевидно, времени на обряды у воскресной героини не нашлось, крови рядом – тоже, поэтому она наполнила её той же пустотой, которая разъедала ей сердце долгими тревожными годами.
Я даже не буду говорить о том, что человек реально искал на кухне большой и тяжёлый предмет, чтобы скинуть его на головы людям. Именно этим и занимается сейчас власть: судорожно ищет что-то эффективное, чем бы прихлопнуть всех несогласных. Но прихлопываются, как известно, тараканы, а к людям нужен совершенно иной подход – и ни одного из пригодных во всей этой буреломной рассыпающейся развалюхе не найдётся никогда.
