As president of Putnam’s, he broke ground with sexually explicit works like “Lolita” and “Fanny Hill,” worked with top authors and scored many best sellers.

Роман, который сделал Набокова мировым классиком и изменил представления о границах дозволенного в литературе.

Очевидный подтекст названия — ветхозаветная история о золотом тельце, идоле, которому стали поклоняться иудеи, пока Моисей пребывал на горе Синай и получал от Бога десять заповедей. Золотой телец стал частым олицетворением культа богатства; «поклоняться золотому тельцу» означает жить ради денег, оставив любые этические и духовные соображения. Именно это и отличает антагониста Бендера — подпольного миллионера Александра Корейко. Отметим, кстати, что корейка — часть туши, в том числе и телячьей; Корейко, чтобы не потерять свои миллионы, должен отдать один из них Бендеру, прямо-таки оторвать от себя — здесь, возможно, сказывается мотив «фунта мяса», которым требует уплатить долг ростовщик Шейлок в шекспировском «Венецианском купце». Ещё одна возможная шекспировская аллюзия в названии романа — к шутке Гамлета в адрес Полония: «С его стороны было брутально убивать такого капитального телёнка» (вспомним, что от Бендера Корейко получает по почте книгу «Капиталистические акулы»). Выражение «золотой телёнок» в значении…

Линор Горалик поговорила со Львом Обориным о его новой книге стихов «Часть ландшафта»

Дебют Пушкина в прозе. Безыскусные повести об игре случая, где автор прячется за литературными масками. Современники «Повести Белкина» не оценили, потомки увидели в них начало великой русской прозы.

Электронная библиотека по русской литературе для школьников, студентов, преподавателей и исследователей

15 лучших новых книг о русской литературе

Общий эпиграф к сборнику взят из комедии Дениса Фонвизина «Недоросль» (1781; д. 4, явл. VIII): Г - ж а П р о с т а к о в а То, мой батюшка, он ещё сызмала к историям охотник. С к о т и н и н Митрофан по мне. Контекст, знакомый читателю пушкинской эпохи, уже намечал позицию книги по отношению к предшествующей литературной традиции и настраивал на определённое прочтение. После неудачного испытания Митрофанушки в грамматике (знаменитые «дверь существительна» и «дверь прилагательна») переходят к истории, причём собеседники Правдина и Милона, «Скотининых чета седая», путаются в значениях истории как предмета и историй, которые рассказывает скотница Хавронья. Уже в эпиграфе издатель А. П. лукаво подмигивает понимающему читателю: не будут ли рассказы титулярного советника, девицы и прочих напоминать истории словоохотливой скотницы? Далее в пяти повестях использовано шесть эпиграфов («Выстрелу» досталось два). Пушкин вообще любил эпиграфы: он сопровождал ими «Евгения Онегина», «Капитанскую дочку», «Пиковую даму». Сохранился…

Безжалостно написанная хроника распада и гибели дворянской семьи. Одна из самых беспросветных книг — и в библиографии Салтыкова-Щедрина, и в истории русской литературы.