Наука только для богачей?
Кристина Квасней была близка к тому, чтобы отказаться от цели. Для специализации по биохимии в Мэрилендском университете, округа Балтимор, происхождение Квасней было отнюдь не привилегированным. Её отец работает в небольшой авторемонтной мастерской в крошечном населенном пункте Миллерсвиль, штата Мэриленд, и она была первой студенткой университета в своей семье. В свои 25 лет, она уже провела годы, стараясь найти время на обучение и работу, чтобы его оплатить, но она всё ещё далека от получения учёной степени. “Я стала чувствовать, что пришло время прекратить эту безнадёжную борьбу и жить дальше”, — говорит она.
Разочарования Квасней звучат знакомо для миллионов студентов во всём мире. Исследователям нравится считать, что ничего, кроме качества работы отдельных людей, не имеет значения для науки. Но реальность такова, что достаток и происхождение не менее важны. Слишком редко студенты из малообеспеченных семей попадают в науку. Зачастую они обнаруживают, что плохо подготовлены из-за низкого качества школьного образования.
Лишь немногие страны собирают подробные данные о социально-экономическом статусе, но имеющиеся цифры постоянно показывают, что государства растрачивают таланты малопривилегированной молодёжи, которая в противном случае могла бы решать задачи в области здравоохранения, энергетики, загрязнения окружающей среды, климатических изменений и целого ряда других социальных проблем. И ясно, что универсальный классовый вопрос далеко не универсален в том, какую роль он играет.
В этой статье Nature рассмотрит восемь стран по всему миру, а также их усилия в борьбе со множеством классовых проблем в науке.
