Вчера у РБК вышел
материал, касающийся новых поправок в закон «Об оружии»,
которые фактически убивают гражданский рынок оружия в России. Компании-производители хором отрапортовали о
многомиллиардных убытках (по 5 млрд рублей в год) и сокращении рабочих мест (компаниям придется уволить около 9 тыс. человек). Но комментарий взяли не только у них, а еще и у представителя Росгвардии (ведомство сейчас отвечает за оборот гражданского оружия в стране),
который отметился прямой ложью с целью оправдания поправок.
Особо интересно наблюдать маневры Росгвардии касательно фактического запрета образцов оружия со сверловкой «Парадокс» и «Ланкастер» (подробнее о них можно почитать
тут). В свое время появление их на рынке фактически
спасло многие оружейные заводы от сокращений и банкротства, которые грозили им ввиду санкций на экспорт гражданского оружия в США. В производство «Ланкастеров» и «Парадоксов» оружейные предприятия вложили миллиарды рублей, а теперь данные образцы фактически запрещают, переводя в разряд нарезного оружия, в качестве которого, с учетом необходимости пятилетнего стажа для покупки,
оно будет никому не нужно. Миллиарды коту под хвост.
Так, представитель ведомства утверждает, что якобы эти образцы изначально производились в нарушение закона. На самом деле, это не так — данные типы стволов были изначально
сертифицированы в рамках законодательства и полностью соответствовали закону, который позволял альтернативные сверловки гладкого ствола («Ланкастер») и 14 мм нарезов в гладком стволе («Парадокс»).
Также нацгвардеец заявил, что якобы из отдельных образцов оружия с указанными типами стволов можно произвести выстрел патроном под «нарезной» калибр, что является прямым нарушением закона. Не совсем понятно, что тут имел в виду высокопоставленный силовик, так как при сертификации патронов, разработанных под «Ланкастер» и «Парадокс», прямо проверяется возможность произведения выстрела нарезным боеприпасом, близким по размерам к сертифицируемым. Собственно, в ходе данного процесса эксперты лицензионно-разрешительной системы сделать этого не смогли.
Кроме того, комментируя поправку о повышении возраста владения оружием с 18 до 21 года, росгвардеец заявил, что
якобы владельцев оружия в таком возрасте на всю Россию всего 6 тысяч из 4 млн владельцев оружия. Хотя по официальным данным
только за прошлый год владельцами оружия стали 18 тысяч человек в указанном возрастном промежутке. Цифры не сходятся. И главное, что это — крайне активная часть потребителей, которая вовлекается в стрелковый спорт, тем самым принося отрасли значительный доход. Тем более, что теперь в стрелковый спорт можно будет прийти разве что с 23 лет, так как первые два года владения оружием можно будет купить только одно- или двухстволку, но не используемые в спорте ружья с магазином.
И совсем уже
издевательством выглядит заявление о том, что якобы поправки, от которых производители оружия просто в ужасе, придадут импульс производству оружия в России и развитию оружейной культуры. Тут даже комментировать нечего, так как это просто полный
бред.
А самое главное, что
обсуждаемые поправки к закону «Об оружии» никоим образом не спасают от массшутингов. Вместо того, чтобы усилить контроль за психиатрическим тестированием в ходе получения лицензии на приобретение оружия (об этом в законе ни слова),
законодатели ведут борьбу с оборонными предприятиями и законопослушными владельцами оружия. Условному Рослякову ничто не помешает подождать пару лет и купить ту же двухстволку, из которой он при должной сноровке сможет убить не меньшее количество людей. Но законодателей и запретителей из Росгвардии это не особо волнует.