​Может ли камень течь, словно река?
Текучие очертания музейного фойе вдохновлены природными формами, образовавшимися в результате древних флювиальных процессов вдоль берегов рек Луизианы. Поверхности отделаны 1100 панелями из искусственного камня, для проектирования и сборки которых был использован специально разработанный автоматический процесс.
(Музей штата и зал спортивной славы Луизианы. Накитош, Луизиана, США)

Технология – новая алхимия, которая превращает камни в воду.

​Может ли здание поставить спортивный рекорд?
Прыжки с трамплина — это смертельно опасный спорт; спортсмены рискуют жизнью и здоровьем ради того, чтобы несколько секунд пролететь на невероятной высоте. На трамплине Холменколлена (район в столице Норвегии Осло) в прошлом веке было совершено немало легендарных прыжков, и недавний международный архитектурный конкурс
на проект нового городка для спортсменов и нового трамплина имел целью еще больше упрочить репутацию этого спортивного центра. Одетый в сетку из нержавеющей стали, вынесенный примерно на 70 метров за опору, этот уникальный трамплин, самый длинный в своем классе, всегда приковывает к себе взгляд.
(Трамплин в Холменколлене. Осло, Норвегия)

Архитектура дает нам крылья.

​Можно ли соткать узор из света?
Международный аэропорт дает возможность сразу продемонстрировать гостям сущность города. Вот почему архитекторы, проектировавшие Второй терминал международного аэропорта Мумбаи, решили использовать в дизайне перекрытия площадью почти 70 тыс.м2 мотив джали — индийских оконных решеток с ажурным орнаментом, которые традиционно вырезаются из камня или мрамора. Узор перетекает с потолка на колонны, а льющийся через окна в крыше свет создает незабываемые визуальные эффекты, превращая терминал в настоящие врата города.
(Международный аэропорт Чатрапати Шиваджи, Терминал 2. Мумбаи, Индия)

Архитектура позволяет узнать, что вы прибыли к месту назначения.

​Может ли балкон поднять волну?
Воплощение архитектурных инноваций часто требует огромных ресурсов и отнимает много времени. Но иногда достаточно добавить крошечную деталь. Изысканный объем этого 82-этажного отеля и жилого комплекса на самом деле представляет собой традиционный небоскреб-призму. Но когда дело дошло до проектирования балконов, архитектор превратился в скульптора и придумал волнистые платформы разных форм и размеров, выступающие из здания на расстояние до четырех метров. Издали это, в сущности, незначительное изменение создает невероятное зрелище — словно эмоциональная волна, вдруг поднявшаяся над Чикаго.
(Небоскреб Аква-тауэр. Чикаго, Иллинойс, США)

Возможности таятся в деталях.

​Какими главными видами оружия должен обладать современный архитектор? Ну, наверное, вы назовете хорошее образование (бакалавриат + магистратура) и будете вполне правы. Другие из вас скажут, что хорошо было бы иметь развитое пространственное мышление – несомненно, и это верно.

НО не стоит забывать, что профессиональное владение цифровыми инструментами, также немало важное оружие современного архитектора. А тут и возникает вопрос: “С чего мне начать, чтоб разбираться в этом лучше?” Ответ на удивление прост: есть такой замечательный ресурс под названием Софт Культура @softculture, на котором можно посмотреть туториалы, прочитать интересные статьи, узнать о конкурсах — да и там много чего хорошего ещё есть.

​Может ли архитектура прийти из космоса?
Быстро растущий город Далянь решил создать объект, которое сочетал бы в себе функции оперного театра и конгресс-центра, а также стал бы символом города. В результате появилось совершенно оригинальное сооружение, похожее на приземлившийся на набережную инопланетный корабль. Здание совершенно не пытается вписаться в существующий контекст, оно полностью устремлено в будущее — воплощенная надежда на то, что Далянь со временем станет центром туризма, коммерции и культуры.
(Даляньский международный конгресс-центр. Далянь, Китай)

Архитектура не предсказывает будущее, она его создает.

​Может ли здание струиться?
Советский Союз славился своей внушительной и помпезной монументальной архитектурой. Когда азербайджанцы решили построить в своей столице новый культурный центр, они постарались как можно дальше уйти от этого образа. Здание вырастает из земли серией плавных изогнутых поверхностей, внутри которых скрывается 57 тысяч квадратных метров полезного пространства. Архитектура здания отражает гибкие связи между городской жизнью и тем, что происходит внутри культурного центра.
(Центр имени Гейдара Алиева. Баку, Азербайджан)

Архитектура может создавать новые ландшафты.

​✨💫 На днях CNN составила список самых классных замков мира. Что делает замок замком, так это то, что он сочетает в себе функции защиты и жилища – это укрепление и величественный дом, объединенный в одно целое. Создание здания, которое одновременно удобно и оправданно, сложно. В основном замки привязывают к европейской истории, но на самом деле эта архитектурная форма встречается по всему миру – Япония, Индия, Марокко, Мексика и мн.др.

🏯 Тут вообще возникает разумный вопрос: а какое отношение замки и CNN имеют к нам к самой большой стране в мире? А дело в том, что в американский топ попал наш замок, а точнее Новгородский детинец.

🏰 Московский Кремль более известен в мире, но когда мы начинаем говорить об истории и атмосферности, то тут он определенно уступает Новгородскому кремлю, который располагается в 200 километрах к югу от Санкт-Петербурга. Внутри детинца туристы могут посетить Софийский собор 1050г., Памятник Тысячелетие России 1862г. и множество других достопримечательностей. Очень приятно, что российский памятник архитектуры попал в мировой топ, где он соседствует с другими известнейшими достопримечательностями. Посмотреть полный топ замков можно по ссылке: edition.cnn.com/travel/article/most-beautiful-castles-world

🔥 За последние годы столичные власти согласовали в разных районах Москвы несколько крупных проектов, архитектура которых так или иначе отсылает к традициям советского авангарда (или того, что принято так называть). К их проектированию были привлечены известные российские и зарубежные архитектурные бюро, каждое из которых по-своему развивает идеи предшественников. При этом многие проекты встречают активную критику градозащитников и жителей столицы.

🏗 На этой неделе рассмотрим пять будущих самых авангардных проектов, которые будут реализованы в Москве совсем скоро.

​В Москве построят первую церковь по современному архитектурному проекту. Храм Игнатия Богоносца, спроектированный архитектурными бюро «Архитекторы А.Р.Е.А.Л.» и Archpoint, расположится на Верейской улице на западе столицы. Постройка сочетает в себе черты древнерусского каменного зодчества и современной архитектуры. Так, в основе проекта лежит классическая крестово-купольная система, однако для сооружения храма архитекторы выбрали современные материалы (стеклофибробетон, стекопластик) и отказались от декора — его заменит естественный свет. Восточную стену, к которой примыкает алтарь, полностью выполнят из стекла, благодаря чему пространство храма будет хорошо освещено, а прихожане смогут наблюдать пейзаж долины реки Сетунь.

​Нидерландское архитектурное бюро MVRDV спроектировало многофункциональный комплекс с премиальными апартаментами Red7 (девелопер — группа компаний «Основа»). Пиксельное здание асимметричной формы строится на углу Садовой-Спасской улицы и проспекта Академика Сахарова: сооружение станет первой за долгое время новостройкой, которая расположится прямо на Садовом кольце.

Проект MVRDV — оммаж советскому авангарду: по словам архитекторов, они стремились создать единый ансамбль с высоткой на Красных Воротах Алексея Душкина, зданием Центросоюза Ле Корбюзье и новым сооружением. Внешний облик и расположение Red7 также перекликаются со зданием Наркомзема Алексея Щусева — неслучайно MVRDV позаимствовали красный цвет и некоторые элементы стилистики последнего. Red7 имеет ломаную с четкими прямыми линиями систему фасадов. Объем здания нарочито деформирован, чтобы визуально выделить входные группы и подчеркнуть волнообразный рельеф его кровли.

​Музей современного искусства ГЭС-2
Весной 2020 года в реконструируемом здании городской электростанции на Болотной набережной Москвы-реки откроется музей современного искусства. Его созданием с 2015 года занимается фонд V-A-C. Площадь выставочных пространств после открытия составит более 20 тыс. кв. м. Постоянной экспозиции здесь не будет, зато появятся резиденции художников, библиотека, книжный магазин и амфитеатр.

Проект реконструкции и приспособления бывшей ГЭС под новые функции разработало итальянское архитектурное бюро Renzo Piano Building Workshop. Здание сохранит исторический облик, но будет оборудовано по современным стандартам экологической безопасности: крышу оснастят солнечными батареями, трубы превратят в экологичную систему вентиляции — они будут забирать чистый воздух с высоты 74 м и равномерно распределять его по всей площади здания. На прилегающей к электростанции территории установят специальную систему фильтрации грунта, которая позволит собирать и повторно использовать дождевую воду и снег. У западной части здания арт-центра высадят березовую рощу из 600 деревьев.

​К 2024 году на территории ЗИЛа откроется московский филиал Эрмитажа — музейный центр «Эрмитаж — Москва» (застройщик — ЛСР). Проект здания выполнило американское архитектурное бюро Asymptote Architecture во главе с Хани Рашидом. Пятиэтажное сооружение футуристической формы, по словам его автора, вдохновлено архитектурой советского конструктивизма, в частности супрематическими трехмерными фигурами («проунами»), придуманными Элем Лисицким. Фасады здания будут оформлены массивными панелями из стекла и металла — они позволят выставлять экспонаты прямо в открытых галереях. На площади свыше 21 тыс. кв. м разместятся музейные залы для искусства XIX–XXI веков, библиотека, кафе, ресторан, а также открытая летняя терраса.

​Реконструкция Бадаевского завода
Радикальную концепцию застройки территории Бадаевского пивоваренного завода на набережной Тараса Шевченко (девелопер — Capital Group) разработало швейцарское архитектурное бюро Herzog & de Meuron. Новые здания, где разместятся жилые корпуса, офисы и несколько отдельно стоящих вилл, планируется возвести прямо над старыми цехами завода — на 35-метровых колоннах. Колонны будут упираться в фундамент, в котором разместятся парковка и технические помещения. По проекту Herzog & de Meuron в старых цехах Бадаевского завода разместятся магазины, бары, рестораны, спортивные и детские центры, коворкинг и конференц-центр. Корпуса, не являющиеся памятниками архитектуры, будут демонтированы — на их месте появится парк.

«Очевидно, мы попытались «поднять в воздух» ранее опробованные на земле концепции — хотя мы и колебались предлагать эту типологию, напоминающую «горизонтальный небоскреб», который стал одной из самых героических икон русского авангарда. Наше здание не «летит», а просто приподнимается над землей на стройных опорах, связывающих его с окружающим парком — как домик, построенный на дереве, связан с землей его стволом», — говорится в описании проекта. Завершить реконструкцию Бадаевского завода планируется не раньше 2023 года.

Проект вызывал массу критики со стороны градозащитников: комплекс завода, признанный объектом культурного наследия и находящийся под охраной государства, рискует быть визуально «задавленным» новыми строениями. К тому же, часть построек (которые де-юре не являются памятниками, но, по мнению градозащитников, представляют историческую ценность) планируется снести.

​Можно ли заниматься шопингом в церкви?
По мере того как число традиционных книжных магазинов в мире сокращается, оставшиеся превращаются в своего рода святыни для избранных. Так где же еще разместить свой магазин нидерландскому книготорговцу, как не в доминиканской церкви XIII века? Устремляющиеся вверх своды оставляют достаточно места для трех ярусов книжных полок, которые тянутся по всей длине нефа, контрастируя с готической архитектурой церкви.
(Книжный магазин Selexyz Dominicanen. Доминиканская церковь, Маастрихт, Нидерланды)

Шопинг не только снимает стресс, но и может стать возвышенным духовным опытом.

​Как насчет ужина в канализационной трубе?
Попробуйте просто об этом не думать — сложенные штабелем железобетонные трубы, традиционно использующиеся в канализации, превращаются в эффектное пластическое продолжение уже существующего паба. Отделанные деревом трубы преобразились в уютные кабинеты для посетителей, в которые так интересно заглянуть через стекло с вечерней улицы.
(Prahran Hotel. Мельбурн, Австралия)

Функция следует за формой.

​Может ли уродливое быть прекрасным?
Ньютаун-Крик — самая большая из четырнадцати нью-йоркских станций очистки сточных вод. Город вполне мог бы обойтись и обычным утилитарным проектом, но вместо этого решил вложить 4,5 миллиарда долларов в реконструкцию устаревших и экологически небезопасных очистных сооружений, выбрав концепцию, которая в наибольшей степени учитывала интересы жителей окружающих кварталов. Команда, в которую, помимо архитекторов, вошли художники по свету и ландшафтный дизайнер, разработала комплекс, использующий форму, текстуру и цвет для создания поразительного визуального впечатления.
(Очистные сооружения Ньютаун-Крик. Бруклин, Нью-Йорк, США)

Промышленной архитектуре больше не нужно прятаться.

​Можно ли построить дом из автострады?
Мы мчимся по автостраде, не задумываясь о колоссальности ее конструкций. Этот дом напоминает нам о масштабах транспортной инфраструктуры. В основе сооружения — огромные железобетонные балки, которые обычно используются в дорожном строительстве. Система далеко вынесенных консолей кажется почти невероятной и заставляет нас пересмотреть свои представления о гравитации и масштабе. Обратите внимание на верхний бассейн!
(Дом “Эмероскопиум” (Hemeroscopium House). Мадрид, Испания)

Переосмысливая привычное, можно создать нечто совершенно новое.

​Уместен ли футуризм в историческом центре города?
Когда власти Севильи решили реконструировать автомобильную парковку и автобусную станцию в центре города, они с удивлением узнали, что в этом месте обнаружены руины римской эпохи. Что делать? В международном конкурсе проектов победил проект “Метрополь Парасоль”, который смог и защитить раскопки, и найти место для магазинов и кафе, а также подарил этому всегда полному жизни городу новую большую площадь. Шесть грибовидных зонтиков-навесов обеспечивают защиту от жаркого андалузского солнца, причем на эти “грибы” можно подняться и насладиться панорамой окруженного стенами старинного города. Но главная изюминка этого чудесного места – не форма, а материал: это самая большая в мире конструкция из клееного дерева.
(Общественное пространство “Метрополь Парасоль” (Metropol Parasol). Севилья, Испания)

Города – это не капсулы времени.