Новое слово в российской политэкономической действительности. Путин мирит не Сечина с Евтушенковым, а Набиуллину с Силуановым. И предмет раздора не «Башнефть», а криптовалюты.
Это не просто попытка первого лица модернизировать свой имидж и показать, что цифровое будущее его интересует гораздо больше, чем приватизационное прошлое. И даже не только и не столько желание поискать какую-то дееспособную финансовую альтернативу на случай, если «холодная война 2.0» дойдет до отключения SWIFT, замораживания всех активов и т.п.
Помимо всей этой внутри- и геополитической «лирики» есть еще и макроэкономическая, вполне себе сермяжная «подкладка». Возможно, летне-осенний банковский кризис был весьма «бархатным». Но разве что -- для вкладчиков.
Для ЦБ, в частности, и государства, в целом, он стал весьма неприятным звоночком. Причем, несовершенством банковского надзора дело совсем не ограничивается. Если бы все косяки заключались в ЦБ как регуляторе – это было бы еще полбеды.
Проблема в том, что завалились банки, которые после 2014-го года едва ли не больше всех «реповали» с ЦБ. Взлет «Открытия» и пр. стал в немалой степени результатом набиуллинской «ставки на ставку». А это уже не регулирование, а денежно-кредитная политика.
Превращение ЦБ во вполне себе полноценного кредитора в последней инстанции привело к появлению на свет целой стаи «птенцов гнезда Эльвиры». Они сумели опериться, научиться летать, достичь финансовых высот. Но лишь до тех пор, пока Неглинная активно использовала РЕПО – и рублевые, и валютные.
Когда обвал нефтяных котировок прекратился, а Минфин начал продавать доллары из нацфондов и отправлять вырученные рубли на латание бюджетных дыр – дефицит ликвидности сменился профицитом. У ЦБ уже не было макроэкономической необходимости держать высокую ключевую ставки, а у крупных корпоративных клиентов – пылесосить рубли и валюту по всем доступным банковским сусекам.
Но на этой потребности, повторюсь, держалось благополучие целого ряда банков. И чем больше Набиуллина ослабляла «финансовые гайки» -- тем сильнее плавились крылья у ее «птенцов».
Набиуллина, победив, проиграла. ЦБ хорошо научился управлять денежным предложением. Но в какую сторону бы сторону они ни сдвинул рычаг ДКП – это оборачивается серьезными издержками.
Более того, события лета-осени 2017-го повысили вероятность фактической национализации российской банковской системы. Т.е. опять же, ЦБ вроде как абсолютно все финансовые карты в руки.
Но вода-то дырочку найдет. Особенно в эпоху подрывных финансовых технологий. Чем больше у Набиуллиной шансов превратиться из главного в единственного банкира, тем популярнее решения, позволяющие обходиться без банкиров, в принципе.
Поэтому «криптомания», поэтому Набиуллина так остро на нее реагирует, и, пожалуй, именно поэтому Путин проводит специальное совещание по криптовалютам.