Это тоже тяжелое видео, сразу предупрежу. Других в последнее время и не бывает, впрочем. Но сначала, как обычно, текст.
Пару месяцев назад по сети разошлось видео, где Мария Колесникова танцует в зале суда. Было много восторгов, ахов и вздохов. Ах, какая молодец, как здорово держится, нас не напугать, Лукашенко зассал, посмотрите на эти светлые лица.
Сегодня Марию приговорили к одиннадцати годам лишения свободы. С вполне себе светлым лицом.
Месяц назад во Пскове Артема и Лию Милушкиных также приговорили к одиннадцати годам заключения. Семейная пара Милушкиных - координаторы «Открытой России», активисты, оппозиционеры. У них осталось двое детей. Вот, не помню, сколько лет, два, что ли, годика.
На этом основании Лии Милушкиной снизили срок с одиннадцати лет до десяти с половиной. На полгода. И дали отсрочку исполнения наказания.
Каждый раз, когда толпы розовых слоников расшаривают по сети веселые фотографии из зала суда, с улыбкой, сердечками, и знаком «Виктория» - каждый раз я спрашиваю: вы что делаете, идиоты? Вы думаете, это весело? Думаете, это фан такой - оказаться подсудимым в Гестапо?
Да, вы получите свои пять минут славы. Безуслвоно. Про вас напишут газеты. Вас будут фотографировать фотографы. Ваше имя прозвучит по всей стране. А, может, даже и миру. И на миру будет красен даже тюремный приговор.
Но все это продлится недолго. В чистом времени - вообще несколько дней.
А потом про вас забудут.
Очень быстро забудут. Через год вы уже вообще никому не будете нужны.
Сердечки, танцы и пятнадцать минут славы пройдут.
И всё, что с вами останется - это десять лет гулага.
Посмотрите это видео. И обязательно - обязательно! - покажите его своим детям. Чтобы они знали, что такое тюрьма. Что такое приговор. Что такое суд. Как человек, Артем Милушкин, к моменту вынесения приговора отсидевший в СИЗО два года и уже все понявший про тюрьму, узнает, что ему сидеть еще девять.
И его жене - еще восемь.
И как он мечется по клетке, как зверь, и ломает скамью подсудимых, и пытается выворотить ей решетку, и этот вой матери за кадром, да только всё, поздно уже, ершики здесь не помогают, этап сформирован и вперед на десять - десять! - лет лагерей, лесоповала, баланды, подъем в пять утра, хождение строем под песни в столовую, в сортир, вскакивать и ломать шапку перед каждым чмом с погонами, карцер с ледяными стенами и водой и хлебом, туберкулез, обмороженные пальцы, шмоны по ночам, избиения и пытки, опять карцер, блатняк, гопники беззубые у чифирбака, администрация…
А у тебя двое детей. Два и три годика. И ты их больше не увидишь. Никогда. Потому что, когда ты выйдешь - это будут уже не твои дети. Это будут взрослые, незнакомые тебе люди. Про которых ты не знаешь ничего. У которых ты пропустил всё - детский сад, школу, взросление, становление личности, первую любовь, первые слезы - все это пройдет мимо тебя и никогда - никогда! - не будет восстановлено. Это нельзя вернуть.
А их мама при этом будет еще десять лет в тюрьме - потому что ты выйдешь, а она уедет.
И семьи у тебя не будет уже никогда. Только через двадцать лет вы теперь соберетесь все вместе.
Честно говоря, я совершенно не представляю - каково это жить, растить детей, зная при этом, что, как только они вырастут, тебе надо будет уехать от них на Гулаг на десятку. Я не представляю, какова эта пытка. Каждый день думать об этом.
Гестаповцы предупреждали его - мы тебя посадим. Но Маша, Нобелевские лауреаты, Илья Яшин, Быков и Виктор Анатольевич лили ему в уши совсем другое. Что он невероятный. Что у него светлое лицо. Что Путин зассал. Что крысу тошнит. Что надо еще раз снять ботиночки - и сразу наступит Прекрасная Россия Будущего.
Тут карикатура про то, как добрый розовый слоник протягивает танку букет цветов, а танк сносит ему голову нахуй.
И вот так, с песнями, шутками, прибаутками они и отправлялись на прииск «Партизанский» ДальЛАГА.
Здравствуй, Варлам Тихонович.