Главный санитарный врач Украины Виктор Ляшко заявил, с точки зрения эпидемиологии необходимости закрывать парки не было.
“Когда мы закрывали в свое время парки, проводили опрыскивание дорог, это опять же был вопрос не столько влияния на эпидемиологический процесс, сколько на психологический процесс. Когда закрыты парки, нет ощущения, что все безопасно. Люди больше психологически готовились к тому, что надо соблюдать карантин. Ощущение тревоги”, – пояснил он.
По словам Ляшко, такую практику психологического воздействия использовали и в других странах.
“Когда я с самого начал анализировать те меры, которые внедрялись в Китайской Народной Республике, затем в Италии, а также с точки зрения эпидемиологии думал, а зачем они это делают. Если это капельная инфекция, она не влияет, например, на эти пути передачи. Затем, когда начинали анализировать, начали общаться через послов с эпидемиологами, они рассказывали, что если люди не видят, это невидимая инфекция, то надо создать некий психологический эффект. И благодаря этому психологическому эффекту у людей появлялось ощущение опасности и необходимости соблюдения карантинных мероприятий, которые вводились правительством”.

Так. Ну, по крайней мере, ответ на мой вопрос "а зачем надо было закрывать спортплощадки" - получен.
Все, кто мне тут доказывал, что через турники можно убить свою бабушку - приглашаются в комменты.
Информационный терроризм, как и было сказано.
Ваш Дед Ванга.

«Чешские авиалинии» с 18 мая возобновят регулярные полеты по четырем направлениям из Праги – в Амстердам, Франкфурт, Париж и Стокгольм.

Это прекрасно, конечно. Посадить всю страну на жесткий карантин, а когда наебнули пивоваренный бизнес, открыть сообщение со Стокгольмом.
Собственно, все тот же вопрос - ну и нахрена все эти танцы с бубнами нужны были?
И так будет везде. Потому что другого варианта просто нет.
Ваш Дедушка Ванга.

Самое время напомнить картинку.
В свете сегодняшнего интервью.
Спокойной ночи.

Праздник оккупанта... Даже не Зазеркалье, нет. И не наркомания. Не шизофрения. Уже какой год я пытаюсь подобрать эпитет своим ощущениям в этот день, и никак не могу. День массового сумасшествия сотен миллионов человек, когда даже у внешне адекватных и разумных в другое время людей в голове отключается способность к когнитивному мышлению и они становятся неким гибридом психического заболевания и наркомании - находящимися под воздействием ЛСД шизофрениками, живущими в измененной реальности, в свою очередь находящейся в состоянии измененной реальности. Психо в квадрате.
Когда человек не видит предмета, не может осознать его формы, понять его цвета, описать его значения.
Когда он сознательно уходит из реальности в свое измерение, и на все попытки его в эту реальность вернуть в этот день отвечает только агрессией.
Когда он сам, сознательно, ставит в своей голове заслон и сам, сознательно, уходит в мир своей выдуманной оруэловщины - где война это мир, где порабощение это освобождение, где поражение - это победа.
Уйти в эту свою наркотическую шизофрению, чтобы не видеть, не замечать, не столкнуться носом с реальностью - и не дай бог её не осознать! - вот главная черта этого дня этой страны.
День выключения реальности.
Даже у тех немногих оставшихся хотя бы относительно адекватными, в Мордоре людей.

Они выключают реальность и начинают писать нечто такое, какие-то такие тексты, как будто они живут - ну, не знаю, на Канарских островах двадцать третьего века в мире победившего всеобщего счастья и справедливости. Где пальмы, океан, райские птицы, розовые пони и о войнах слышали только из рассказов заходящих в порт историков исследователей прошлого.
Они начинают писать про дедов, про подвиги, про наградные листы, про страдания, про смерти, про бабушек, про эвакуацию, про переселение - как про нечто былинное, эпос летописи Нестора.
Писать так, чтобы этот заслон из текстов отодвинул от них ту реальность, которая, на самом деле и окружает их, и чтобы они не дай бог не смогли попасть в неё через эти свои тексты-заслоны и увидеть, наконец, что ровно то же самое, вот ровно все, о чем они пишут - их страна делает прямо сейчас с другими в прямом эфире.

Что концлагеря их страна устраивает на подвалах Донбасса. Что окружения и котлы их вермахт устраивает в Дебальцево и Иловайске. Что беженцев они устроили на Юго-востоке и в Крыму. Что гетто и облавы их гестапо устраивает в Бахчисарае и Яны Капу. Которые они переименовали, чтобы вытравить даже топографию.
Что эвакуация, эта сторона улицы наиболее опасна при обстреле, надписи «бомбоубежище», добрые люди приютили и пустили пожить в бане, что похоронки и пал смертью храбрых - что все это не семьдесят пять лет назад.
Все это прямо сейчас. Здесь. Вот в этот вот самый день. Вот в этот самый момент, пока вы фотографии дедов в соцсетях постите.
Не какие-то там гитлеровцы.
Ваша страна. Ваша же страна.
В которой они ходят с палками с фотографиями своих дедов-освободителей.

«Представьте себя в минуту известия о начале войны, когда становится неотвратимо ясно, что ужасное уже рядом, и его невозможно избежать. Вашему краю остались считанные дни до оккупации, и вы не знаете, успеете ли вы отправить своих родных в безопасное место. Вы и не знаете, существует ли оно на самом деле – безопасное место.
Или они останутся на захваченной земле, и вы ничего не будете знать о них годы и годы, или вы успеете посадить их на последний поезд в тыл, но если вы ушли на фронт, то вы точно так же можете потерять своих родных из виду, как и они вас. Но поезд спасения может стать поездом смерти, прилетевшей с неба. А вы не будете знать об этом годы и годы.
Представьте себе это расставание, когда оставаться вместе – значит, скорее всего, вместе погибнуть, а расстаться – значит, скорее всего, погибнуть поодиночке, не успев дать друг другу последнюю весть.
Представьте себе своих родителей и своих детей, которым вы говорите прощальные слова «Я вернусь», зная, что, скорее всего, не вернетесь.
Представьте себе, что каждый день вы ждете от них писем, как и они от вас, и отсутствие письма будет приносить не только страх вечной потер

и, но сохранять надежду – если нет и похоронки, то, возможно, и дай Бог, человек жив.
Представьте себе людей, рядом с которыми вы будете воевать. Вы познакомитесь с ними сегодня, и уже завтра они будут погибать на ваших глазах – каждый день, день за днем.
Представьте себе жизнь, когда каждый час, каждая минута могут оказаться последними в вашей жизни.
Представьте себе, что ваши шансы выжить будут во многом зависеть от того, насколько вы научитесь убивать. Каждый день.
Представьте себе полностью разрушенным ваш дом, разоренным ваш кров.
Представьте себе оскверненными могилы ваших родных.
Представьте себе, что вы потеряли всё.
И за всё это время смерть не нашла вас.
А война закончилась.
Тогда вы поймете, что это такое, – День Победы».

Это сегодня написал один из немногих оставшихся там относительно адекватных людей. Антипутинист. Оппозиционер. Всему миру доказавший, что на Донбассе есть псковские десантники. Избитый за это.
И вот...
Текст написан так, как будто это что-то из «Властелина колец». Что-то такое жуткое и страшное, что было только в прошлом, когда на земле водились чудовища и драконы, и что нам в нашем счастливом настоящем не суждено уже встретить и понять.
А то, что РОВНО ВОТ ТАК УЖЕ ШЕСТОЙ ГОД ЖИВЕТ СОСЕДНЯЯ СТРАНА - это до них донести невозможно.
Уже невозможно.
Несколько лет назад еще можно было.
Но теперь занавес опустился окончательно.
И - все. Больше этой повестки не существует.

Что соседней стране не нужно представлять себя в минуту известия о начале войны - она пережила эту минуту.
Что не нужно представлять расставание - и расставались, и обнимали детей так, как обнимают только тогда, когда не знают, вернутся ли.
Что многим не надо рассказывать о семьях, оставшихся на захваченной земле. Мне вот, например, не надо рассказывать. Потому что, уезжая в командировку туда, я понимал, что моя семья остается именно на захваченной земле, и что если к ним придут из-за меня, я сделать уже ничего не смогу. Не надо мне представлять это чувство - я его, блядь, пережил. Кишками своими пережил. Я знаю, что такое оставлять детей в оккупации, зная, что они на заметке у Гестапо и не зная, вернешься ли. Но говорить при этом «Я вернусь».
И звонки, заменившие письма, и людей, вчера незнакомых, а сегодня оказавшихся рядом плечом к плечу, и разрушенные или брошенные дома - сорока миллионам людей все это представлять не надо.
Это все делает ваша страна.
Ваша. Страна.
Прямо сейчас.

Но нет. Не дай бог сказать о реальности. Не дай бог написать о ней. Не дай бог с ней столкнуться.
И - деды, подвиги, награды, фотографии...
Дневники лейтенанта. Воспоминания про "настоящую войну". Нам этого никогда не узнать. Вы только представьте…
Хотите представить, как выглядит настоящая война? Да не вопрос.
Ваша страна прямо сейчас ведет две. Вру, уже три. Отложите дневники Николая Никулина и езжайте на Донбасс, скорбетели диванные. Ваши скорбные лица о боях восьмидесятилетней давности, когда прямо сейчас ваша страна перепахивает соседнюю каждый божий день полусотней обстрелов - просто невероятно тошнотное лицемерие. Когда ваши танки утюжат чужие города… Как вы этого не чувствуете?
Десять часов на машине - и я вам покажу все своими глазами.
Я вас проведу.
Вот прям по тем же местам проведу, где семьдесят пять лет назад все и было, о чем вы так стонете и скорбите.
Которые сейчас точно так же утюжат танками и артиллерией.
Вы уже утюжите.
Хотите узнать, каково это было?
Так приезжайте!
Но нет.
Дедов на палки, и - вы только представьте…

Сорок миллионов украинцев могут представить, три с половиной миллиона грузин могут представить, два с половиной миллиона молдаван могут представить, миллион двести тысяч чеченцев могут представить, семнадцать миллионов сирийцев могут представить, тридцать миллионов афганцев могут представить - и далее, и далее, и далее, и прочая, и прочая, и прочая - после второй мировой СССР и Россия поучаствовали в 36 войнах, и все на чужой территории - и только жители Прекрасной Светлой России все не могут и не могут себе представить...
Даже и не знаю, как так получается-то.
Магия. Не иначе.

Чтобы понять все это, просто представь

те, что вы - украинец в 2014 году.
Все. Больше ничего не надо.
Ваша георгиевская ленточка, ваш символ победы - стала символом оккупации.
Вы именно с ней пришли других убивать.

Сеанс массовой терапии, сеанс самоличного суда, кода коллективный убийца тоже хочет показать себя жертвой - вот видите, господа присяжные, нам тоже когда-то было плохо. Наше детство тоже было не сахар.
Так, наверное. Другого объяснения у меня нет.

Но ладно хотя бы это. Хотя бы уход от реального в прошлое. Но нет же. Они же еще и прошлое искажают. Принявшие ЛСД шизофреники, ушедшие в свой виртуальный мир, и там принявшие вторую порцию виртуального ЛСД еще раз.
Психошизофрения в кубе.

Освобождение мира от фашизма… Откуда вообще взялась эта формулировка, что Советский союз воевал за свободу? Нет, откуда она взялась, понятно. Но кто её сейчас опять вытащил на поверхность?
За свободу воевала Великобритания. С самого начала, с сентября 1939 года, и до самого конца, по август сорок пятого.
А СССР, по блестящему определению Буковского, воевал за то, какие в мире будут концлагеря - красные или коричневые.
Правда заключается в том, что никого вы не освобождали.
Ваши деды не освободители.
Ваши деды - оккупанты.

Просто они воевали с другими оккупантами и победили их. И завоевали тех, кого должны были завоевать те.
Но никоим образом не освободили.
Через семьдесят лет после двадцатого съезда и через тридцать после открытия архивов писать, что мы сражались за свободу - это надо совсем дурачком быть.

Кого вы освободили, освободители? Западную Украину, которую давили, уничтожали, убивали, заливали кровью до середины пятидесятых?

Я вел расстреливать бандитку.
Она пощады не просила.
Смотрела гордо и сердито.
Платок от боли закусила.

Потом сказала: «Слушай, хлопец,
Я все равно от пули сгину.
Дай перед тем, как будешь хлопать,
Дай поглядеть на Украину".

Освободитель Давид Самойлов, 1946 год.
Её вы освободили? «Бандитку»?

Польшу, которую начали насиловать сразу, как пересекли границу? Потому что буржуи и заграница, а какая именно заграница - да какая разница!
Чехов в шестьдесят восьмом?
Чеченцев в сорок четвертом? Ингушей, крымских татар, эстонцев, латышей, литовцев - которых освобождали аж до семидесятых, последний лесной брат до семидесятых в лесах сидел - молдаван, казахов, крымских татар?
Кого?
Кого вы освободили?
Немцев? Которых сотнями стреляли при побеге от вашей свободы?
Евреев? Которые до самого падения СССР, аж до девяносто первого года, полвека еще после великого освобождения, оставались нацией второго сорта - с официальным ущемлением прав? Которым жить предлагалось в новой черте оседлости, свободном Биробиджане?
Может, казаков, идиоты-потомки которых сейчас ходят с шашками и нагайками и иконами Сталина? Расскажите им про Лиенц и Юденбург. Про Казачий стан и Пятнадцатый казачий кавалерийский корпус. Про то, как англичане в этом самом Лиенце и Юденбурге выдали СМЕРШу и НКВД по их требованию около шестидесяти тысяч казаков вместе с эмигрантами первой волны и казацкими семьями, женщинами и детьми. И как женщины привязывали грудничков к себе и прыгали во время передачи с моста, лишь бы не быть освобожденными. Как освободители расстреливали освобожденных на месте.
Узников Освенцима? Советскую часть из которых просто пересадили в поезда и отвезли в другие лагеря уничтожения, уже в Сибирь? Как и оборудование освобожденного Бухенвальда, которое размонтировали, также перевезли в СССР вслед за эшелонами с освобожденными, там заново смонтировали - и продолжили применять по назначению.

А, может, русских? Может, себя, хотя бы, освободили?
О, да…
Даже если оставить в стороне остальной мир, говорить, что деды принесли свободу своей родине - о, да. Называть сталинский режим 1947 года свободой может только полный идиот.

Ваши деды были оккупантами. Реальность заключается в том, что ваши деды были оккупантами, друзья мои.
Оккупанты сражались против оккупантов - и никак иначе эта война рассматриваться не может.
Да, это не их вина. И обвинять их в этом - быть таким же идиотом, только с противоположным знаком.
Но другим от этого этот факт не становится.
Они сражались за

свою жизнь. Чтобы не быть уничтоженными в газовых камерах.
Но освободителями это их никак не делает.

Ваши деды сражались за то, чтобы посадить мир в красные лагеря. И - посадили. Еще на полвека.
И мой дед - тоже. Да, да, мой дед - тоже. Он и начал-то войну в Халхин-Голе, на чужой земле. Японцев он оттуда прогнал, спору нет. Да только вот говорить, что он принес Монголии свободу в виде укрепления власти маршала Чойболсана и его репрессий - у меня как-то язык не поворачивается.
И сам я - тоже.
Я сам - оккупант.
Я точно так же был солдатом захватнической армии на чужой земле.
Так что и про этот аспект войны мне представлять ничего не надо. Я и его знаю. Я знаю, что это такое, ехать на броне по чужой земле в кирзачах и с автоматом в руках, и видеть на себе ненавидящие взгляды детей с обочины.
А вот вам бы и это не помешало представить.
И именно в этот день.

Но я это - хотя бы понимаю.
А вы все ходите с дедами на палках и рассказываете про освободителей.
Вы всегда - всегда, с самого начала своего существования, во все стороны, хоть в Сибирь, хоть в сторону Европы, хоть к морю - были только оккупантами, и никогда освободителями - и остаетесь оккупантами и по нынешний день.
Вы - страна оккупант.
И когда жители страны оккупанта ходят с портретами солдат армии оккупанта и отмечают это как праздник свободы…
Ладно. Я не психиатр. Это уже не ко мне вопрос.

Но пока вы не поймете этого - и не просто поймете, а не сделаете это своим общественным консенсусом, не озвучите это вслух, не принесете извинений, не принесете репараций, не примете право других на свободу и не поддержите его действенно - вы просто не имеете никакого морального права ничего писать в этот день.
Пока ваши танки стоят на Донбассе, в Самачабло, в Къырым, в Нохчийчоь - вы не имеете никакого права рассказывать, как плохо было вашим дедам и какие ужасы они пережили.
Как можно не чувствовать этого, я не понимаю.
Вот такой вот он, этот ваш День Победы.

В рамках проекта "Журналистика без посредников".
К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать - за текст с парой сотней репостов приходит всего по несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Не сдерживайте себя, братцы.

Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Яндекс-кошелек, номер 410 011 372 145 462
В Сбербанке карта номер 4276 3800 8339 8359
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89

Карта "Приват" для переводов в евро: 5363 5423 0856 3775
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA093052990000026209745712640
ACCOUNT: 5363542308563775
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 400 8867004 01
INTERMEDIARY BANK: Commerzbank AG Frankfurt am Main Germany
SWIFT CODE/BIC: COBADEFF

Долларовая карта "Привата": 5363 5423 0856 3759
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA383052990000026202745693829
ACCOUNT 5363542308563759
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 0011000080
INTERMEDIARY BANK: JP MORGAN CHASE BANK
SWIFT CODE/BIC: CHASUS33

Для переводов из США:
INTERMEDIARY BANKJP MORGAN CHASE BANK
SWIFT: CHASUS33
ABA: 021000021

Журналист Аркадий Бабченко запретил украинскому изданию "Гордон" перепечатывать свои материалы бесплатно.
"Примерно год назад, а может и больше, я дал разрешение сайту "Гордон" использовать мои тексты. Любые. На свой выбор. Все это время сайт "Гордон" БЕСПЛАТНО перепечатывал мои материалы. Мне не жалко. Читайте, люди. С данного момента это разрешение перестает действовать", - написал Бабченко в Facebook.

Пятого июня две тысячи восемнадцатого. Два года назад. Будь как Дедушка Ванга. Опережай тренды! Не имей дела с говном, когда это еще не становится модным.
А помните, как это святое семейство возмущалось - боже, боже, мы так скорбели, так скорбели, а он отказался нам интервью давать.
Ну, теперь, надеюсь, понятно, "как нахуй?"
Доброе утро.

Давайте я вам расскажу, как это работает. Сам персонаж нас не интересует. Его двумя абзацами блестяще охарактеризовал Павел Казарин  - извини, Паш, я это украду:

"Дмитрий Гордон - это имитатор. Он научился ругать что-то абстрактное, чтобы не поссориться с кем-то конкретным. Он успешно притворяется журналистом, хотя единственный его талант - это нравиться гостям. В этом нет ничего сложного, если научиться кивать в кадре. Он научился.
В нем нет никакой самостоятельной ценности. Он живет отраженным светом. Подтверждение этому - все те фото со знаменитостями, которыми он обклеил вход в свою редакцию. Не думаю, что хоть кто-то из его гостей повесил дома фото с самим Гордоном.
Из него бы мог получиться неплохой метрдотель. Подбирал бы столики и меню для посетителей. Раздавал бы комплименты и получал чаевые. Собственно, он и сейчас это делает, но зачем-то называет это журналистикой".

И больше тут добавить нечего. И не зачем. Нас интересует не цвет, консистенция или вкус говна.
Нас интересует, как его используют.

Дмитрий Ильич в своей нескрываемой тяге к элите метрополии очень любит вывешивать фоточки с каким-нибудь Кобзоном и всячески показывать, как он вхож в круги - не знаю, Жванецкого, там - но поверьте мне, в России такого человека просто не существовало. О нем не знал вообще никто. Во всяком случае, три года назад, когда я оттуда уехал, фамилий "Гордон" или "Алеся Бацман" в России не было.
Они не были малоизвестны - их просто не было. Это были исключительно местные селебритис. О существовании которых я узнал только после переезда в Киев. А я все ж таки человек, имеющий какое-никакое отношение к журналистике и находящийся более-менее в теме.
О том, что есть какой-то "Бульвар Гордона", какая-то пирамидка Шинсе, какой-то кабаре-дуэт интервьюеров - несмотря на все старания дуэта за границей Украины их не существовало. Полностью.

Но проходит пару лет. И этот самобытный коллектив все-таки замечают в Большом Останкино.
И Дмитрий Ильич начинает мелькать где-то там в передачах Скабеевой.
Что именно он говорит - совершенно не важно. Пожалуйста, пожалуйста, на росс-тв ты можешь говорить, что Путин не прав и Россия оккупировала Крым, это не имеет значения, палку лишь не перегибай. Главное, чтобы время от времени, поначалу совсем-совсем нечасто, ты предпринимал некие действия или говорил некие слова - либо по собственной интуиции, либо по нашим намекам - которые будут полезны НАМ.
Важен сам факт договороспособного присутствия.
Больше ничего.

Этап мелькания на подмостках барского театра он проходит довольно быстро, после чего на договороспособность этого метрдотеля, наконец, обращают настоящее внимание, и открывают следующую дверку на следующую ступеньку с новыми полками вкусных конфеток.

Вы же понимаете, что там никто никому не платит?  Нет такого - вот тебе двадцать тысяч, сделай интервью с Паниным, а вот тебе сто тысяч - сделай интервью с Поклонской. О деньгах там вообще речи не идет. Это даже как-то неприлично.
Там платят другим.
Возможностями.
Возможностями входа в новые круги. Возможностями получения новой аудитории. Возможностями выхода на новый уровень. Получения новых контрактов. Доступа к покупке новых бизнесов.
Эти возможности надо угадывать. Карабканье к информационным вершинам  метрополии - это такой квест. Где надо отгадывать, какую кнопку нажимать. И если ты нажимаешь правильную кнопку - тебе открывается следующий уровень.

Дмитрий Ильич нажимал правильные кнопки, и следующий уровень ему открылся в интервью с Дудем. Нет-нет, не он брал интервью у Дудя. Дудь брал интервью у него.
Оставим в стороне сейчас сам взлет спортивного журналиста до иконы журналистики на интервью уровня «Иван Дорн сказал каку» - ок, пусть будет даже так.
Но когда икона, божество новой российской журналистики с невероятными миллионами просмотров в одно прекрасное утро встает и говорит: «Так, срочно, мотоциклеты с колясками, два билета в Вену на сегодняшний рейс - я лечу делать интервью с главным редактором журнала «Бульвар Гордона», самого продаваемого СМИ на Позняках!» - ох, блять, ну вы мне-то только сказки не рассказывайте

Когда я вижу эту сценку - я очень сильно смеюсь.
Нет, ну, правда. Это безумно смешно.

Не менее смешно, как количество просмотров. У «Литл Биг» с песней, с которой она хотела выступать на Евровидение, было на канале Урганта что-то там в районе тридцати миллионов просмотров, а у интервью с главредом «Бульвар Гордона» - пятнадцать.
Пятнадцать миллионов просмотров.
Ну, да, ну да. Все именно так и обстоит.
Молодая аудитория Дудя бросила все и побежала обсуждать какого-то мужика с пирамидками из Киева и шоу Скабеевой.
Многие верят.
Да.

Кто там кого чем заинтересовал, кто там кому что заплатил, или попросил, или намекнул - свечку не держал, не знаю, но факт остается фактом - дверка на новый уровень волшебного сада открылась.
«Новые деньги, новая слава, вот оно счастье, правда, Забава?» (с)
Выход на следующий уровень состоялся.

Чтоб два раза не вставать - унылее было только интервью Собчак с Шарием. Там вообще «Оскар». Молодая миллиардерша, ныне покупающая крабовый бизнес, ведущая не просто самого дорогого телеканала империи, а канала, являющегося ветвью политической власти, едет в Нидерланды, чтобы взять интервью у выгнанного с Шулявки блогера. Ну, вы понимаете, что все эти шовинистические сравнения я привожу исключительно с точки зрения мировоззрения богоподобных жителей метрополии. Лично я-то считаю, что лучше Киева города вообще не существует.
Вот во время этого интервью мне Ксению Анатольевну реально было жалко. Какая каренинская мУка на лице. Какая тоска в глазах затягивает бездной: «Блядь, за что мне это, почему я, светская львица, дочь губернатора и сенатора, крестница императора, владелица ресторанов и крабов, должна сидеть, блядь, в этой деревне, и слушать всю эту хуйню про Макдональдс на Малой Житомирской, и кивать, и делать вид что мне интересно, о, боги, боги…»
Кстати, в этом случае, говорят, персонаж настолько примитивен, что ему-то как раз платят деньгами. Эта лямка по втягиванию нового лица в украинскую политику повешена на одного там любителя яиц фаберже . Но это все слухи, одна бабка сказала, поэтому тоже обсуждать не будем.  

Но открывшаяся новая дверка - это не только конфетки. Это теперь и твой ответный шаг. Причем на каждой новой ступеньке каждый ответный шаг должен быть более весомым, чем прежний. Тут интервью с зоофилом уже не прокатит. На этой ступеньке уже должны быть серьезные вещи.
И из рукава достается полоумная прокурорша, в Государственной думе замироточившая от Николая второго.

В этом случае так же совершенно неважно, что именно она говорит. Те, кто осилил все два с половиной час её интервью - искренне не понимаю, зачем - говорят, что ничего не говорит.
Важен сам факт её присутствия в украинском информационном поле.
Чтобы вот так вот, по шажочкам, по шмалечкам, Россия опять вползала в украинскую орбиту.
Если открыть канал Гордона, там уже - Поклонская, Коржаков, Венедиктов, Кох, Невзоров, Познер, какой-то осетинский прокурор - и так уже неплохая линейка моделей, согласитесь.
Илья Хржановский уже строит «Бабий Яр».
Люба Успенская пляшет во дворце спорта.
И начальник таможни ходит в принадлежащий москвичу, компаньону Светлакова, ресторан на набережной. А в нем уже просто потоком выступает вся московские путинские поющие трусы.  
А в Одессе въезд в город расскрашивают в георгиевскую ленточку.
И в Славянске флаг воинам-освободителям красят в красный цвет.
Офигеть, как басню за год изменили, ага?

Эх, жаль, Моторола не дожил.
Уверен, он был бы следующим на интервью.

К чему я все это говорю? Да, собственно, и ни к чему. Просто так. Чтоб вы понимали. Что это - исключительно технология. И как она работает. Я много-много раз уже это видел. Как люди, по ноготочку, по шажочку, между веточек, ползочком-ползочком на брюшке - в переползали на ту сторону полностью.
Книгу напишу. "Жизнь и приключения метрдотеля из Лиенца, описанные пирамидкой Шинсе"
Просто это надо понимать, мне кажется.
И, может быть когда-нибудь, в новой Украине Пороха зачеркнуто будущего это уже будет осознано на государственном уровне и способ борьбы со всем этим дерьмом будет, наконец, найден.

В рамках проекта

"Журналистика без посредников".
К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать - за текст с парой сотней репостов приходит всего по несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Не сдерживайте себя, братцы.

Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Яндекс-кошелек, номер 410 011 372 145 462
В Сбербанке карта номер 4276 3800 8339 8359
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89

Карта "Приват" для переводов в евро: 5363 5423 0856 3775
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA093052990000026209745712640
ACCOUNT: 5363542308563775
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 400 8867004 01
INTERMEDIARY BANK: Commerzbank AG Frankfurt am Main Germany
SWIFT CODE/BIC: COBADEFF

Долларовая карта "Привата": 5363 5423 0856 3759
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA383052990000026202745693829
ACCOUNT 5363542308563759
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 0011000080
INTERMEDIARY BANK: JP MORGAN CHASE BANK
SWIFT CODE/BIC: CHASUS33

Для переводов из США:
INTERMEDIARY BANKJP MORGAN CHASE BANK
SWIFT: CHASUS33
ABA: 021000021

Как деды воевали. Мстислав Иванов, разведчик, более года непрерывно воевал на фронте в разведроте 303-й стрелковой дивизии, и сумел выжить, что само по себе уникально в пехоте за такой срок, принял участие в сотнях боев, подтвержденных документами, уничтожил многие десятки немецких солдат и взял большое число пленных. Кавалер ордена Славы трех степеней, двух Красной звезды. Умер в 2014-м в возрасте 90 лет.

"Дело было в Словакии на реке Грон. Зимой мы там стояли в обороне. Река не широкая, но с очень быстрым течением, поскольку стекает с гор. Мы ее Гроб прозвали - уж больно много разведчиков погибло. Незадолго до того у нас сменился командир роты. Дело было так. Разведчик, хороший парень, вернулся с задания. Выполнить его не получилось - это же не свинью украсть, а человека, который ждет, что его украдут, да еще и вооружен до зубов. Командир (роты) на него: "Знаешь, что невыполнение задания карается смертью!" Вытащил пистолет и шлепнул его (разведчика). А потом исчез, и присылают нам другого командира роты Военкова. Мы не можем понять, куда тот-то (убийца) девался. Вскоре всех офицеров дивизии и разведроту вызвали в одно место. Мы на коней и туда. Выстроились полукругом. Смотрим, ведут нашего командира. Приговор. "По изменнику Родины - огонь!" Почему он этого парня застрелил? Может тот что-то знал про него... Но это уже догадки. Так вот оборона проходила по реке. Она замерзла с берегов, а по середине, где стремнина, она не замерзала. Чтобы переправляться на тот берег делали так. В первую ночь переправлялись с бечевкой, потом подтаскивали стальной трос и закрепляли его, но не натягивали. На следующую ночь на лодке по тросу перебирались на ту сторону. В середине декабря выпало мне плыть с бечевкой. В этом месте уже было несколько неудачных попыток переправить трос. Я начальнику разведки (дивизии) говорю: "Невозможно в этом месте трос переправить - сильное течение". - "Вы врете! Вы специально не переправляете трос, чтобы не идти на ту сторону!". Я пошел. Мне придали сапера. Разделся до гимнастерки. Сапоги, галифе, граната, нож и пистолет за пазухой. Обвязали веревкой и я пополз по наледи. Около воды она провалилась и я поплыл на ту сторону. Подплыл, а выбраться не могу - лед ломается, меня потащило. Меня тащило вдоль кромки льда, пока веревка не кончилась и на натянулась. Потянуло меня к нашему берегу и под лед... Хорошо, что сапер подбежал, пробил ногами лед и я вынырнул. Кое-как вылез, мокрый, замерзший. Пришел в штаб. Начальник разведки: "Ты, бля, специально! Не выполнил задание!" Я начал возражать. Он за пистолет. Думаю: "Сдуру шлепнет меня как того парня". У меня пистолет за пазухой. Я его опередил и ухлопал. Пошел в деревню, где мы стояли. До нее километра три. Мне говорят: "Бери телогрейку. Тебе бежать надо". - я отмахнулся - "Не надо". Думаю: "Все равно мне кранты". Пришел в деревню весь обледеневший. Забрался на печку и уснул. Утром просыпаюсь, смотрю в избе два автоматчика. Не будят меня: "Чего вы?" - "Командир дивизии Федоровский вызывает". Ну понятно чего...

Пришел. Командир на меня: "Ты чего же твою мать натворил?" - "А чего?! Вы тот случай помните? Он за пистолет схватился, и чего я буду ждать?" - Он промолчал. - "Иди. Скоро приедет военный трибунал будет тебя судить". Ну а чего там судить - расстреляют и все. В штрафную из разведки не посылали - мы сами со штрафных набирали. Сняли с меня ремень, посадили. Сижу. Жду. А тут языка вот так нужно, а взять не могут. Комдив вызывает: "Слушай, давай ты мне языка, а я тебе жизнь. Я тебя из-под стражи освобождаю, бери кого хочешь, сколько хочешь, наблюдай сколько надо, но языка возьми. Соседи взять не могут, мы не можем. Выручай". Я пришел к своим. Ребята: "Ты чего?" "Так и так. Кто со мной?" Многие конечно захотели, но я отобрал двух самых надежных ребят. Один пойдет со мной на захват, а один останется на лодке. У немцев оборона была построена так - там где трос можно переправить, там оборона такая, что не пролезешь, а там где пролезть можно - там стремнина. Я решил переправиться там где это возможно, потом по наледи под берегом проползти в то место где оборона слабе

е и проникнуть в тыл. Так же накануне трос переправили, а на вторую ночь пошли. Переправились, проползли по наледи, пробрались между ними и зашли в деревню. Пронаблюдали где у них штаб и решили ждать. Выходят офицер с портфелем и два автоматчика. Значит важная персона. Тихо не возьмешь - автоматчиков два и нас двое. Мы открыли огонь. Автоматчиков прикончили, и впопыхах ранили офицера в ногу. Офицер хороший попался.

Кое-как подобрались к речке. На лодку положили, переправились. Сил уже никаких не было. Еле-еле добрались. Доложил Федоровскому:
- Задание выполнено.
- Ты убит на этом задании.
- Как убит?! Я же живой?!
- Доложу, что тебя убило. Отбрешусь, что заставил тебя срочно взять "языка", а ты иди в свою роту, отдыхай.
Ивановых много на белом свете. Он меня вычеркнул из списка. И тут же, как вновь прибывшего, зачислил.

Чуть позже мы корректировали огонь эрэсов. С дороги то не разбежишься - снег. Много там их положили, с удовольствием уничтожали. Когда я получил письмо от матери, что убили отца, то тоже страшная злость назрела. Стал зверем.

Был у нас случай, который разбирали особисты. Командиром взвода у нас был Кузнецов Иван Иванович - отличный мужик. Стояли мы недалеко от передовой. Из соседней дивизии приехал к нему командир взвода разведки с двумя разведчиками. Он пошел в хату с Иваном Ивановичем, беседовали вдвоем. Разведчики остались снаружи. Вдруг из хаты этот командир взвода выскакивает, в руке автомат. Бежит. Мы смотрим - чего он бежит?! За ним с пистолетом выскакивает Иван Иванович: "Ах, ты предатель! Подлюка!" Тот оборачивается - и автоматную очередь ему под ноги. Пуля рикошетом попадает Ивану Ивановичу в голову. Я этого взводного догнал... сначала бил прикладом немецкого автомата, так, что он согнулся, потом дострелил его. А это почти на передовой, немцы нас видят, но не стреляют. Видать им интересно, как мы друг друга перестреляем. Два разведчика, что с ним были забежали в огромную лужу и стоят. Мы им говорим: "Идите сюда. Мы вас не тронем". Они отказываются. Потом и их из автоматов постреляли... Уже были все обозленные, как же так такого парня...настоящего разведчика убили... Эти двое не за что погибли... Потом командование выясняло, в чем дело. Я все рассказал. И из их дивизии приезжали сказали: "Правильно сделали"... и все. Ивана Ивановича довезли до госпиталя, во время операции он умер".

О... Узнаю родную непобедимую. Вот прям просто один в один мой полк в Моздоке в 96-ом. Полвека прошло, а ничего не изменилось. Все то же оскотинивание, расчеловечивание, рабство и убийства.
В то, что здесь написано, я верю безоговорочно. До единого слова. Я СЛУЖИЛ ИМЕННО В ТАКОЙ АРМИИ.
Разведрота как-то перепилась в казарме, а по плацу шел Чак - начштаба полковник Пилипчук, скотина и сволочь, такой же пьяный. Боксер его заметил. Взял автомат с ПБС: О, ща Чака пристрелю. И выстрелил. Пуля чиркнула тому между ног и ушла в небо. Чак был пьяный, ничего не заметил. Я рядом стоял, смотрел - все на моих глазах было.
Потом Чак разбил об мою голову "тетрис" в каптерке.
Потом Саид зарядил холостым, вставил в ствол шомпол и сказал: "Длинный, вытяни руку". Я отказался. Шомпол сантиметров на двадцать ушел в стену. Потом мной выбили оконную раму в туалете на втором этаже, я чудом зацепился, не выпал на улицу, и валяясь в кровавой юшке, смотрел, как Саид стряхивает на меня пепел, говоря: "А давайте его выебем", а рядом со мной упал длинный, изогнутый, как сабля, метровый осколок стекла, и я зажал его в рукаве кителя, встал и сказал: "Ну, давай. Подходи". Красивая сцена была бы для кино, кстати. Как командир разведроты Еланский после двух контузий перестал говорить, а только пил и стрелял и пиздил людей так, что разбивал об них приклады. Как за месяц из части вывезли три, что ли, трупа. Как пополнение бежало в степь в ту же ночь, прямо с кроватей, в одних кальсонах, и на утро не оставалось ни одного человека.
Как по селу из АГСов херачили, как Шиш расстрелял пленного на дамбе в Черноречье, как мужика привязали к дереву на сутки, как женщину, пришедшую искать своего сына, комбат посадил в яму в Аргуне, как двух алкашей из противотан

кового взвода к дыбе привязали и всю ночь валдохали, а утром выкинули за ворота, как комбат Олегу ухо оторвал, как водитель медицинской таблетки, не помню уже фамилии, в очках, интеллигентный мужик такой был, как ни странно, лет под сорок, стрелял в избившего его начмеда, и его кинули в сортирную яму с говном и кидали туда потом корки хлеба, кунг ФСБ в Ханкале с нарисованной на борту свастикой и названием "Мерседес", откуда раздавались крики "инфильтрованных лиц".
Что эта непобедимая рабоче-крестьянская творила и творит в Донецке на подвалах - это вы уже и без меня знаете.
В этой стране никогда ничего не меняется. Никогда. Ничего.
Да и вообще, я знаю, как быстро люди теряют человеческий облик во время войны.
Поэтому когда мне рассказывают про богатырей не нас, освободителей, с доброй улыбкой, мозолистыми руками и сердцем великана, отдающих последнее освобожденным немецким женщинам и детям, я, конечно, киваю, и молча отхожу в сторону.
Ватникам, которые прибегут сюда рассказывать, что вы все врети - это не какая-нибудь там предательница Алексиевич со своими поклепами про то, как пытали пленных шомполами и всем партизанским отрядом насиловали шестнадцатилетнюю девочку-еврейку, а когда она забеременела "отвели е в кустики и пристрелили, как собачку". Это рассказ с вашего любимого сайта "Я помню", записан вашим гуру Артемом Драбкиным.
Привет.

Смотрите, какое дело. Тут джентлмены сериал сняли. Про войну. "Точка Нуль". Как оно было. Сняли ветеранскими силами. Играют ветераны. По реальным ветеранским воспоминаниям. На свои собственные ветеранские средства. При поддержке Veterano Group и Леонид Остальцев. Я посмотрел первую серию, и хочу сказать, что мне очень зашло. Красивые голливудские взрывы в фильмах про войну меня всегда расстраивали. Здесь их не будет. А Сергей Сергеевич и Александр Матяш оказались еще и отличными актерами. Сайгон вообще настолько же органичен в кадре, как и на бумаге. Военкорр Андрій Стельмах играет практически самого себя - журналиста, впервые попавшего на войну.
Фильм про смешное и страшное. Про жизнь и смерть. И как оно бывает. С юмором и байками как раз в стиле Сайгона.
Подписывайтесь вот на этот ютуб канал, где в скором времени будет выложена первая серия.
Ваша подписка - ваша поддержка.
Ждите выхода.
Крайне рекомендую.

https://www.youtube.com/watch?v=B2IzbkeOPKc&feature=youtu.be&fbclid=IwAR1P8rsEgqhg8bsiq50bs0LimrejEZowMVxyxteIm3q1v1NWSRY_8XoDZa0

О. Как на подбор текст. Ну вот прям как по заказу.

Димедрол - это был главный дембель в роте разведки. Огромный амбал с совершенно заклинившей после войны башкой. О нем всегда говорили с придыханием. Как, наверное, пережившие нашествие викингов монахи Нормандии говорили потом о Сатане. Так, как пиздил духов Димедрол, в полку, насколько я мог судить, духов не пиздил никто.
Димедрола я не видел ни разу в жизни. И считаю это главным везением в своей судьбе.
Тимоха, например, с которым я прослужил бок о бок несколько месяцев, повышибал мне зубы. Просто так. Ни за что. Я на тумбочке стоял, он, обдолбанный героином, проходил мимо, ударил с локтя - я крошки зубов выплюнул на ладонь, зачем-то протянул ему. "У тебя кальция не хватает, витаминов попей" - пробурчал Тимоха.
Боксер пиздил нас, как только мог. Это он научил меня приседать триста шестьдесят раз. Когда тебя, московского интеллигентного мальчика, только-только из-под маминой юбки, пиздит подкованным берцем раскачанный кандидат в мастера спорта по боксу - это удивительно влияет на твои физические способности. Я вот совсем не думал, что на протяжении четырех часов подряд могу без остановки приседать и отжиматься. Оказалось - могу.
Как вбивают советскую армейскую пуговицу дужкой в грудину - я это видел.
Потом я устраивался охранником в "Ментатеп" - да, к Платону Лебедеву - и это преподанное Боксером знание мне очень пригодилось на экзамене по спорту.
Потом Боксер стрелял в Чака - нашего начальника штаба, конченного ублюдка, который пиздил солдат направо и налево - и не попал. Они оба были совершенно пьяные - а Боксер еще и обдолбанный - и один не попал, а второй просто не заметил, как пуля чиркнула у него между ног по асфальту плаца и ушла в небо. Я все это описал в "Моздок-7".
Потом он же, уже в Чечне, под Ачхой-Мартаном, посылал меня на минное поле за анашой. Я не пошел.
Потом я на "Одноклассниках" нашел Еланского - командира роты разведки. Еланский, говорят, раньше был неплохим мужиком. Родом из Грозного. Бежал оттуда с семьей в Моздок. Поступил в армию - мстить. Потом под Бамутом - тот штурм, который был в марте - у него погибли люди. А потом контузило и его самого. А потом и еще раз.
После этого Еланский перестал разговаривать. Только бухал, стрелял в потолок в каптерке и все приказания отдавал исключительно пиздюлями. Стоишь на тумбочке, и по тональности выстрела понимаешь - Еланский зовет. Срываешься, забегаешь в каптерку, получаешь прикладом в лоб, и сразу все ясно - надо принести еще пузырь водки с "Кирзача" и котлет из столовой летчиков на закуску. Психоаналитикам, я думаю, это было бы чертовски интересно - передача и принятие субъектами мысленного импульса без слов посредством приклада автомата.
Такая второстепенная фигня, как слова, людям, оказывается, не очень и нужна. Все можно объяснить прикладом. Сразу понятно!
Еланского, лет через десять после войны я нашел на "Одноклассниках". Специально искал. В личном сообщении спросил, перестал ли он пиздить солдат, после того, как я уехал. Но Сергей ответил, что "одни воюют, а другие поливают армию говном", и забанил меня.
Потом был Саид. Ублюдок, вернувшийся из госпиталя, где он валялся четыре месяца после ранения осколком в лодыжку. Как раз в том самом штурме Бамута.
Саид, пожалуй, был единственным садистом, которому доставляло удовольствие именно пиздить. И издеваться. После того, как он зарядил холостым, вставил в ствол шомпол и сказал мне: "Длинный, вытяни руку" - я не вытянул, естественно - и чуть не пригвоздил мне ладонь к стене в сортире - после этого Саид захотел опустить меня. К тому моменту я уже валялся на полу в своих соплях и кровавой юшке. Пиздили. Вдесятером, что ли.
Тогда я взял кусок оконного стекла, которое они выбили мной вместе с рамой - повезло, свалился не наружу, а внутрь, не выпал из окна - длинный такой кусок, с загибом, похожим на саблю, его блеск в лунном моздокском свете я помню до сих пор - обмотал ладонь рукавом кителя, зажал эту саблю, и, так все еще лежа в своей же юшке, сказал: "давай". Терять мне тогда уже было нечего. Вариантов не было.

Саид отступил. Отмазался. Типа - марганцовки нету, не будем чумохода опускать. Пепел с сигареты мне на лицо стряхнул только.
Я не знаю, сколько раз за четыре месяца службы в Моздоке меня избивали.  Счет идет на сотни. Первую Чечню я вспоминаю не как войну, а как концлагерь. Если за день пиздюлей десять раз не получил - день прошел зазря. Дышать и жевать было больно всегда.
Потом я дембельнулся.
Потом была Вторая Чечня.
Меня не убили, не сделали инвалидом, я не спился, сумел зацепиться за жизнь, создал семью, родил ребенка, нашел тему своей жизни и стал полноправным членом этого общества. Пусть и жующего и в массе своей не думающего общества - но могло бы не быть и этого. Хотя, честно говоря, я и не думал, что получится.
Короче, за прошедшие восемнадцать лет у меня была масса везений.
Но одним из главных везений в своей жизни я до сих пор считаю все же тот факт, что я приехал в Моздок-7 уже после того, как Димедрол уволился.

В две тысячи тринадцатом написано. Фейсбук вот сейчас напоминает. Эта страна никогда не меняется. И не изменится. Это рассказывают и те, кто вернулся с подвалов, и я про девяносто шестой, и разведчик Мстислав Иванов про сорок третий, и, был бы жив Тарас Григорьевич - он бы и про свою службу в Оренбурге в пятидесятых девятнадцатого века, думаю, примерно это же мог рассказать.
Расчеловечивание, оскотинивание, зверство и смерть, смерть, смерть.
Пока этот Карфаген существует, в нем будет только все то же самое.
Хорошо, что в Украине выбрали власть, которая хочет штыки в землю и браться на фронте, правда?

В рамках проекта "Журналистика без посредников".
К сожалению, каждый раз я вынужден напоминать - за текст с парой сотней репостов приходит всего по несколько переводов. Возможно, каждый думает, что и без него уже неплохо перевели. Но нет. Голодные дети плачут, папка, дай макаронинку.
Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.
Не сдерживайте себя, братцы.

Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Яндекс-кошелек, номер 410 011 372 145 462
В Сбербанке карта номер 4276 3800 8339 8359
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89

Карта "Приват" для переводов в евро: 5363 5423 0856 3775
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA093052990000026209745712640
ACCOUNT: 5363542308563775
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 400 8867004 01
INTERMEDIARY BANK: Commerzbank AG Frankfurt am Main Germany
SWIFT CODE/BIC: COBADEFF

Долларовая карта "Привата": 5363 5423 0856 3759
BENEFICIARY: BABCHENKO ARKADIY, index 01001, Ukraine,city Kyiv,street Yevhena Sverstiuka,building 52,Housing V,flat 94
IBAN - UA383052990000026202745693829
ACCOUNT 5363542308563759
BANK OF BENEFICIARY: PRIVATBANK, 1D HRUSHEVSKOHO STR., KYIV, 01001, UKRAINE
SWIFT CODE/BIC: PBANUA2X
CORRESPONDENT ACCOUNT: 0011000080
INTERMEDIARY BANK: JP MORGAN CHASE BANK
SWIFT CODE/BIC: CHASUS33

Для переводов из США:
INTERMEDIARY BANKJP MORGAN CHASE BANK
SWIFT: CHASUS33
ABA: 021000021

Уточненная версия