В Москве нагло и беспардонно уничтожают целый квартал старого города на Садовнической улице. Уникальный район города, практически остров, с уютными дворами и почти безлюдный. Ещё пару лет назад там можно было схватить ощущение позапрошлого века.

Увы, сейчас Садовническую ломают при полном попустительстве компетентных органов. Вот сюда нужно направлять полки ОМОНа и Росгвардии.

Напомним, что напротив Кремля уже полно новоделов, в прошлом году уничтожили почти всю старую застройку Софийской набережной, на самой Садовнической варварски «воссозданы» дома Приваловых. Если такая политика продолжится, Кремль будет сиять в гордом окружении возведённых в XXI веке коробок. Бабло побеждает добро — участок продали за 2 с небольшим миллиарда, а недвижимости построят на 10.

Проект Slum Clearance, Нью-Йорк, 1942 год. Отмахиваешься от мысли, что это набор коробок для современного российского города.

В пятницу вечером хочется немного поэкспериментировать с контентом.

Несколько лет назад один из админов имел очень скромное отношение к производству авторской аудио-передачи про рок-музыку. Хотим предложить вам послушать (лучше это делать в наушниках или через колонки). Пишите в фидбек ваше впечатление. Если зайдёт, то рубрика может стать постоянной.

Оценим реставрацию старинного дома в Тбилиси.

В Свирске Иркутской области решили провести граффити-фестиваль. Получилось...муниципально. Как вам такие работы?

Вот какие мы с вами молодцы — выбираем вместо секса день в Торжке, и городу сразу дают 2 миллиарда на реставрацию! До 2025 года приведут в порядок центр.

Известный архитектор Рихард Нойтра в середине XX века много работал в США. Он вырос в Австро-Венгрии с ее пышным и кремовым венским сецессионом. Нойтра наследовал идеи Фрейда о том, что в основе невроза лежит сексуальная неудовлетворённость. Поэтому он строил для американской богемы дома, владельцам которых обещал повышение либидо и прилив творческой энергии. Вот главная зала одного из особняков. Было ли бы вам комфортно в таком помещении?

Исследователь Ричард Уильямс написал книгу «Секс и здания». Он долго путешествовал по миру в поисках места, где сексуальный потенциал человека раскрывается наиболее полно. И в итоге выбрал Бразилиа, идеальный город, построенный Нимейером.

Интересно, что Уильямс ненавидел родной Эдинбург, викторианскую архитектуру и обличает места, где прошло его детство: «Морнингсайд — это воплощение пристойности в архитектурной форме. Эта респектабельность привлекла меня в момент принятия решения о покупке квартиры. Но после нескольких лет жизни там она же ввергла меня в скуку. А затем обстановка стала откровенно угнетать. Эти здания олицетворяют сублимированную социальную жизнь со скудным эмоциональным резервом и верностью своим обязательствам». Вот так вот.

В Москве есть заброшенный вестибюль станции метро. «Первомайская» (не сегодняшняя) работала с 1954 по 1961-й, потом там располагался актовый зал метродепо, потом цех подъемочного ремонта и обточки колесных пар.

​​110 лет сегодня исполняется со дня рождения великого русского архитектора Леонида Николаевича Павлова.

Начав свой путь в иконописной школе во Мстере, он поступил на Единый художественный рабфак, затем пошел во ВХУТЕМАС, где проникся идеями авангарда и подружился в Иваном Леонидовым, и в конце концов получил классическое образование у Щусева и Жолтовского в Академии архитектуры.

Его замыслы начали реализовываться в начале 30-х и не прекращали до самой смерти в 1990 году. Одно здание было достроено уже после нее. Ни внезапное освоение классического наследия, ни борьба с излишествами не остановили его. Он выстоял и подарил Москве больше полусотни великолепных зданий.

Хотя Павлов знаменит не благодаря проектам жилых домов, они составляют значительную долю в списке его реализованных проектов. Возле метро «Университет» стоит его дом для научных работников. У него есть брат-близнец чуть левее за театром Сац.

Главное, чем прославился Леонид Павлов — дома не для людей, но для машин. В середине 60-х ему доверили проектировать здания для первых вычислительных центров в СССР. Многие слышали о «доме с ухом» Павлова на Профсоюзной — он состоит из трех квадратных пластин разного размера и толщины: в первой должны были сидеть люди, во второй установлены компьютеры, а третья небольшая — для ленты Мёбиуса, созданной художниками Виктором Васильцовым и Элеонорой Жареновой.

Еще одна важная работа, доверенная в середине 60-х мастерской Леонида Павлова — проектирование инфраструктуры для обслуживания легковых малолитражных автомобилей. В ближайшее время планировался запуск производства «Жигулей» на ВАЗе, так что первым делом Павлов взялся за проектирования показательной станции технического обслуживания и продажи этих автомобилей на пересечении МКАДа с Варшавским шоссе.

Колоссальных размеров абстрактная композиция, состоящая из горизонтальной пластины с гаражом и мастерскими для обслуживания автомобилей и возвышающегося над ней треугольного объема с залом для их продажи. Из зала автомобили выезжали на улицу по огромному спиральному пандусу, расположенному в центре. Всего подобных станций в Москве должно было быть шесть.

https://www.instagram.com/p/Bxi3UY6nYMZ/?igshid=btbrko9meevm

Многие знают здание вычислительного центра Госплана, построенное по проекту Павлова на проспекте Сахарова, но вот о существовании его «копии» в Головинском районе известно лишь редким ценителям. Это бывший научно-технический информационный центр, после ремонта он потерял оригинальный рисунок остекления.

Павлов с нами!

​​«В конце жизни я построил Парфенон» — говорил Павлов о проекте мемориального музея Ленина в Горках. В самом деле, используя мотивы древнерусской и древнеегипетской храмовой архитектуры, Павлов создал заупокойный храм, ставший символическим надгробием для давно мертвых идей «ленинизма». Спустя 4 год после завершения строительства здания распался Советский Союз.

О том, как Павлов шел к этому проекту и почему спустя 30 лет музей Ленина все еще стоит поездки в Горки:
https://archi.ru/russia/76012/muzei-lenina-v-gorkakh