22 августа 1905 года в Казани скончался Генрих-Якоб Бернардович Руш. Сегодня ровно 115 лет.

Прекрасный архитектор, он подарил Казани много красивых памятников. Вспомним некоторые:
— Чернояровский пассаж и Александровский пассаж на Воскресенской,
— Дом Шамиля и дом Юнусова на улице Тукая,
— часовню Адмиралтейской больницы,
— железнодорожный вокзал,
— здания ветеринарного института на Арском поле.

Дом на стрелке Большой и Малой Лядских улиц (ныне Горького и Галактионова) стал последним проектом Генриха Бернардовича. Он успел закончить строительство и преставился по причине воспаления легких.

Заказчиком был купец Леонтий Владимирович из известной семьи Кекиных.
Здесь размещались частная женская гимназия Ряхиной и гимназия Педагогическаго общества для распространенiя грамотности и первоначальнаго образованiя, также заседало правление Казанскаго округа путѣй сообщенiя. После 1917 года дом был отобран, какое-то время здесь заседали советские конторы, потом были общежитие и коммуналки.

Казань, было — стало.

Сегодня 29 лет, как в Москве был снесен памятник Дзержинскому на Лубянке (тогда она называлась площадью Дзержинского). Дата не круглая, но весьма актуальная, учитывая события в Минске, которые напоминают август 1991 года.

Снос Железного Феликса стал одним из главных символов крушения СССР. Через четыре месяца страна прекратила существование.

Фигуру ваял прекрасный скульптор Евгений Викторович Вучетич. Вы его знаете по Воину-освободителю в Трептов-парке и Родине-матери в Волгограде. Ее установили к 40-й годовщине ВЧК-КГБ, 20 декабря 1958 года.

22 августа 1991 года власть в стране рухнула. Делать можно было все что угодно. На Лубянке собралась большая заведенная толпа. Хотели штурмовать то ли здание ЦК КПСС, то ли КГБ СССР. Но потом решили повалить Дзержинского. Благодаря срочному постановлению Моссовета о демонтаже памятник сняли, а не повалили, и увезли к Новой Третьяковке, где он стоит по сей день. С тех пор были попытки вернуть Феликса обратно. Надеемся, что он не вернется.

Москва, было — стало.

Сейчас в этом доме на углу Большой Лядской (ныне Горького) и Гоголя средняя школа №3. Но и при царях его чаще всего занимали учебные (хотя не только учебные) заведения. В основном школы и гимназии.

Архитектор неизвестен. Пишут, что домом занимался Петр Григорьевич Пятницкий (но подтверждений этому пока не нашел).

Когда-то он выглядел по-другому. Даже по фото видно, что третий этаж надстроен, да и по фасаду заметно, что его сильно расширили поздними перестройками.

Сохранились четыре имени владельцев:
Дмитрий Исаевич Мозалевский. При нем и был построен в 1850-х годах;
Иван Павлович Умов;
немецкая семья Вагнеров;
последний хозяин — Николай Федорович Грибовский.

Когда-то часть его занимала художественная школа. Пока ее директор Карл Людвигович Мюфке в 1904 году не построил новое красивейшее здание на Грузинской улице.

Была здесь третья женская гимназия, учрежденная Александрой Ивановной Котовой. Еще раньше — женская прогимназия Софии Федоровны Вагнер.

Мы сюда еще вернемся...

Казань, было — стало.

Газета «Вечерняя Казань» сообщает, что в комиссию по топонимике Казани поступило коллективное заявление о переименовании улицы 2-я Газовая в улицу Айрата Хайруллина, депутата Государственной Думы, разбившегося в авиакатастрофе в январе этого года.

В России только что запретили движение АУЕ, а в Татарстане может появиться улица в память об одном из активных участников этого движения в Казани.

Айрат Назипович своего прошлого никогда не скрывал, равно как не скрывали его коллеги по депутатскому цеху. Многим известно, что он начинал карьеру  в молодежной ОПГ «Газовая — Халева» и свой бизнес построил по линии ОПГ. Получается, его именем могут назвать одну из улиц, «с которой» он был.

Теперь о названии улицы Газовой. Это старинный казанский топоним, которому почти полтора века. Улица названа от Казанского газового завода, который стоял с начала 1870-х годов на берегу не существующего ныне Аметьевского озера. Завод снабжал газом городские фонари уличного освещения и дома.

Хайруллин сделал много больших дел и, наверное, заслуживает улицы. Но неужели нельзя подождать с переименованием несколько лет? Неужели обязательно называть его именем старинную улицу в историческом центре?

Тем более что после истории с улицей Эсперанто в Казани наложен негласный запрет на переименование улиц.

Недавно мы вспоминали дом Кекина, который в начале прошлого века был одним из крупных казанских доходных домов.

Интересно посмотреть на его обитателей более 100 лет назад. Кроме уже упоминавшихся: гимназіи Педагогическаго общества для распространенiя грамотности и первоначальнаго образованiя и правления Казанскаго округа путѣй сообщенiя. Поизучаем вывески.

На втором этаже размещалась 4-я женская гимназия В.А. Ряхиной. На первом — писчебумажный и книжный магазин П.В. Шаталова; винно-бакалейная торговля Агафона Васильевича Афанасьева; магазин одежды П.Г. Максимова; игольно-галантерейный магазин М.Р. Тухватуллина; Казанская библиотека.

К сожалению, сейчас дом Кекина почти пустой.

Обе фотографии сделаны с одной точки. Казань, было — стало.

Муса Джалиль. День памяти.

25 августа 1944 года в берлинской тюрьме Плётцензее по обвинению в измене казнили 11 членов легиона «Идель-Урал» — подразделения, созданного гитлеровцами из советских военнопленных, прежде всего, татар.
Одиннадцать приговоренных к смерти были активом подпольной антифашистской организации, сумевшей разложить легион изнутри и сорвать немецкие планы.
Пятым, в 12:18, расстался с жизнью писатель Муса Гумеров. Под этим именем погиб Муса Мустафович Залилов, он же Муса Джалиль, поэт, главные стихи которого стали известны миру спустя полтора десятилетия после его гибели.

1. Муса Джалиль перед отправкой на фронт
2. Картина Хариса Абдрахмановича Якупова «Перед приговором», на которой изображен поэт Муса Джалиль, казненный фашистами в берлинской тюрьме в 1944 году.

В прошлый раз я упоминал, что Павел Васильевич Щетинкин сильно перестроил свой Hotel de Kazan. Это произошло 118 лет назад — в 1902 году. К тому времени Щетинкин владел зданием больше 10 лет и оно внешне оставалось «Тихановским подворьем» — так называлось по имени прежнего хозяина Ивана Яковлевича Тиханова (не путать с Тихоновым).

Архитектор Лев Казимирович Хрщонович объединил в единый фасад весь 42-й квартал и придал ему тот вид, что мы знаем сегодня, когда прогуливаемся по Большой Проломной.

На фотографиях хорошо видно, что Хрщонович очень постарался и «Номера Щетинкина» по высоте и оформлению получились очень разными.

До нашего времени дошла только фасадная стена. Министерство культуры признало памятником только ее. Все остальное, включая интерьеры, погибло еще в начале 2000-х. Все, что за фасадом сегодня, — это новый железобетонный монолит.

Обе фотографии сделаны с одной точки. Казань, было — стало.

Хочу порекомендовать вам канал наших друзей «Дизайн|строительство|архитектура и не только». Довольно полезный ресурс, потому что кроме фотографий и постов об архитектуре у них есть много чисто практической информации. От статей по новым строительным технологиям и расписаний офлайновых мероприятий до площадки поиска работы.

В общем, это не просто канал, а нечто большее по архитектуре и строительству.

https://t.me/Conopus

Здание Высших женских курсов хорошо сохранилось за 108 лет, прошедших со времени постройки. Даже старинная надпись ВЫСШIЕ ЖЕНСКIЕ КУРСЫ до сих пор просвечивает на фризе. Сколько ее ни закрашивают, она упорно просвечивает сквозь слои.
На фризах левого и правого крыльев здания были надписи ФИЛОЛОГIЯ и ИСТОРIЯ.

Высшие женские курсы с 1911 года были формой специального вузовского образования. Они были открыты в Казани еще при Александре II, но при царе Александре III большинство курсов были закрыты. В том числе и в Казани.

Первоначально образование здесь было разделено по двум направлениям: физико-математическому и историко-филологическому. После восстановления курсов в Казани осталось только одно — словесно-историческое, разделенное на два отделения: историческое и языка и литературы.

Перед Первой мировой войной здесь учились около 1200 девушек. Из них татарок-мусульманок — пять (меньше половины процента).

Здание на Арском поле построил выдающийся Василий Андреевич Трифонов.

Казань, было — стало.

Мы совсем недавно были у Александровского пассажа на Воскресенской улице. Но он стоит того, чтобы посмотреть на него еще раз.

Это довольно редкая фотография пассажа. Если внимательно посмотреть на верхний снимок, можно увидеть, что окна третьего этажа еще не застеклены, даже рам нет. Как мы помним, пассаж закончили строительством осенью 1883 года. Скорее всего, здесь запечатлен финал отделочных работ.

Позади пассажа виден Черноозерский сад и совсем не видно колокольни Покровского собора, который стоял на углу нынешних улиц Карла Маркса и Карла Фукса. Колокольня появится только в 1888 году.

Также слева не видно стены Чернояровского пассажа. Его построят лишь 20 лет спустя.

Судя по вывескам, часовщик и ювелир Петр Климов был первым арендатором первого этажа.

Еще можно заметить вывеску на французском Modes et robes — обычная для конца XIX века надпись на магазинах одежды с претензией.

Обе фотографии сделаны с одной точки с разницей почти 140 лет. Казань, было — стало.

На его фасаде сохранился вензель ДИЧ — Дмитрий Иванович Чернояров. Но сам ДИЧ здесь не был и этого дома никогда не видел. Он умер за три года до постройки.

Возвел дом в 1900−1901 годах Генрих-Якоб Бернардович Руш. Построил быстро, потому что работал не с нуля, а пристраивал и перестраивал две старые двухэтажные постройки — бывший дом Петра Матвеевича Останкова и собственно дом Черноярова. Руш объединил их и надстроил на один этаж. Все эти подробности сообщает наш главный краевед Лев Моисеевич Жаржевский.

Пассаж заказали сыновья Черноярова Дмитрий и Алексей. После кончины отца они основали торговый дом «Д.И. Чернояровъ въ Казани». Торговали многим: тканями, линолеумом, одеждой, церковной утварью, сдавали недвижимость и так далее.

После Катастрофы 1917 года Дмитрий и Алексей Чернояровы и их жены Антонина Францевна Цеппель (Бобянская) и Елизавета Ильинична Ускова вынуждены были уехать из страны. Скончались в эмиграции — то ли во Франции, то ли в Аргентине.

Продолжение следует.

Казань, было — стало.

На улице Ершова восстанавливают сграффито Сергея Бубеннова на фасаде  бывшего корпуса Казанского финансово-кредитного техникума. Какое-то время здесь была Банковская школа, а сейчас филиал Росакадемии народного хозяйства и госслужбы.

Типовая советская постройка. Чтобы разнообразить их, художникам давали право украшать глухие стены фасада. В Уфе, например, Башкирский строительный колледж в таком же здании украсили барельефами. В Казани появились сграффито Бубеннова: «Учение» (на левом крыле) и «Производство» (на правом).

Здание обшили вентфасадом. Сграффито не трогают, а бережно реставрируют. «Учение» уже раскрашивают, а «Производство» готовят под покраску. Увидеть их сейчас трудно — мешают строительные сетки и деревья.

То, что работы Бубеннова не зашили вентфасадом, как на ДК химиков и на здании ДОСААФ, — это в том числе ваша заслуга. Без всякого преувеличения. Не устрой мы общероссийский скандал в прошлом году, и эти сграффито уничтожили бы. А так — сохранили.

Дом на углу Петропавловской улицы и Петропавловского переулка был куплен для Мариинской женской гимназии в декабре 1871 года за 11500 рублей у наследников помещика Теренина. Покупали фактически место в центре, а не здание — оно было в аварийном состоянии.

До этого гимназистки учились в доме купца Крупенникова на Воскресенской улице (сейчас в новоделе этого дома на улице Кремлевской размещается минстрой Татарстана).

До гимназии здесь располагались казармы резервного батальона.

После сделки здание было перестроено, сообщает нам П.И. Смирнов в «Историческом очерке Казанской Маріинской Женской Гимназіи за двадцать пять лѣтъ ея существованія».

Работы шли под руководством архитектора Льва Казимировича Хрщоновича и строителя Филипповича. Завершили за полтора года — в августе 1873-го.

Женская гимназия открылась в Казани в августе 1859 года сначала как училище I разряда. Через 10 лет, в 1869 году, оно было перепрофилировано в гимназию.

Обе фотографии сделаны с одной точки.
Казань, было — стало.

Сенная мечеть за последние сто лет лишилась и заново обрела минарет. Старый исторический минарет разрушили коммунисты. Под снос должна была пойти вся мечеть, но случайно она уцелела.

Минарет, что возвышается сейчас, воссоздан в 1990-е, и даже беглого взгляда достаточно, чтобы увидеть различия между старым и новым минаретами.

Ее построил архитектор Казанской губернской строительной комиссии Александр Иванович Песке в 1840-х. Деньги дали купцы, братья Исхак и Ибрахим Юнусовы. Мечеть стояла в центре Сенного базара, по которому она и получила свое имя.

Большевики закрыли Сенную в 1929 году. В 1990-е годы она носила имя Нурулла, но относительно недавно мечети вернули историческое имя.

Обе фотографии сделаны с одной точки с разницей около 110 лет.
Казань, было — стало.

Различия между минаретами заметны при наложении фотографий друг на друга. Конечно, широкоугольная камера тоже искажает объекты, но все равно видны изменения. Купол мечети также перестраивали.

Как узенькая деревянная улица Право-Кабанная за сто лет превратилась в широкую улицу Салимжанова.

На дальнем плане старинного снимка видна маленькая часовенка. К сожалению, мне о ней мало что известно — но это временно.

Весной Кабан часто выходил из берегов, подтапливая округу. Почти все известные фотографии Право-Кабанной сделаны в дни паводка.

Сейчас это можно только представить — паводковые наводнения в прошлом, в современной Казани остались только потопы от летних дождей.

На современной фотографии слева виден корпус Татэнерго, его возвели в 1990-е по проекту прекрасного архитектора Германа Алексеевича Бакулина.

Казань, было — стало.

Дом печати Татреспублики на улице Баумана называют в числе первых, когда речь заходит о казанском конструктивизме. Хотя правильнее называть его не образцом конструктивизма, а стилизацией под него. Дом возвели в 1934 году, к тому времени эпоха конструктивизма угасала. Но модный стиль успел породить множество стилизаций.

Архитекторов здания двое — Семен Самойлович Пэн (он же выстроил похожий Дом печати в Баку) и Анатолий Михайлович Густов (он проектировал интерьеры).

Дом печати заселили в 1935 году. На первом этаже располагался самый большой в городе книжный магазин с отделом «Политкнига». Выше находились редакции «Советская Татария» и «Социалистик Татарстан», сидели чиновники Госкомпечати ТАССР и Татарское отделение Союза писателей СССР. За главным корпусом располагалась типография имени Камиля Якубова, где печатались все газеты и все книги Татгосиздата.

В 1970-е редакции переехали. Сейчас здесь гостиница «Ногай».

Обе фотографии сделаны с одной точки с разницей больше больше 50 лет. Казань, было — стало.