Ленин говорил: если вы не становитесь на определенную классовую позицию и не идентифицируете себя с судьбой этого класса, то вы не понимаете, как происходит борьба, каковы перспективы этой борьбы. Вы сейчас, скажем, просчитали, что силы класса слабы, партия совершенно малозначительна, но если вы держитесь позиции партийной, то вы понимаете, что за ней будущее, и рассматриваете это в тенденции, вы видите в этой слабости зародыш будущей силы. А если вы просто фиксируете фактичность, голое состояние, то вы вообще ничего не понимаете. Конечно, я модернизирую его терминологию и отчасти развиваю ход его рассуждений, но смысл их именно такой.
Независимо от того, прав он был или нет, через 40 лет после него я нахожу тот же самый аргумент у знаменитого немецкого философа, ставшего социологом, Ханса Фрайера, в его работе «Социология как наука о действительности», где он как раз критикует Вебера за позитивизм – не только Лео Штраус критиковал Вебера, но и Фрайер. И он как раз использует этот аргумент. Потому что историческая жизнь динамична. Штраус говорит, что есть вечные вещи, которые не меняются, есть высшее, неизменное бытие, а Фрайер, наоборот, говорит об историзме, о том, что Штраусу ненавистно: есть борьба, в ней есть тенденции, и, естественно, мы соучастники в этой борьбе, мы становимся на точку зрения будущего и с точки зрения будущего оцениваем настоящее. Фрайер использовал для обоснования революции справа тот же ход, что и Ленин для обоснования революции слева. Так прочитанный Ленин оказывается весьма актуальным.
В рубрике «Открытый разговор» – интервью с социологом Александром Филипповым: о ценностях в науке, чтении советских текстов, философе Ленине и русских переводах
https://trts.io/ta7hJ