Очевидно, Шмаров действительно пришел убить газету и справился с этим очень быстро. Не считая разговоров с редакцией (разговоры — это вообще не наше дело, мало ли о чем и как они там у себя разговаривают), было три эпизода: замена заголовка про «Роснефть», снятие колонки Сонина про нее же и наиболее загадочное — запрет на цитирование и упоминание невиннейшей «Левады». Последнее — как будто совсем для тупых. В жестяной рупор над самым ухом: «У вас цензура! Цензу-у-у-ра! Я цензор!»
Редакция очнулась и села писать передовицу про Шмарова, не отдавая, вероятно, себе отчета, что тут уже начинается знаменитое путинское дзюдо, когда противник начинает обслуживать себя сам.
В редакционной статье написано о доверии и о репутации — да, разумеется, это и была основа капитализации «Ведомостей». Проблема в том, что борющийся, сражающийся, и, как уже двадцать лет принято говорить в таких случаях, уникальный журналистский коллектив — это принципиально другая репутация, чем та, которая была у «Ведомостей» с момента их создания и на которой они всегда держались. Это ловушка, да.
https://trts.io/F96Mr