Тайная память и тайная скорбь
(Максим Соколов специально для газеты
ВЗГЛЯД)
Уже много лет День Победы (а также День окончательного снятия блокады с Ленинграда) вызывает стереотипные упреки со стороны прогрессивной общественности.
А именно – «Жертвы войны были столь велики, страдания народа были столь ужасны, что 9 мая (а лучше 8-го) подобает скорбеть, а отнюдь не праздновать. День окончания войны должен быть днем памяти и скорби, победные трубы и литавры только оскорбляют память погибших».
Собственно, в День Победы вполне и помнят, и скорбят о двадцати семи миллионах погибших. Еще в песне брежневского времени были слова «Это радость со слезами на глазах», и, садясь за праздничный стол, первую горькую чарку выпивают стоя и не чокаясь. Представлять День Победы, как сплошной барабанный бой, фактически неверно и в лучшем случае это есть добросовестная ошибка. Или недобросовестное искажение истины. Но станем на позиции тех, кто желает исключительно скорбеть. Здесь они могли бы стать со всею Родиной в День памяти и скорби
Казалось бы, 22 июня можно сообща помянуть всех жертв войны. После чего вернуться к привычному переругиванию, обличению российского милитаризма, рассказывать, сколь отвратительны российские танки и ракеты, а также обличать патриотический угар черни etc. После 22 июня – пожалуйста, ни в чем вам не будет отказано. И все же -- хотя бы один раз в году ведь можно совместно помянуть и русского Ивана, павшего в бою, и зверски замученную тетю Хасю из Бердичева, помянуть всех – бойцов, детей, женщин, стариков, чьи жизни покалечила проклятая война.
Можно и не смертельно трудно, но – не получается. Ни в СМИ соответственной направленности, ни в интернет-дневниках прогрессивных людей скорбная дата вообще не упоминается. Память отшибло полностью. Или память и скорбь наличествуют, но они такие тайные, что вслух говорить о них нельзя. Хотя и неизвестно почему – в остальных случаях эти СМИ и блогеры вполне говорливы, в том числе о предметах интимных.
Впрочем, возможен и иной вариант. Жертвы и страдания поминаются в качестве риторического приема, чтобы подчеркнуть всю неуместность празднования Дня Победы. Если же надобности в этом приеме сейчас нет – 9 мая уже прошло, то и жертвы более неактуальны.