Богатые живут подозрительно долго
(Герман Садулаев специально для газеты
ВЗГЛЯД)
Люди вокруг нас постоянно умирают. Умирают наши друзья, родственники, знакомые, умирают писатели, художники, умирают актёры и телеведущие, все умирают. Только не самые влиятельные. Не самые богатые. Такое впечатление, что есть жирная черта, отделяющая ещё-людей, пусть даже и «успешных», от нелюдей, и эта черта как-то связана с «долголетием», или, будем называть вещи своими именами, с бессмертием.
Это, конечно, относительное «бессмертие», основанное на «медицинском долголетии». Можно заменять и «омолаживать» почти все «узлы и детали» человеческого организма, но примерно к девяносто пяти годам изнашивается сам мозг. Пересаживать себе чужой молодой мозг, как вы понимаете, бессмысленно. Усталые нейроны в возрасте около ста лет, как правило, уже не формируют сколько-нибудь ярких ощущений, впечатлений, желаний и воли к жизни. Уходить в этом возрасте проще, чем в полные мыслей и чувств тридцать или сорок лет. И решение об отключении аппарата за тебя наверняка примут другие. Твои наследники.
То есть речь идёт о таком качественно ином уровне медицины, при котором случайная, внезапная смерть практически исключается. И этот уровень медицины теперь доступен. Но только очень-очень немногим. Возможно, не только из-за дороговизны, но и из-за того, что какие-то методики намеренно применяются только в узком кругу. Есть, конечно, тяжёлые смертельные заболевания, с которыми не может пока справиться даже самая продвинутая медицина на Земле, но в общем и целом пропасть между здравоохранением для масс и искусственным «бессмертием» для «элиты» вырыта непроходимая.
И это самое отвратительное неравенство, которого ранее не знала история. А ещё это безобразно, мелочно, неблагородно. Прежняя элита, аристократия, культивировала в своём кругу презрение к смерти. За богатства и привилегии аристократ платил тем, что готов был во всякую минуту умереть. И умирал. Если не было войны – офицеры дрались на дуэлях по пустяковым поводам, чтобы не утратить своей главной привилегии – смотреть в лицо смерти. Два наших лучших поэта, Пушкин и Лермонтов, были убиты на дуэлях. Они не могли иначе, потому что были аристократами.
Нынешняя мировая «элита» трясётся над каждым лишним годом своей жизни, тратит невероятные средства на своё личное долголетие, оставляя на долю народа дороговизну и недоступность современной медицины, эпидемии, вредные продукты питания, нездоровый образ жизни. С помощью медицинской науки, трансплантологии, косметической хирургии они создают себе «сверхтела», думая, что становятся «сверхлюдьми», но на самом деле они просто становятся нелюдями, и рано или поздно утратят право на человеческое к себе отношение со стороны любого нормального, живого и смертного человека.