
В доковидном 2019 году Россия занимала 11 место по ВВП в мире, уступая США, Китаю, Канаде, Бразилии и всем крупным странам Европы, а по паритету покупательной — 6 место. Доля страны в мировой экономике находилась в районе 2 процентов: для сравнения, у США этот показатель равнялся 24%, у КНР — 16%. Про экспорт не стоит даже говорить: значительная часть его составляет не высокотехнологичная продукция, а природные ресурсы. Все это прямо сказывается на инвестициях в основной капитал, уровне жизни и социально-экономических показателях.
Эффективная проекция силы без сильной экономики если не исключена, то сильно затруднена. Третьи государства охотнее тянутся в союз к богатым и обеспеченным, причем даже если это соседние страны. Можно сколько угодно апеллировать к историческим связям и корням, но при общих равных условиях в выигрыше оказывается тот, кто может предложить больше и на своем примере показать, что можно обеспечить высокое качество жизни.
Другой важный показатель мировой державы — способность успешно противостоять международным санкциям. И здесь сильная экономика опять играет определяющую роль: чем большую номенклатуру товаров самостоятельно способна производить страна, тем меньше для нее будет ущерб от внешних воздействий. Вновь смотрим на Россию: хоть санкционный потенциал и близко не исчерпан (как иногда убеждает нас часть экспертов), страна в целом пока смогла преодолеть последствия ограничений и нефтяного шока, пока не повторив судьбу СССР или не превратившись в Венесуэлу с Ираном.
Но возникает вопрос: а что дальше? Темпы экономического роста минимальны, развитие технологий идет куда медленнее в сравнении с конкурентами. То есть научно-техническое развитие страны в условиях санкций находится под вопросом. Кстати, о технологиях: они напрямую связаны со всеми отраслями промышленности, в том числе — и ВПК. Отставание в них приведет и к проблемам с производством военной продукции, что снизит возможности страны в проецировании военной силы.
Без экономической составляющей говорить о статусе мировой державы не приходится. Но значит ли это, что нужно отказаться от активной внешней политики? Отнюдь: просто необходимо не отворачиваться от реальной картины и уже от нее строить стратегию. А также — максимально использовать полученные возможности. С чем у России сейчас большие, но принципиально решаемые проблемы.
И добавим, что все описанное выше относится к любой стране. Как показывает история, в ловушку не соответствующих реальным возможностям планов может попасть кто угодно. Будь то Бразилия, Польша или та самая Турция.
#Россия
@rybar














