Size: a a a
2021 January 31
В метро объявляют, что станции метро закрыты из-за обнаружения бесхозного предмета. Бесхозный предмет - это дворец?
2021 February 01
Поставки от производителя
Кто понарожал столько ментов?
2021 February 03
Забирайте себе актуальный флаг Российской Федерации
🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓
🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓
👴👴👴👴👴👴👴👴👴👴
👴👴👴👴👴👴👴👴👴👴
☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️
🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓
🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓🚓
👴👴👴👴👴👴👴👴👴👴
👴👴👴👴👴👴👴👴👴👴
☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️☦️
2021 February 04
2021 February 05
2021 February 12
У русской зимы есть только один плюс – что она кончается.
В интернете я увидела демотиватор «Россия – это Нигерия в снегу». С подробным обоснованием: ВВП, золотовалютные резервы, преступность, коррупция, безработица – все показатели почти одинаковы. Автор сего высказывания - основатель Google Сергей Брин, давно покинувший родные просторы.
Бог с ней, с Нигерией. И с социально-экономическими параметрами. Я о другом.
Русская зима – это сон смысла. Это сон всех смыслов русского существования. Точнее, это не сон, а даже транс. Восстанавливающий нервные клетки русской жизни. Крайне необходимые для дальнейшего продолжения этой самой жизни. Собирающий недостающие фрагменты паззла. Сводящий одни концы с другими. Для того, чтобы и дальше безропотно нести нас, мучающих русскую землю, как недолюбленные дети бродячего котенка.
Русская зима – это сон разума. Данный Богом – для чего? Для того, чтобы стать к Нему ближе. Чтобы перед лицом заснеженных пространств, белого безмолвия, которое может растворить тебя, как капельку чернил, понять, что есть смерть. И больше ценить жизнь, как бесценный дар небес.
Когда живая, дышащая, дарящая свои плоды и соки природа становится nature morte – на длительное время – представителю земледельческой цивилизации есть о чем подумать. В том числе и о том, как он будет взаимодействовать с землей.
Возможно, одна из лучших строк о русском народе - это «Я вернусь, когда растает снег» Евгения Долматовского. Я вернусь, когда растает снег, потому что боюсь, что моей мужской силы не хватит, чтобы прорваться к тебе через эту темную, как черная дыра, всепоглощающую женскую стихию, Россию-матку, порождающую и пожирающую. И не так много горячих боевых коней, способных вспахать - во всех смыслах - это бескрайнее поле. Гитлеровцы не выдержали. И даже летнее солнцестояние (день нападения был выбран не случайно, ибо олицетворял максимальную силу огня) не помогло. Русский снег, русское замерзшее Инь равнодушно поглотит и растворит и не такое. А пугачевский тулупчик не всегда помогает даже своим. Что уж говорить о том, кто силой хотел увести чужую невесту - Советскую Россию во полон?
И – внезапно - с этим перекликаются посвященные совсем другому строки Варга Викернеса (Burzum, идеальный саундтрек для нашей зимы): «Я вернусь. Я вернусь. Когда духи зимы ослабнут, я вернусь». От маленькой холодной страны – большой холодной стране. С любовью.
А что пока? Сон разума рождает чудовищ.
Цивилизация отменила сезонность. Русский медведь, у которого в генах жирным шрифтом прописана спячка, обряжен в костюм, отведен в офис и поставлен на горячую поверхность, чтобы танцевать за три копейки. А ему хочется только спать.
Он выспится – и свернет горы, Ну разве это непонятно?
Пусть он будет долго запрягать, но потом помчится тройка удалая – так, что на зависть всем завистникам иноземным!
Но – начальник немец. Или американец. Он мыслит категориями орднунга или мотивации. И плевать ему на русскую спячку и на литры желтолицых чайных даров, поглощаемых измученными офисными рабами, которым хочется одного – СПАТЬ.
Которые без конца вешают у себя в соцсетях картинки типа «Разбудите меня в апреле».
Зимой становится понятно, почему нам никак не обустроить Россию.
Россия – это стихия. Это вольница. Это та первозданная сила жизни, для которой ничего не стоит один-единственный экземпляр. Есть ли океану дело до конфигурации отдельно взятой капельки? Волна - и ее уже нет. Замерз по пьяни. Попал под авто. Поскользнулся и упал.
(У одного моего знакомого деда не расстреляли только потому, что трактор не смог доехать по распутице в отдаленное село. «Я вернусь, когда растает снег»).
И кому под силу обуздать такую стихию? Я не знаю.
Но порой мне кажется, что ругать правительство – это упреки дистрофика в адрес атлета, который смог сдвинуть курьерский поезд всего на полмиллиметра.
Потому и не приживается здесь мысль о ценности индивида. «Бабы новых нарожают». Матка будет производить новых людей с высокой производительностью.
В интернете я увидела демотиватор «Россия – это Нигерия в снегу». С подробным обоснованием: ВВП, золотовалютные резервы, преступность, коррупция, безработица – все показатели почти одинаковы. Автор сего высказывания - основатель Google Сергей Брин, давно покинувший родные просторы.
Бог с ней, с Нигерией. И с социально-экономическими параметрами. Я о другом.
Русская зима – это сон смысла. Это сон всех смыслов русского существования. Точнее, это не сон, а даже транс. Восстанавливающий нервные клетки русской жизни. Крайне необходимые для дальнейшего продолжения этой самой жизни. Собирающий недостающие фрагменты паззла. Сводящий одни концы с другими. Для того, чтобы и дальше безропотно нести нас, мучающих русскую землю, как недолюбленные дети бродячего котенка.
Русская зима – это сон разума. Данный Богом – для чего? Для того, чтобы стать к Нему ближе. Чтобы перед лицом заснеженных пространств, белого безмолвия, которое может растворить тебя, как капельку чернил, понять, что есть смерть. И больше ценить жизнь, как бесценный дар небес.
Когда живая, дышащая, дарящая свои плоды и соки природа становится nature morte – на длительное время – представителю земледельческой цивилизации есть о чем подумать. В том числе и о том, как он будет взаимодействовать с землей.
Возможно, одна из лучших строк о русском народе - это «Я вернусь, когда растает снег» Евгения Долматовского. Я вернусь, когда растает снег, потому что боюсь, что моей мужской силы не хватит, чтобы прорваться к тебе через эту темную, как черная дыра, всепоглощающую женскую стихию, Россию-матку, порождающую и пожирающую. И не так много горячих боевых коней, способных вспахать - во всех смыслах - это бескрайнее поле. Гитлеровцы не выдержали. И даже летнее солнцестояние (день нападения был выбран не случайно, ибо олицетворял максимальную силу огня) не помогло. Русский снег, русское замерзшее Инь равнодушно поглотит и растворит и не такое. А пугачевский тулупчик не всегда помогает даже своим. Что уж говорить о том, кто силой хотел увести чужую невесту - Советскую Россию во полон?
И – внезапно - с этим перекликаются посвященные совсем другому строки Варга Викернеса (Burzum, идеальный саундтрек для нашей зимы): «Я вернусь. Я вернусь. Когда духи зимы ослабнут, я вернусь». От маленькой холодной страны – большой холодной стране. С любовью.
А что пока? Сон разума рождает чудовищ.
Цивилизация отменила сезонность. Русский медведь, у которого в генах жирным шрифтом прописана спячка, обряжен в костюм, отведен в офис и поставлен на горячую поверхность, чтобы танцевать за три копейки. А ему хочется только спать.
Он выспится – и свернет горы, Ну разве это непонятно?
Пусть он будет долго запрягать, но потом помчится тройка удалая – так, что на зависть всем завистникам иноземным!
Но – начальник немец. Или американец. Он мыслит категориями орднунга или мотивации. И плевать ему на русскую спячку и на литры желтолицых чайных даров, поглощаемых измученными офисными рабами, которым хочется одного – СПАТЬ.
Которые без конца вешают у себя в соцсетях картинки типа «Разбудите меня в апреле».
Зимой становится понятно, почему нам никак не обустроить Россию.
Россия – это стихия. Это вольница. Это та первозданная сила жизни, для которой ничего не стоит один-единственный экземпляр. Есть ли океану дело до конфигурации отдельно взятой капельки? Волна - и ее уже нет. Замерз по пьяни. Попал под авто. Поскользнулся и упал.
(У одного моего знакомого деда не расстреляли только потому, что трактор не смог доехать по распутице в отдаленное село. «Я вернусь, когда растает снег»).
И кому под силу обуздать такую стихию? Я не знаю.
Но порой мне кажется, что ругать правительство – это упреки дистрофика в адрес атлета, который смог сдвинуть курьерский поезд всего на полмиллиметра.
Потому и не приживается здесь мысль о ценности индивида. «Бабы новых нарожают». Матка будет производить новых людей с высокой производительностью.
«Могучая, могущая в пеленки хоть двойнями, хоть тройнями палить», как писал один забытый ныне поэт.
Но - офисные рабыни утратили связь с русской землей. Если только на выстраданном отдыхе потопчут они ножкой теплые пески Египта, Турции, Индии, Таиланда… А своя земля – зачем она? Она где-то там, у бабушки в деревне. Где даже летом яблочки зеленые и невкусные. Что уж про зиму-то говорить! И лишенные связи с русской землей – они не выстреливают в пеленки. Это не проблема земли. Это проблема того, что мы (и автор этих строк в том числе) утратили с ней связь.
Крайне интересна вообще тенденция не эмиграции из России, а нового «апофеоза беспочвенности» - в смысле временного отрыва от России на период холодов ради той же Индии или Таиланда. Денежные знаки можно обменять на индульгенцию, на теплый рай. Где все совсем по-другому, и не хочется постоянно спать, и в январе тебе нужно две пары штанов и три майки, где тебя окружают люди, по венам которых не струится вместе с кровью привычный страх – замерзнуть, быть расстрелянным, раскулаченным, умереть от голода на снегу, провалиться под лед…
Потому что лед только в холодильнике.
А тот, кто победнее, так и остается крепостным заснеженных просторов и ледяных широт. Что поделать, «климат резко континентальный». Вот я сейчас сижу в старом деревянном доме в двадцати километрах от Москвы, пишу эти строки и думаю о том, что надо бы выкинуть шкаф, прибраться на веранде и так далее. Но – все, как обычно, откладывается до весны. Когда растает снег.
А таджик, который приходит чистить снег и выкидывать мусор, всегда улыбается. Мерзнет, но улыбается. «Он не родился под этой луной, и она не качала его в колыбели». Возможно, темная магия Русской Земли на него просто не действует – или действует в меньшей степени. И в разрезе его глаз сквозит «так победим». И я не знаю, кто побеждает кого в тот момент, когда он расчищает путь к дому – немножко южного огня согревает вечный российский холод или азиатское идет на смену русской цивилизации?...
Но, впрочем, зачем я о грустном? Два месяца зимы уже позади. Последний бой - он трудный самый. Но петля на шее уже ослаблена, самое время для увеличения числа репортажей. Духи зимы уже совсем скоро ослабнут. И мы, конечно же, вернемся, когда растает снег.
Александра Смирнова
Но - офисные рабыни утратили связь с русской землей. Если только на выстраданном отдыхе потопчут они ножкой теплые пески Египта, Турции, Индии, Таиланда… А своя земля – зачем она? Она где-то там, у бабушки в деревне. Где даже летом яблочки зеленые и невкусные. Что уж про зиму-то говорить! И лишенные связи с русской землей – они не выстреливают в пеленки. Это не проблема земли. Это проблема того, что мы (и автор этих строк в том числе) утратили с ней связь.
Крайне интересна вообще тенденция не эмиграции из России, а нового «апофеоза беспочвенности» - в смысле временного отрыва от России на период холодов ради той же Индии или Таиланда. Денежные знаки можно обменять на индульгенцию, на теплый рай. Где все совсем по-другому, и не хочется постоянно спать, и в январе тебе нужно две пары штанов и три майки, где тебя окружают люди, по венам которых не струится вместе с кровью привычный страх – замерзнуть, быть расстрелянным, раскулаченным, умереть от голода на снегу, провалиться под лед…
Потому что лед только в холодильнике.
А тот, кто победнее, так и остается крепостным заснеженных просторов и ледяных широт. Что поделать, «климат резко континентальный». Вот я сейчас сижу в старом деревянном доме в двадцати километрах от Москвы, пишу эти строки и думаю о том, что надо бы выкинуть шкаф, прибраться на веранде и так далее. Но – все, как обычно, откладывается до весны. Когда растает снег.
А таджик, который приходит чистить снег и выкидывать мусор, всегда улыбается. Мерзнет, но улыбается. «Он не родился под этой луной, и она не качала его в колыбели». Возможно, темная магия Русской Земли на него просто не действует – или действует в меньшей степени. И в разрезе его глаз сквозит «так победим». И я не знаю, кто побеждает кого в тот момент, когда он расчищает путь к дому – немножко южного огня согревает вечный российский холод или азиатское идет на смену русской цивилизации?...
Но, впрочем, зачем я о грустном? Два месяца зимы уже позади. Последний бой - он трудный самый. Но петля на шее уже ослаблена, самое время для увеличения числа репортажей. Духи зимы уже совсем скоро ослабнут. И мы, конечно же, вернемся, когда растает снег.
Александра Смирнова
2021 February 16
2021 February 17
Какую страну просрали
2021 March 08
2021 March 10
Роскомнадзор начал бороться с сайтами, где есть детское порно и пропаганда суицида и тут же перестали работать сайты Госдумы и правительства РФ.
Совпадение? Не думаем!
Совпадение? Не думаем!
2021 March 12
Узнали себя?
2021 March 14
После принятия закона о запрете просветительской деятельности, рейтинг лучших вузов России возглавит Матросская Тишина.
Настроение: обнаружить себя на концептуальном андеграундном рейве в цеху старого заброшенного завода, посреди мерцающего красного света, свисающих с потолка стальных цепей и грязных (во всех смыслах этого слова) безумных танцев.