WR
он в москве чичас
Сегодня многие обсуждают жалостливый пост директора Белавиа. Тот возьми и напиши, как они людей спасали, как их все благодарили, как сейчас демократию попирают и тд.
Я не хочу писать о том, о чем пишут все: о монополии, о дрянном сервисе, о заоблачных ценах, о наживе (не спасении людей, как пишет Чергинец, а именно о наживе) в пандемию.
Я хочу сказать, что у меня к этой конторе уже много лет настолько плохое отношение, что я даже перестал обращать внимание на её недостатки. Вот, натыкаешься к примеру на хамство, возмущаешься, конечно, но внимания даже не заостряешь: это ж Белавиа, тут это нормально. Жрёшь в самолёте говенный бутерброд под видом "питания на борту" - ну, так это ж Белавиа.
Отношение это взялось не из воздуха, но и не формировалось годами. Оно произошло после одного случая в личной практике, который оставил след на всю жизнь.
Летел я это как-то из Еревана. Зашёл в салон, там кроме меня почти никого, человека три, наверное. Сел на свое место - "троечка", то есть, тройная седушка, моё - с краю. Сел и как на качелях вместе с сиденьем грохнулся жопой в пол. Седушка эта просто привинчена не была.
Зову стюардессу, так, мол, и так, ну и так далее. Она смотрит на меня, как на дебила, без тени вежливости отрезает: "Ну так пересядьте, да и все".
Я в этот момент просто обомлел. Я ж Артура Хейли "Аэропорт" читал, я ж помню, что все правила безопасности в полете написаны жизнями погибших. Но это, видно, не для Белавиа написаны.
Я ей говорю: "Девушка, вы ж когда нам говорите ремни пристегнуть, я правильно понимаю, что это на случай там разгерметизации, или каких-то резких движений, из-за чего наши тела могут потерять сцепление с креслом? Так, скажите, какой смысл в этих мерах безопасности, если у вас в салоне само кресло есть "не пристегнутое", и в случае чего оно будет летать по салону и сносить нам бошки (ибо весит оно килограмм сто)?"
Вы знаете, она на меня посмотрела ещё хуже. Это раньше она смотрела как на дебила, а этот взгляд я даже описать не могу, зато запомнил на всю жизнь. Никогда не думал, что люди, чьи все навыки по жизни - напитки разносить и демонстрировать, как надевается спасательный жилет, умеют так смотреть на других. Богиня неба блеаць, не иначе.
"Где я вам сейчас механика возьму?! В Минске исправят!", - она при этом ещё и реально повысила тон.
Короче, летели мы в итоге все равно в соседстве с открученным креслом, механика ж ей негде было взять. И после такого полёта, в ходе которого даже зона турбулентности могла стать смертельно опасной, а на пассажиров, которые этим не сказать, чтобы были очень довольны, ещё и кричат, я как-то вопрос отношения к национальному авиаперевозчику для себя закрыл один раз и навсегда.
Ничьи хвалебные отзывы и рассказы об улучшении сервиса изменить этого отношения уже не могли. Сам я, как писал выше, больше в работе этой компании не замечал ничего ни хорошего, ни плохого. Просто каждый раз садясь на борт срабатывает установка: "Это ж Белавиа. Не верь, не бойся, не проси".
Так что жалости как-то нет. Как и с ожиданиями (ни хороших, ни плохих), нет ни жалости, ни радости. Мертворожденный проект, инструмент закоса бабла в условиях госмонополии, обречённый на гибель раньше или позже - не от санкций, так от банкротства в рыночных условиях, которые неминуемо наступят.
