Русские делегаты на Парижском конгрессе II Интернационала
Центральной фигурой российской политической эмиграции во времена II Интернационала был П.Л. Лавров, идеолог революционного народничества, который имел связи как с участниками Парижской коммуны, так и с активными участниками I Интернационала. Исходя из авторитета Лаврова, именно к нему обратился Поль Лафарг, один из организаторов первого конгресса II Интернационала с приглашением. Лавров, удивив всех, отказался принимать участие в конгрессе, сославшись на слабость социалистического движения в России. "Для нашей родины еще не наступило время, когда мы бы могли принять участие в великой деятельности организованного пролетариата всех стран", - заявляет он.
Такое решение озадачило организаторов II Интернационала, и ими было принято решение обратиться к группе еще молодых первых русских марксистов, Плеханову, Аксельроду и Засулич. Другие влиятельные народники, исходя из необходимости возыметь трибуну для высказывания своей позиции, одновременно с обеспокоенностью усилением сторонников Плеханова, надавили на Лаврова, а он, в свою очередь, пересмотрел решение касательно участия на конгрессе.
Смотря на российские организации на конгрессе, можно четко рассмотреть две линии, представлявшие рабочее движение в России: народническая и марксистская. Интересным также был тот факт, что абсолютное большинство делегатов с России были представлены политической эмиграцией, по поводу чего Плеханов говорил:
"Кого собственно представляли русские уполномоченные на Парижском конгрессе? Небольшие группы "интеллигентов"; эти группы, не опираясь на существующие в России рабочие организации, были социалистическими только в возможности. Представители возможного социалистического движения в России являлись на деловое собрание представителей действительного — и притом уже принявшего огромные размеры — социалистического движения на Западе. Их встречали очень сочувственно; но не могли же не видеть они, что положение их по меньшей мере странно".
Последующая речь Плеханова, в противоположность речи Лаврова, радикально и уверенно заявила о рабочем движении в России, вызвав немалое удивление большинства иностранных делегатов и слушателей: неужели можно говорить о рабочем движении, о революционной борьбе пролетариата в столь неразвитой, отсталой, крестьянской стране как Российская Империя?
Хоть, в основном, конфликт между народниками и марксистами был сглажен и Лавровым и Плехановым, на конгрессе он все же присутствовал. Плеханов имел некоторую репутацию, как эдакого "ослабителя" социалистического движения в России из-за своих постоянных и резких нападок на деятельность народников, а также высказываний в западном, марксистском духе, без которых на съезде не обошлось. Со стороны народников такая риторика была встречена негативно и была осуждена как "идеализм".
В общем, Парижский конгресс произвел огромное впечатление на присутствовавших здесь русских делегатов и слушателей, были видны перспективы развития рабочего движения и солидарности, опыт западных социалистических организаций, который внушал оптимизм. Конгресс показал гегемонию марксизма среди своих участников, укрепив позиции Плеханова, однако и народовольцы здесь получили свою трибуну и возможность критического осмысления западного опыта. Сам же Плеханов получил возможность общения с лидерами европейской социал-демократии, и имел возможность после съезда организовать важнейшую для него поездку к Энгельсу.
Съезд также запомнился предвидящими будущее словами из речи Плеханова, которые подчеркивают правоту его группы над народнической:
"…Революционное движение в России восторжествует как рабочее движение или же никогда не восторжествует!"
