Всеобщий угар под лозунгом «Санкции нам нипочём» должен был когда-то довести до абсурда. Проблема в том, что сколько лозунгами ни прикрывайся, от реально идущих процессов никуда не деться.
Текущая ситуация с Группой ГАЗ — квинтэссенция того, что происходит в нашей экономике. В публичном поле — все отлично, бравурные речи, уверенные лица. На деле — потерянное время, за которое можно было бы сделать что-то полезное.
За 25 лет наши компании прочно вошли в мировые производственные цепочки. И государство активно этому способствовало, типа раз можно купить что-то на Западе, (а потом уже и на Востоке) — покупайте, а создавать производство у себя и дорого, и хлопотно, проще доходы от нефти запасать. Риски зависимости от импорта никто и не просчитывал. Правда, а зачем? Особенно если мы думаем, что живем в свободном либеральном мире с открытыми (почти) границами или же очень хотим в него попасть?
В основном наши включились в цепочки как сырьевики или около того, но кто-то — и как компании-интеграторы, которые стоят наверху этих цепочек и собирают конечную продукцию. Использование поставщиков из разных стран позволяло производить что-то действительно конкурентоспособное. Так работаем не только мы, так и Boeing работает, вот только схема нормально пашет лишь когда движению товаров и услуг через границы ничто не мешает.
Но это и сделало нас уязвимыми к недружелюбным действиям по исключению нас из этих цепочек. Критическая зависимость от иностранных поставщиков легко может поставить крупное предприятие на 40 тысяч сотрудников под угрозу закрытия в случае введения санкций против него.
Но особенно тут цепляют два момента:
1) Практически всегда и везде национальный автопром — первый в списке тех, кого стараются защитить в случае любой угрозы. Нет других больших отраслей с таким мультипликативным эффектом: на каждого сотрудника в самом автопроме приходится ещё 7-10 сотрудников у поставщиков, дилеров и сервисов, и даже у страховщиков и банкиров. Что же происходит сейчас у нас с Группой ГАЗ? Да, пусть компания сама с этими американцами и их санкциями разбирается, мы лучше завод Даймлера откроем, и будем приглашать иностранцев в нацпроектах участвовать!
2) С объявления санкций против ГАЗа уже прошёл целый год, но толком ничего не делается. За это время уже и пару заводов можно было бы построить, китайцы не дадут соврать. Или хотя бы дать денег тем, кто готов это сделать. И даже на возвратной основе, разве что не по «конской» процентной ставке, а хотя бы по той же, что имеют конкуренты на Западе. Но нет! Какие такие низкие ставки? — говорит ЦБ, будем продолжать бороться с инфляцией! Вот лайфхак для ЦБ: чем больше рабочих останутся без работы, тем меньше будет инфляция, денег на покупки ведь у них не будет!
Хуже всего то, что проблемы Группы ГАЗ могут оказаться лишь первым громким провалом этой экономической политики, когда ущерб от санкций принято просто не замечать, когда санкционные проблемы компаний принято списывать на ее собственные просчеты в ведении бизнеса. Но один-два таких провала — и слова Обамы про «разорванную в клочья» нашу экономику начнут сбываться. Сейчас ещё можно что-то спасти. Потом будет поздно.
Текущая ситуация с Группой ГАЗ — квинтэссенция того, что происходит в нашей экономике. В публичном поле — все отлично, бравурные речи, уверенные лица. На деле — потерянное время, за которое можно было бы сделать что-то полезное.
За 25 лет наши компании прочно вошли в мировые производственные цепочки. И государство активно этому способствовало, типа раз можно купить что-то на Западе, (а потом уже и на Востоке) — покупайте, а создавать производство у себя и дорого, и хлопотно, проще доходы от нефти запасать. Риски зависимости от импорта никто и не просчитывал. Правда, а зачем? Особенно если мы думаем, что живем в свободном либеральном мире с открытыми (почти) границами или же очень хотим в него попасть?
В основном наши включились в цепочки как сырьевики или около того, но кто-то — и как компании-интеграторы, которые стоят наверху этих цепочек и собирают конечную продукцию. Использование поставщиков из разных стран позволяло производить что-то действительно конкурентоспособное. Так работаем не только мы, так и Boeing работает, вот только схема нормально пашет лишь когда движению товаров и услуг через границы ничто не мешает.
Но это и сделало нас уязвимыми к недружелюбным действиям по исключению нас из этих цепочек. Критическая зависимость от иностранных поставщиков легко может поставить крупное предприятие на 40 тысяч сотрудников под угрозу закрытия в случае введения санкций против него.
Но особенно тут цепляют два момента:
1) Практически всегда и везде национальный автопром — первый в списке тех, кого стараются защитить в случае любой угрозы. Нет других больших отраслей с таким мультипликативным эффектом: на каждого сотрудника в самом автопроме приходится ещё 7-10 сотрудников у поставщиков, дилеров и сервисов, и даже у страховщиков и банкиров. Что же происходит сейчас у нас с Группой ГАЗ? Да, пусть компания сама с этими американцами и их санкциями разбирается, мы лучше завод Даймлера откроем, и будем приглашать иностранцев в нацпроектах участвовать!
2) С объявления санкций против ГАЗа уже прошёл целый год, но толком ничего не делается. За это время уже и пару заводов можно было бы построить, китайцы не дадут соврать. Или хотя бы дать денег тем, кто готов это сделать. И даже на возвратной основе, разве что не по «конской» процентной ставке, а хотя бы по той же, что имеют конкуренты на Западе. Но нет! Какие такие низкие ставки? — говорит ЦБ, будем продолжать бороться с инфляцией! Вот лайфхак для ЦБ: чем больше рабочих останутся без работы, тем меньше будет инфляция, денег на покупки ведь у них не будет!
Хуже всего то, что проблемы Группы ГАЗ могут оказаться лишь первым громким провалом этой экономической политики, когда ущерб от санкций принято просто не замечать, когда санкционные проблемы компаний принято списывать на ее собственные просчеты в ведении бизнеса. Но один-два таких провала — и слова Обамы про «разорванную в клочья» нашу экономику начнут сбываться. Сейчас ещё можно что-то спасти. Потом будет поздно.
