NC
В Японии, у гейши Айя-Ша
Цветут в саду и сакура, и груша
И друг ее, банкир из США,
Принес идею. Страшно? Нет, ты слушай!
Ты видишь, вдалеке стоит завод?
И роботы новейших поколений,
Манипуляторов блестящих взвод
Поставил профсоюзы на колени.
А Айя-Ша - и коуч, и эйчар,
Не едет утром на метро в свой опен-спейс.
Печальной сакуры бессмысленный пожар,
В постель - из офиса. Такой ебучий кейс.
А Фудзи за окном уж не видна,
Звонок. Пришел клиент. Оригинал.
Нет самураев, грусть сенсей допил до дна.
А что клиент? Он хочет лишь анал.
Катаны в воздухе здесь больше не свистят,
И солнце камикадзе не родит.
Бойцы сороковых ушли в закат,
Однако ж Император - не скорбит
И не скорбит банкир из США,
По пъяни, на соломенной циновке,
Он рассказал всю правду Айя-Ша.
Путь ронина - бесславный и короткий
Возможен был. Но только не для них.
Тошибы взгляд холодный и суровый,
Для самурая сталь - в жару родник,
Для камикадзе смерть - путь к жизни новой.
Что ж. Роботов железные гробы,
Что заключили самураев в вечный плен.
Процессор - дорогой, но видим мы,
Встающую Японию с колен!
Взвод камикадзе в сборочном цеху
Куют победу для своей страны.
Бесстрастно не подвержены греху,
В железных ящиках они заточены.
Такую правду рассказали Айя-Ша.
Банкир из США сто баксов дал,
И за сто баксов - долго, не спеша
Дочь самурая выебал в анал.





