Сидели вчера с красными глазами до четырёх часов ночи, шефу даже пришлось будить меня звонком сегодня утром. Весь вечер мучались и подбирали себе 5-дневный маршрут, чтобы слегка прокатиться по Америке перед отъездом в Польшу.

Из Чикаго полетим в Новый Орлеан, штат Луизиана. Город любят за французское наследие, там сохранился старый колониальный колорит. В последнее время Новый Орлеан стал дико популярным среди в среде внутреннего туризма – мне его несколько раз советовали.

Из Нового Орлеана полетим в Хьюстон – очень быстро развивающийся город. Я даже рассматривал его как вариант для жизни. Техас и Калифорния тесно конкурируют между собой, в том числе за талантливую молодежь. Недавно Хьюстон стал откусывать приличный кусок мигрантского пирога от Сан-Франциско. Там жить дешевле, налоги ниже, бизнес вести проще, а размер экономики Техаса просто громадный: как вся Бразилия или Россия.

Из Хьюстона летим в Денвер, Колорадо. Я давно хотел побывать на Горном Западе. Там находятся самые мало населенные штаты со спокойными городами. Уже так непривычно смотреть на карту города и не находить там цветных гетто. Чикаго, Милуоки, Сент-Луис – все требует проверки куда ходить можно, а куда нельзя.

Сегодня ещё предстоит часик мучений с Airbnb.

Жалко, что велосипед с собой брать нерентабельно. Выходит $75 долларов за перевозку, дороже самого билета.

Только сейчас посмотрел, что творится в Хьюстоне. Выбрали не самое лучшее время для поездки.

Минимальный размер оплаты труда должен выглядеть так.

В городе пикапы используют только сервисные компании. Но жители пригородов и деревень тоже иногда заезжают на крупных машинах, иногда просто монстрах.

Почти каждый, кто приезжает в крупный американский город в первый раз, инстинктивно закрывает руками уши, когда рядом проезжает скорая помощь или пожарная машина. В США спасательные службы используют очень шумные сирены.

В Чикаго и Нью-Йорке шум сирен скорых установлен на уровне 120 децибел, федеральный порог - 123 децибела. Несколькими пунктами выше и можно получить травму. Но даже и нынешний шум может нанести вред, если не будет кратковременным. Поэтому уши реально лучше закрыть, если машина с сигнальными огнями застопорилась прямо возле вас.

Такие высокие нормативы рассчитаны, чтобы звук услышал каждый – велосипедист в закрытых наушниках, автомобиль с музыкой, строитель в специальных наушниках. Не сладко приходится тем, кто живёт в районе Streetville, в котором находятся два крупнейших госпиталя, прямо в центре города.

В среднем одна скорая выезжает из Northwestern Memorial Hospital каждые шесть минут. Все машины прекрасно слышат жители соседних многоэтажек. Люди собирают петиции и просят сбавить шум, потому что жить становится невыносимо – семьи вечерами надевают изоляционные наушники, чтобы спокойно почитать.

Маловероятно, что такие жалобы и собрания могут повлиять на нормативы экстренных служб города, но кое-какие бонусы район себе уже отвоевал. Машины убрали сирены с крыш, усилив их на бампере. Здесь есть логика – непонятно зачем сирена раздаётся вверх, когда важней направить её на встречный поток. Ещё ввели новые правила использования, чтобы она никогда не играла в холостую.

Выбирая домик в США, нужно смотреть не только на линии взлёта и посадки самолётов, но и на наличие госпиталей, потом землю фиг продашь – придётся искать очередного дурака.

Толерантность к нелегальной иммиграции среди жителей крупных городов растёт вместе с терпимостью к преступности в целом.

Электрошокеры-тазеры чикагский департамент полиции закупил, чтобы было меньше летальных исходов, но иногда и они случаются. В районе Old Town молодой парень украл бутылку водки из магазина. Полиция попыталась его задержать, он вырвался и получил разряд тока из тазера в спину. Мышцы парализовало, и вор на скорости стукнулся в столб, после чего упал на асфальт. У него уже были задержания за кражи, поэтому парню грозил реальный срок, но от полученных травм он скончался в больнице через две недели.

Сейчас его отец пытается засудить департамент полиции и агитирует за запрет применения шокеров по убегающим подозреваемым. Жалуется на местную власть и сетует на плохое обращение с детьми из неблагополучные районов.

Чрезмерная ли эта суровость, но не чувствую сильной эмпатии – если человек начинает воровать, а потом вступает в потасовку с полицией на месте преступления, то риски травм взлетают до небес. Да, произошёл несчастный случай, но виновник его только один – парень с бутылкой водки, спрятанной под кофтой. Давление на полицейских в этом кейсе нахожу безосновательным и в какой-то мере аморальным.

В полиции Чикаго куча проблем, но и работать им тоже очень тяжело. Любое неудачное задержание с плохим исходом заканчивается шумихой и шельмованием. Но невозможно же бегать за преступниками с резиновыми наручниками, пока банды стреляют в друг друга из автоматов.

«Эти люди создают ужасную проблему в нашем городе. Они не могут или не будут работать, постоянно нарушают закон, пренебрегают своими детьми, слишком много пьют, а их моральные стандарты стыдны даже для гулящего кота. По тем или иным причинам, они напрочь отказываются приспособиться к хоть в какой-то степени достойной и цивилизованной жизни».

Так журналист из Индианаполиса Джеймс Максвелл в 1956 году описывал американцев-южан, приезжавших на заработки в северные штаты. Он не был радикалом, на ржавом поясе повсеместно царило такое отношение к приезжим с юга. В газетах Чикаго и Детройта мигранта из Оклахомы или Джорджии презрительно называли hillbilly – колхозник или деревенщина.

Север и юг Америки были настолько культурно разделены ещё в межвоенный период, что небольшое поселение южан в северной части Чикаго тогда воспринимали как колонию чуждых иностранцев. Но на то были свои причины.

Первые приезжие из южных штатов селись большими семьями в одинокие комнатушки, чтобы сэкономить на ренте. По подобию иммигрантских общин из Италии или Польши у них был свой штаб, где они обменивались информацией о недвижимости, работе, получали почту, да и просто встречались со своими соотечественниками. Условия жизни были жуткими.

Молодой торговец из Теннеси так под завязку забил свой дом приезжими, что на 50 человек приходилось всего два туалета. Люди часто справляли свою нужду прямо на заднем дворе, чем повергали в шок местных жителей. В итоге колония южан расползлась и расселилась по Чикаго после Второй мировой. Не малую роль в этом сыграло давление чикагцев, которые очень хотели избавиться от культурно чужеродных сограждан. Большинство из мигрантов даже не имело полного школьного образования.

В 50-х южане облюбовали другую улицу на северо-западе Чикаго. Там открылось несколько таверн в сельском стиле, а пьяные посетители до четырех часов утра пели кантри песни и кричали: «Кентукки». Через десять лет этот район заселили чернокожие с пуэрториканцами. Сегодня бывшие приезжие из Теннеси и Оклахомы полностью растворились.

Типичный автомобиль в глубине мексиканского района.

Кто видел Королевский замок в Варшаве, тот сразу узнает его уменьшенную копию на севере Чикаго. Местные поляки пристроили к своими культурному центру характерную башню в 1985 году.

С каждым годом мексиканцы всё больше оттесняют поляков в пригороды. В районе Яцково уже больше надписей на испанском, чем на польском.

Сегодня наконец-то доехали до самых северо-западных окраин по бывшей польской улице Милуоки – здесь всё ещё живёт Восточная Европа. Славянская речь встречается повсеместно, магазины и бизнес ещё не обанкротился под наплывом новых жителей с чуждым языком.

Старая реклама Балтики в польском магазине.

Во время обсуждений будущего устройства США звучали идеи о создании выборной монархии. Александр Гамильтон выступал за пожизненного президента с широчайшими полномочиями. Дебаты он проиграл, но монаршие замашки не чужды нынешним лидерам.

Барак Обама во время своего правления собственным указом даровал право жить и работать в США почти миллиону нелегалов. Через Конгресс инициатива не прошла, поэтому он запустил её самостоятельно. Оппоненты рассматривают решение бывшего президента как антиконституционную махинацию. Программа DACA позволила остаться в США сотням тысяч людей, которых родители нелегально перевезли сюда в детстве. Чтобы понимать дырявость границы и бездействие чиновников: 60 тысяч нелегалов заканчивают американские государственные школы ежегодно.

Помимо того, что DACA подрывает суверенитет и верховенство права, через программу гражданам других стран текут громадные суммы: социальные выплаты и «бесплатные» услуги.

Так как для неё нет законных оснований, то защитники используют эмоции: «дети не виноваты, их же привезли сюда без спросу». Противники отвечают: «мы тоже не виноваты, это не наша проблема, не мы их сюда притащили».

Трамп обещал выполнять принцип America First, но до сих пор так и не отменил эту программу, выдал уже больше 100 тысяч новых карточек. Если для многих инициатив нужно согласование с Конгрессом, то с DACA можно было легко покончить единолично. Решение будет принято на днях, но выбор делать тяжело – родители-перебежчики создали грандиозную моральную проблему. Большинство участников программы уже выросли и вросли в местную жизнь – в Apple, например, работает 250 человек под защитой DACA.

Попадаю под эту программу, дети нелегалов уже никогда не могут легализоваться нормально: получить грин карту и затем гражданство. Но расторопные уже нашли дырку в законе и легко разводят американцев. Они едут якобы на работу заграницу, получаю для этого специальное разрешение advanced parole, возвращаются в США, adjustment of status, и вуаля – въезд законен, они больше не нелегалы в системе, а значит могут подаваться на гринку и паспорт.

На выходных ездили в Мэдисон, столицу соседнего штата Висконсин. Не зря город попадал в топы как самый уютный в Америке. Много снимал, закинул кучу материала в stories. Заходите посмотреть на страничку в инстаграме, там хорошо передается атмосфера среднезападного города.

https://www.instagram.com/ruslan_moldovanov/

Висконсин продолжает держать звание сырной столицы Америки. В магазинах крупных городов не проблема найти отдел с импортными европейскими сырами, но классические Swiss и Cheddar развозятся по Америке из этого северного штата.

Группа сыроварен решила отправить 100 кг своей продукции в Хьюстон для пострадавших от урагана. К ним посыпались донаты, и из Мэдисона в пятницу выехала фура с 8 тоннами разнообразных сыров.

Когда тебя называют «Dairy State», остаётся только использовать преимущество и кормить пострадавших  своим достоянием.