Владимир Путин проводит пресс-конференцию и отвечает на вопросы журналистов. Обновляем пост.
Первый вопрос – от девушки из Магадана. Она спросила, было ли что-то хорошее, кроме плохого, в этом году. Путин рассказал о малом спаде ВВП, «меньше, чем в США», банковский сектор у нас в порядке, сельское хозяйство тоже бодрячком, реальные заработные платы подрастут на полтора процента. Правда, реальные доходы граждан упали примерно на три процента. Но вот госдолг тоже снизился и это хорошо. А фонд национального благосостояния только вырос.
Ну и, главное, 70 процентов российского бюджета формируются не из нефтегазовых доходов.
«Мы слезаем с нефтяной иглы».
Отдельно Путин упомянул и 75-летие Победы в Великой Отечественной войне и Парад на Красной Площади – это среди хороших моментов года, конечно.
Новый вопрос от журналиста ВГТРК – про медицину и пандемию. Наша система, говорит Путин, оказалась одной из самых сильных и устойчивых в мире. Мы не потеряли время зря, вовремя подготовили коечные места и закрыли границы.
Следующее – про выборы, старую системную оппозицию и «внешнее вмешательство». Путин отвечает, что мы приняли важные поправки в Конституцию. Пора ли старым партиям уступить место новым?
«Это решают не они».
Решают, по словам Путина, граждане. В парламенте, как говорит президент, есть острые дискуссии, но старые партии выступают с патриотических позиций.
«Подходы разные, но цель одна».
Вступает Новосибирск. Вопрос про вакцину. Спрашивают, привился ли сам Путин.
«До таких, как я, вакцины пока не добрались».
Наша вакцина, впрочем, эффективная и безопасная и нужна массовая кампания, утверждает Путин.
Вопрос задаёт обозреватель «Комсомолки» Александр Гамов. Говорит, что ему жалуются, что в России стало тяжело жить. Так тяжело, как никогда не было. Цены растут, смертность растёт. Почему о росте цен заговорили только в декабре? Есть ли программа, которая поможет России в ближайшие недели?
Ситуация, отвечает Путин, сложная. Мы это видим и понимаем.
«Вы говорите, что никогда не было так тяжело, как сейчас. Ну, было».
Путин вспоминает показатели 90-х.
Но сейчас, говорит он, стало лучше, но всё равно не очень хорошо. Есть много людей, живущих за чертой бедности. К 2030 году мы должны уйти до 6.5 процентов людей, проживающих за той самой чертой.
«Теперь по поводу цен. Да. Где-то цены растут объективно – из-за курсовой разницы. Рубль немножко просел».
Но там, где рост цен необъективен, это вызывает, по словам Путина, вопросы. У нас рекордный урожай, а хлеб растёт в цене и макароны тоже. И сахар.
Теперь на связи Урал. Вопрос из Магнитогорска, почему тормозит мусорная реформа, Путин отвечает, что она не тормозит.
Внезапной выступает Сергей Шнуров, тот самый. Говорит, что «самый козырный вопрос» про Навального оставит коллегам, а сам спросит про русских хакеров, почему они не помогли избраться Трампу. Напоследок спрашивает, как можно, описывая эту жизнь, не материться.
Путин рекомендует выражаться вежливо и благодарит Шнурова, что не матерился во время вопроса. Сергей внимательно слушает. В его глазах сконцентрированная печаль.
Следующий – «Лайф», Александр Юнашев. Спрашивает про дочь Путина, про зятя Шамалова, про Навального – почему нет до сих пор дела по факту отравления.
«Эти вбросы имеют место. Это информационное противоборство. Это всегда было. Вспомните войну на Северном Кавказе, как тогда меня изображали. Я исхожу из того, что делаю то, что считаю нужным».
Материал про близких Путин прочитал, как он говорит.
«Президент Путин запретил иметь недвижимость за границей. ГОССЛУЖАЩИМ ЗАПРЕТИЛ! Там всё – частные компании, нет доли государства!»
Путин утверждает, что авторы расследования – Госдеп США. Цель – это месть. Обращается к заказчикам «подобных» материалов. Надо руководствоваться не соображениями мести, а выстраивать отношения на международной арене с помощью взаимного уважения.
«Теперь что касается этого пациента берлинской клиники. Это легализация материалов американских спецслужб, а не расследование.
Это не значит, что его травить надо. Кому он нужен, ха-ха-ха.»
