СВЕТЛАНА АЛЕКСИЕВИЧ: - Что-то русскую интеллигенцию как-то не слыхать. Друзья мои, нам нужна ваша поддержка. Мы очень на вас надеемся. Почему вы сидите, засунув головы в песок? Мы же все ещё братья.
ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ: - Милая, милая Алексиевич! Во дни сомнений, во ни тягостных раздумий! Телом я, к сожалению, в гостинице в Швейцарии, но душой с вами, на протестах в Минске! В автозаках ОМОНА! В камерах Окрестина! Сегодня мы живем просто в "золотом веке", если сравнить нашу жизнь с жизнью наших родителей и дедов. Рухнул железный занавес, открылись границы, информация о жизни мира, всегда скрываемся в советское время, хлынула потоком, и всякий, желающий ее получить, просто нажимает кнопку в своем компьютере. И аресты аккуратные, точечные, без сталинского размаха...
ВИКТОР АНАТОЛЬЕВИЧ: - Милая, милая Улицкая! Как точно, как метко сказано!
ГАРРИ КАСПАРОВ, открывает окно в Нью-Йорке, смотрит на это дело, бормочет «пиздец, аресты у неё, блядь, точечные», закрывает окно в Нью-Йорке.
БАБЧЕНКО, МУЖДАБАЕВ: - Муа-ха-ха!
ЕКАТЕРИНА ШУЛЬМАН: - Дальше будет только лучше! Авторитарные режимы никогда не становятся диктатурами! Шарики! Плакатики! Ура! Все, кто против, насаждают вам выученную беспомощность! Вперед, в светлое будущее! Победа! Путин зассал! Шведы согнулись! Ура!
МАРИЯ КОЛЕСНИКОВА мило, очень мило, просто фантастически премило ми-ми-мишно улыбается в камеру, делает из пальцев сердечко.
БОРИС ВИШНЕВСКИЙ: - Блядь!!! Вы своим сраным «умным голосованием» в Новосибирске выбрали фашиста, имперца, новоросса, воевавшего в Донбассе! Аллё! Кажется, что-то пошло не так.
БАБЧЕНКО, МУЖДАБАЕВ: - Муа-ха-ха!
БОССАРТ: - Охлобыстин им не нравится. Говно.
СВЕТЛАНА АЛЕКСИЕВИЧ: - Уважаемая Людмила. Я очень благодарна Вам за Ваше письмо. Я совершенно с Вами согласна, мир, определенно, изменился к лучшему и оковы, безусловно, обязательно рухнут. Но, мой друг, признаюсь Вам откровенно, под поддержкой я подразумевала что-то более конкретное. Ну, не знаю, там, марши. Митинги. Одиночные пикеты хотя бы…
ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ: - Милая, милая Алексиевич! Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий! Всем, всем сердцем! Вы прекрасны! Ваш мирный протест божественен! Вы великолепны! Оковы рухнут! Главное, чтобы в Белоруссии не было как на Украине. Мир, голубочки и всем пис!
ВИКТОР АНАТОЛЬЕВИЧ: - Милая, милая Улицкая! Как точно, как метко сказано!
ХУЙ ПОЙМИ ОТКУДА ХУЙ ПОЙМИ ЗАЧЕМ ХУЙ ПОЙМИ НАХУЙ ВДРУГ ВЗЯВШИЙСЯ МАКСИМ КАЦ: - Сейчас я вас научу! Вот вам примеры удачных мирных протестов! Это говорю вам я, эксперт по мирным протестам с десятилетним стажем! А ещё надо пустить трамвай.
БЕЛАРУСЫ: - Вау! Круть!
СВЕТЛАНА ТИХАНОВСКАЯ, отмечая день рождения в Вильнюсе: - А где шампанское?
ГАРРИ КАСПАРОВ, заколачивает окно в Нью-Йорке, его губы шевелятся, но слов сквозь стекло не слышно, забывшись, бьет себя по лицу рукой с зажатым в ней молотком, губы начинают шевелиться намного активнее, но слов по-прежнему не слышно.
АКУНИН-ЧХАРТИШВИЛИ: - Я слушаю Чичерину и читаю Прилепина, я русский либерал, а все, кто не доволен, пошли нахуй.
БОССАРТ: - Ефремов им не нравится. Говно.
ЕКАТЕРИНА ШУЛЬМАН: - Дальше будет только лучше! Диктатуры никогда не становятся тираниями! Шарики! Плакатики! Ура! Все, кто против, насаждают вам выученную беспомощность! Вперед, в светлое будущее! Победа! Путин зассал! Шведы согнулись! Ура!
МАРИЯ КОЛЕСНИКОВА просовывает руки сквозь решетку камеры СИЗО КГБ Беларуси, мило, очень мило, просто фантастически премило ми-ми-мишно улыбается из камеры, делает из пальцев сердечко.
СВЕТЛАНА АЛЕКСИЕВИЧ: - Блядь! Да вы заебали уже писать своим письма и постики в Фейсбуке! Сделайте что-нибудь! Нам нужна ваша поддержка!
ЛЮДМИЛА УЛИЦКАЯ: - Милая, милая Алексиевич! Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий…
ВИКТОР АНАТОЛЬЕВИЧ: - Как точно, как метко сказано!
БАБЧЕНКО, МУЖДАБАЕВ: - Муа-ха-ха!
ПУТИН: - Я тут создал силовой резерв…
ЕКАТЕРИНА ШУЛЬМАН: - Дальше будет только лучше! Тирании никогда не становятся массовыми репрессиями! Шарики! Плакатики! Ура!