Сегодня вдруг поймал себя на мысли, что Марш Немцова это - "у них". У меня с Ефимичем были хорошие отношения, не друзья, конечно, но вполне себе приятельствовали, улыбались при встрече, радовались. Он всем радовался. Всем был друг. Его убийство было шоком, конечно. Это уже из ближнего круга, уже личное. Когда убивают известного политика, это одно. А когда убивают того, с кем ты обнимался при встрече - это другое. Впрочем, у меня все резонансные убийства в Москве - из ближнего круга.
Тем не менее поймал себя на мысли, что это - уже "у них".
Мне стало совершенно неинтересно, что происходит в этой стране. Она меня интересует только с точки зрения того, когда она прекратит пытать, мучить и издеваться над остальными. Внутренняя кухня уже полностью потеряла для меня - даже не то, что интерес, мне совершенно безразлично. Вот просто полностью фиолетово.
В этой колонне люди, которых я преотлично знаю, многие из них были моими друзьями, некоторые, немногие, остались моими друзьями. Но...
Я себя с этой страной больше не ассоциирую. Совсем.
У них проходит Марш Немцова. Ну, ок. Мне-то что от этого.
Война прекратится? Нет. Я смогу вернуться? Нет. Я смогу жить нормальной жизнью? Нет. Украина сможет жить нормальной жизнью? Нет. Моя семья сможет туда поехать? Нет.
Ну... Ну, ок. Пожал плечами и пошел дальше.
В Москве я прожил сорок лет. Москва сейчас раздувается от бабла. Москва сейчас вылизана, как никогда. Современный мегаполис с деньгами и возможностями.
Когда я думаю о Москве - я ненавижу Москву. Ненавижу город, в котором родился. Город, в котором прошло мое детство. До блевоты ненавижу.
В Киеве я прожил два года.
И иногда меня в бараний рог скручивает от тоски - так я хочу быть в Киеве. Выйти на Майдан. Пройтись по Крещатику. Сесть в Чебуреке со своими.
Мои - там. Мой город - Киев. Он стал моим местом.
Левобережка мне теперь больше моя, чем Таганка, на которой прошло мое детство.
Я хочу вернуться в Киев.
Не в Москву.
Тем не менее, тем, кто шел вчера с этим плакатом - спасибо, братцы. Я понимаю, какое мужество нужно, чтобы сейчас выйти вот так вот, с транспарантом в этих цветах и с этими словами.
Подозреваю, что это твоих рук дело, да, Виктория Ивлева?
Вот, десять человек, которые идут с этим транспарантом - мои. Это - у нас.
Бегите оттуда, братцы. Бегите к чертям собачьим. Пока еще на свободе.
Все остальное что там с российскими триколорами, шариками, коррупцией, путин вор - у них.
Да, это шествие памяти человека, бывшего моим хорошим знакомым.
Я участвовал во всех маршах и это было для меня чертовски важным.
Но... Пожал плечами и пошел дальше.
И это совсем не потому, что я такая бесчувственная сволочь.
Дело не во мне.
Доброе утро.
