Ну, хорошо, давайте допустим, что Николай II был именно таким монархом, как его живописует уважаемый
@ludirabotaut. Слабый монарх, проиграл всё, что можно, Империя умерла по его вине, которую он даже оказался не в силах признать, назначил Витте и Протопопова, а его отречение заверил Фредерикс (министр двора, знал до начала этой дискуссии).
Что это значит для характеристики всей Империи?
1. Сразу всплывает либеральный аргумент о жуткой нестабильности монархии из-за отсутствия системы сдержек и противовесов. Ведь как либералы говорят? Вот есть десять нормальных царей, но кто гарантирует, что не появится после них один ебанутый, который устроит террор, цензуру, полицейские гонения, парламент? Абсолютная власть монарха — страшное дело. Она абсолютна настолько, что монарх может ввести Конституцию, ограничивающую его власть. Как решить эту базовую проблему системного дизайна монархии? Запретить монарху запрещать себе? Такой 1968 год на монарший манер.
2. Поднимается вопрос о состоятельности Александра III. Ведь по легенде Погрома все монархи до его сына были образцовыми богатырями, а Александр III вдруг взял и воспитал какую-то тряпку. В монархии как бы нет выбора между семьёй и политической карьерой, воспитание наследника — базовая обязанность царя. Получается, что уже целых два монарха не справились со своими обязанностями.
3. Какую пользу царистское движение получит от деконструкции Николая II? От признания той самой истины, что Николай II делал неправду? Ну, хорошо, царисты, давайте вскроем гнойник! Петр I проиграл войну Турции. Александр I проиграл Наполеону. Потом выиграл, но сначала проиграл. Анна Иоановна устроила бироновщину. Николай I — мрачное семилетие. Екатерина II раздавала подряды на войны своим любовникам. Как говорится, чисто факты.
4. Личная критика Николая II — это сомнительный фокус, я не вижу в нём практического смысла. Критической проблемой монархии в Российской Империи стала не личная бездарность Николая II. Критической проблемой монархии в Российской Империи стало дворянство, уверовавшее, что личная лояльность монарху — это нечто вариативное и необязательное. Дворянство за это поплатилось, развозя на такси французских особ в Париже, ходя по улицам в качестве говорящей картинки «они проебали Родину, вы тоже так хотите?». Николай II всего лишь умер, а нам с этим жить.
Как писали на «Спутнике и Погроме» (цитирую по памяти): «Если бы русские дворяне били бы морду за оскорбления императрицы так же, как это делали англичане, то, возможно, история пошла бы по другому пути».
5. После деконструкции Николая II никакой царизм в принципе не возможен по причинам раскрытым в пунктах 1 и 2. Если мы рассчитываем на царизм, в котором все будут, как Александр III, то они, во-первых, скорее всего оставят в наследники Николая II. А, во-вторых, проконтролировать институционально это попросту невозможно.