Уже полтора года по непонятному обвинению сидит в тюрьме мой друг – офицер армии ДНР Константин Лиличенко. Его здоровье постоянно ухудшается, ситуация с уголовным делом покрыта мраком, семья находится в полном неведении.
Лиличенко родом из Дружковки, служил в ополчении с весны 2014, был снайпером, воевал под Славянском (позывной "Кот"). В моей книге "85 дней Славянска" я писал о снайпере "Коте" в рассказе об эпическом сражении на трассе между Славянском и Краматорском 7 июня 2014. Это было именно о Косте.
Потом Константин воевал на границе в Изварино и на других участках фронта. В январе 2015 получил пулевое ранение от снайпера на Путиловском мосту (Донецк). Пуля пробила шею и вышла через спину. Лиличенко потерял чувствительность ног, восстанавливался несколько лет. На конец 2018-го он был начальником оперативного отдела Республиканской Гвардии в звании подполковника.
29 декабря 2018 Лиличенко был арестован МГБ. Следующие полгода следствие вызывало его сослуживцев и пыталось "нарыть" какие-либо материалы для уголовного дела. Говорили, что его обвиняют то ли в шпионаже, то ли в торговле оружием. Вероятно, материалов для обвинения в этих преступлениях так и не нашли. В августе 2019 стало известно, что Лиличенко вменяют статью 427 УК ДНР – "Применение запрещённых средств и методов ведения войны". Содержание этой статьи, при желании, позволяет под неё подвести какие угодно действия бойца в ходе военных действий. Срок заключения по этой статье – от 0 до 20 лет.
Насколько мне известно, конкретно Лиличенко обвиняют в том, что он сдал СБУ одного ополченца. Обстоятельства этой истории очень мутные. Известно лишь, что Лиличенко был с тем ополченцем знаком. Как и зачем он его якобы сдал украинцам – совершенно неясно. У меня и всех друзей Константина сложилось стойкое убеждение, что дело против него заказное (кто это мог сделать, выяснить пока не удалось).
Ещё одна странность в том, что с самого начала, после ареста, не производилось элементарных действий, которые всегда проводятся следствием – не было обысков на работе и дома, не вызывались в качестве свидетелей тесно связанные с Лиличенко люди. Как будто понадобилось просто срочно засадить человека в тюрьму, и уже потом начали искать причину для заключения. Первый (формальный) обыск квартиры прошёл только через восемь месяцев после ареста. Тогда же следователь впервые вышел на контакт с женой Константина Настей.
Настя за все полтора года мужа ни разу не видела. Она осталась в Донецке с полуторагодовалой дочкой (ребёнок родился за месяц до ареста Константина), и изредка общается с мужем через записки, которые передаёт адвокат.
Лиличенко плохо ходит, обострились связанные с ранением болезни, от которых он несколько лет лечился. Медицинская помощь в тюрьме практически не оказывается. Мы даже не знаем, в полном ли объеме до него доходят медикаменты, которые мы передаём.
Следствие давно закончено, но суд постоянно откладывается. Мы надеемся, что этим летом суд всё-таки пройдет, и невиновность Лиличенко будет доказана. Тем более, что, по слухам, добившиеся ареста люди либо покинули ДНР, либо уже считают это дело для себя неактуальным.
Я знаю Константина пять лет как порядочного, честного, надёжного человека. Лиличенко – герой войны и один из лучших офицеров нашей армии. Его нужно выпускать на свободу, потому что в тюрьме он медленно умирает.
Прошу руководство ДНР и армии обратить внимание на дело против Константина Лиличенко и принять участие в его судьбе.
Мы не должны его потерять.
