Очевидно, что на развязный тон Кадырова не мог не повлиять внешнеполитический контекст — за посмертные почести, оказанные жертве парижского теракта, Макрона сейчас осуждают не только традиционные для таких случаев исламские радикалы, «коллективная Хезболла», но и мусульманские государственные деятели, в хоре которых громче всего звучит голос турецкого президента Эрдогана, который так нахамил Макрону (предложил, — президент президенту, — провериться у психиатра), что Франция даже отозвала из Анкары своего посла. Эрдоган сейчас, в чем мао кто сомневается, успешно воюет на стороне Азербайджана в Карабахе, созванивается с Путиным, и ходят даже слухи, что после этого созвона Турция должна как-то устроить, чтобы из ливийского плена отпустили находящихся там пригожинских политтехнологов — в общем, сложные российско-турецкие отношения переживают сейчас какой-то бросающийся в глаза всплеск, и публичная позиция Кадырова, дословно, между прочим («я не знаю, в каком состоянии находился Макрон, делая это заявление»), повторяющая слова Эрдогана, вполне может быть частью российской (и тут, как во времена чеченских войн, нужно уточнять — федеральной) политики на турецком направлении, но это такая, в общем, необязательная политология, потому что какими бы ни были у Москвы резоны ссориться с Макроном и дружить с Эрдоганом, российскому официальному лицу все-таки не стоит публично солидаризироваться с исполнителем кровавого и омерзительного теракта. А Кадыров оправдывает терроризм, и из Москвы его, как можно догадаться, не одернет даже Песков.
Кадыров и оправдание парижского теракта. Терроризм, против которого Россия когда-то, как считается, воевала, оказался в итоге военным трофеем
https://trts.io/dMkbM
