«Они» занервничали после «Колымы», но тут еще неясно, кто «они». Кажется, все-таки не власть — истерика после фильма Дудя была у сталинистов, некоторые из которых да, совмещали свой сталинизм со службой в пропагандном ведомстве, но сталинизм для них все равно хобби, и когда Константин Семин злится на Дудя — понятно, что это злится он сам, Семин, а не начальство, дающее ему команды. Но у российской ноосферы есть такое неуловимое свойство — никто никогда не может точно отследить, где кончается хобби и начинается государственный интерес. Госбезопасность, громящая «Мемориал», и передовой ее карельский отряд — что, она смотрела «Колыму» Дудя какими-то другими глазами, не как Гоблин-Пучков? А ультрас из РВИО и персонально сталинист Мединский — что, им мог понравиться этот фильм? Нет, конечно. Не будет натяжкой сказать, что гоблины-пучковы, высмеивая дудевскую мороженщицу, оказались и коллективным бессознательным власти, которая хоть и молчала, но не могла быть в восторге от прикосновения Дудя к колымской теме.
И совсем не только потому, что нынешние зрители в погонах — прямые наследники Дзержинского, Ежова и Берии. Российское государство в новейшее время ведет очень жесткую борьбу за национальную память и за монополию на то, чтобы распоряжаться национальной памятью.
https://trts.io/qxHEG